Шарада
Шрифт:
– Спасибо, Джефф, – поблагодарила Кэт, – но я не занимаюсь составлением текста передачи. Я хотела сказать именно то, что сказала. – И, повернувшись опять к Шерри, спросила: – Ну, теперь вы будете чувствовать себя спокойно, разговаривая с судьей?
– Спокойно – да, уверенно – нет, – ответила Шерри. – Но в любом случае я попытаюсь. – Она потянулась к папке и втиснула ее в свой и без того переполненный кейс. – Я дам вам знать, когда они назначат слушание.
Кэт кивнула.
– Если меня по каким-то причинам не будет, передайте это либо Джеффу, либо Мелии.
– Передайте
Шерри с любопытством переводила взгляд с одного на другого, но Кэт сделала вид, что ничего не заметила. Сказанное Джеффом было явно не к месту. Потом, когда они останутся одни, она устроит ему взбучку. Не хватало еще обсуждать при посторонних отношения внутри их небольшого коллектива.
Представительница социальной службы собрала свои вещи.
– Думаю, на сегодня все. Я буду держать вас в курсе. – У двери она остановилась и добавила: – Кстати, вчера вечером программа была великолепной.
– Спасибо. Я передам комплименты съемочной группе. Видеооператору удалось сделать несколько отличных кадров Салли крупным планом.
Пятилетняя девочка страдала нарушениями речи, причиной которых было постоянное рукоприкладство. Этот недостаток, как и неумение общаться с людьми, можно было исправить любовью и заботливым вниманием.
– Конечно, ее глаза говорили сами за себя. Все, что от пас требовалось, так это только показать их крупным планом. Ее глаза сами рассказывали о ее жизни – сценарий был, по сути, излишним. В ней скрыта такая потребность любви и такая способность любить… – Кэт печально вздохнула. – Надеюсь, телефоны в вашем офисе сегодня расплавятся от звонков.
– Я тоже на это надеюсь, – кивнула Шерри. – Так вы не возражаете заменить меня на сегодняшней встрече?
– Я же сама вызвалась.
Назначив встречу с супружеской парой, решившей усыновить одного из детей, Шерри обнаружила накладку в своем рабочем расписании. Кэт убедила ее, что проведет эту беседу сама.
– Еще раз спасибо. Днем я позвоню вам, чтобы узнать, как все прошло.
Когда Шерри ушла. Джефф вновь наполнил кофейные чашки. – Какие дела на сегодня?
– Пожалуйста, посмотри, пришла ли Мелия, а на будущее, Джефф, будь добр, держи свое мнение о ней и обо всех остальных, кто работает на студии WWSA, при себе, о'кей?
– Прошу прощения, – произнес он покаянным тоном. – Я знаю, что этого не следовало говорить в присутствии мисс Паркс, но у меня просто как-то соскочило с языка. Впрочем, это ведь правда. Любая информация, переданная через Мелию, рискует потеряться прежде, чем попадет на ваш стол.
– Это касается меня, но не тебя.
– Но…
– Это касается только меня. И я сама справлюсь. Договорились?
– Договорились.
Джефф вышел и через некоторое время вернулся вместе с Мелией Кинг. Эти двое представляли собой полный контраст, и не только потому, что были представителями противоположного пола. У Джеффа были светлые волосы и голубые глаза. Судя по манере одеваться, он проходил учебу в одном из наиболее престижных учебных заведений.
У Мелии был южный разрез глаз с тяжелыми
– Доброе утро, Мелия.
– Привет.
В то утро на ней было плотно облегающее вязаное платье цвета красных маков. Она села, скрестив длинные стройные ноги. Ее улыбка – самодовольная, заносчивая и жеманная – раздражала Кэт так же, как раздражает небольшая, но болезненная рана. Вырез на плече вызывал глухое недовольство коллег по работе. К сожалению, психологическая несовместимость не могла служить основанием для увольнения, иначе Кэт давно дала бы ей расчет.
Кроме того, она не чувствовала себя свободной в принятии такого рода решений. Билл Уэбстер лично отбирал штат ее сотрудников перед ее появлением на WWSA. Отобранные «кандидаты» были затем представлены ей на одобрение.
Джефф Дойл собирался работать в информационной программе, но с радостью ухватился за предоставившуюся ему возможность сотрудничать в «Детях Кэт», зная, что эта программа потребует больше творческих усилий.
Мелия Кинг была приглашена из отдела новостей. Она также выразила желание иметь в работе больше разнообразия, больше творческого поиска и получать за нее больше денег. «Дети Кэт» предоставили ей такую возможность.
Кэт чувствовала, что отвергнуть рекомендацию Билла значило бы проявить неблагодарность, хотя она ощутила неприязнь к себе Мелии в тот самый момент, когда они впервые пожимали друг другу руки. Не имея другого объяснения этой неприязни со стороны молодой женщины, она решила, что Мелия просто волновалась перед встречей со своей новой начальницей и скоро станет дружелюбнее. Однако спустя шесть месяцев совместной работы их отношения все еще были прохладными.
Мелия никогда не опаздывала. Она не совершала грубых промахов в порученных ей делах. Если же случалась небольшая ошибка, у нее всегда наготове было правдоподобное объяснение. Ее извинения были достаточно сдержанными, им не хватало искренности, но все же это были извинения.
В сущности, усмехнулась про себя Кэт, она обеспечивает себе алиби.
– Какие у меня на сегодня дела? – спросила Кэт. Небрежным взмахом руки Мелия открыла свой блокнот.
– У вас назначена встреча с мистером и миссис Чарли Уолтерс.
– Правильно. В котором часу? – спросила Кэт, взглянув на настольные часы.
– В одиннадцать. Мисс Парке оставила их папку у меня на столе.
– Хорошо. Я заберу ее у вас, когда буду уходить.
– Они живут за городом в направлении Кервилла. Вы знаете, где это?
– Нет.
Мелия закатила глаза, как будто незнание Кэт техасской географии было верхом тупости.
– Придется вам объяснить.
– Да, это было бы неплохо, – сухо сказала Кэт. – Что-нибудь еще?
– Заседание редколлегии в три часа.
– К этому времени я уже вернусь.
– И мистер Уэбстер хочет сегодня встретиться с вами. Он сказал, в любое удобное для вас время.
– Позвоните ему и узнайте, может ли он меня принять. Я хотела бы встретиться с ним до отъезда на интервью.