Шантаж
Шрифт:
Ира поняла его мотивы. И не стала осуждать. Просто, поразмыслив, сама себе призналась, что, будучи на месте Карпова, поступила бы точно так же. Раз он сделал ей предложение, значит, доверял именно ЕЙ!
Пробили по базам:
Нина, она же Нинель Бирман, уехала за границу на ПМЖ с новорожденной дочерью Инной девять лет назад. Потом вернулась в Россию, живёт здесь, в Москве, уже около года.
Адрес по прописке был известен: окраина Москвы, один из самых неблагополучных, в криминальном плане, районов. Только опера, отправленные туда,
Вспомнилась сразу уборщица из больницы. У той тоже была дочка лет девяти. Светленькие волосики, и глаза у девочки были зеленоватого оттенка, и в соседях у них был уголовник-рецидивист. Внезапная догадка осенила: неужели…?
Ира сразу же рассказала об этом Карпову, описала внешность женщины.
Стас кивнул:
– Да, это Нина. Помотала, видать, её жизнь!
Ира сокрушалась:
– Господи! Стас, если бы я только знала! Я же разговаривала с ними!
Стас и сам смутно помнил: когда он лежал в реанимации, потихоньку приходя в себя, к нему явился маленький ангел. Белокурое создание, в белом больничном, совсем не по размеру, халате подошло к его кровати. Маленькая детская ручка легла на его запястье. Девочка принялась тормошить его:
– Дяденька, а дяденька! Вам плохо?
Всё тело нестерпимо ныло и болело. А пуще всего – голова. Гудела, как пустой огромный котёл, по которому ударили кувалдой. Невыносимая боль оглушающе пульсировала внутри, заставляя закрывать отяжелевшие , словно чугунные, веки. Стас с трудом их разлепил, увидел девочку у своей кровати, с трудом ворочая языком, спросил:
– Ты … кто? Ангел?
– Нет, я девочка! – улыбнулась малышка, представилась, - Меня Инна зовут.
– Красивое… имя. Я - Стас, - выдохнул подполковник, с трудом концентрируя на юной посетительнице свой взгляд. Девочка не давала ему потерять ускользающее сознание. И это его радовало.
– Как… ты …здесь оказалась?
– Я тут с мамой. Она здесь, в больнице, работает. А Вы, я слышала, на машине разбились?
– Да, наверное.
У Стаса в памяти возникли какие-то обрывки видений, воспоминаний. Точно! Он же ехал по дороге, потом резкий хлопок, столб, удар и темнота…
– А кто тебе …разрешил …в палату… зайти? – спросил Карпов.
– Никто. Я сама зашла: Вы стонали громко. Может, доктора позвать?
–
– Не…надо, - отказался Стас.
– Вам очень больно? – сочувственно глядя, спросила Инна.
– Очень. Голова… сильно болит, - признался он.
Девочка шагнула поближе, протянула руку, начала гладить его забинтованную голову:
– У сороки боли, у вороны боли, у дяди Стаса всё заживи! – серьёзно, как заклинание, произнесла она, - Вот! Теперь Вы поправитесь очень быстро!
Карпов,
– Спасибо!
Малышка погладила ладошкой его по руке:
Вам сейчас спать надо больше! Сон – лучшее лекарство. Ой, я пойду, а то мама меня потеряет! И так я с Вами заболталась!
Она ещё пару раз появлялась, смотрела на него, держала его за руку. Они разговаривали.
Карпов подумал тогда, что девочка на него чем-то похожа: серьёзная, смышлёная. Миленькое детское личико. Вроде, обыкновенная девочка. Только взгляд её зеленоватых глаз был очень внимательным и слишком взрослым для девочки девяти лет. Он не видел её матери, но чувствовал, что девочка её побаивается. Она сразу убегала из его палаты, услышав резкий крик в коридоре:
– Инка, где ты шляешься опять?! Получишь у меня!
А потом она больше не приходила. Да и Карпов скоро выписался….
========== Часть 18 ==========
Заявление о похищении дочери и шантаже Карпов написал, но не хотел огласки. И Зимина поручила это дело лично Коле Тарасову, попросив о конфиденциальности информации. Для всех была версия: мол, ищут дочь известного широкому кругу человека, а он не хочет, чтобы эта новость стала достоянием общественности. Николай был очень удивлён:
– Стас, у тебя есть дочь?!
– Я о ней не знал до вчерашнего вечера, пока не получил это письмо.
– А она точно твоя? – сомневался молодой следак, сидя напротив начальника СКМ.
– Моя-моя, точно! Тест ДНК подтвердил.
– Ничего себе: вот так живёшь-живешь и не знаешь, что у тебя где-то на белом свете дети есть! – весело воскликнул Коля, потом с улыбкой, но внимательно всмотрелся в глаза Карпова, - Стас, ты рад?
Карпов недобро глянул на Колю и ,вдруг схватив его за шею, пригнул к себе, прямо в лицо ему зловеще зашептал:
– Что дочь есть, или тому, что она неизвестно где, и за неё три лимона выкуп требуют? Знаешь, меня не особо радует последний факт! Учитывая, что жизнью дочери меня шантажирует её же собственная мать, веселиться мне не приходится!
Улыбка сползла с Колиного лица:
– Извини, Стас! Обидеть не хотел. Конечно же, я спросил, рад ли ты, что теперь - отец?
– Коля, я сам ещё не понял. Странное для меня состояние, если, честно, - он отпустил шею Тарасова, тяжело вздохнул, откинулся на спинку стула.
Николай потёр сдавленную сзади шею:
– Понятно, - он с сочувствием глядел на подполковника, -А что ты намерен сделать с шантажистами?- поинтересовался Коля.
– Не знаю, не решил ещё! – зло усмехнулся Стас, поигрывая желваками, - Но, когда поймаю, им не поздоровится! Сам накажу, как посчитаю нужным! А тебе, Коля, советую: не слишком распространяйся на эту тему!
– Понял, могила! – преданными глазами смотрел на Стаса Николай.
Тайну следствия он соблюдал неукоснительно. Помалкивал и Олег.