Шантаж от Версаче
Шрифт:
Кис посмотрел на Реми с каким-то мягким, даже растроганным выражением.
– Ты немного ошибся, Реми, – помолчав, ответил он. – Я не влюблен в Александру. Она мне очень нравится, она относится к такому типу женщин, от которого я схожу с ума… Но я еще не сошел. Может, просто не успел. А может, вот здесь что-то не пускает… – указал Кис на грудь.
– Это… Извини, что я спрашиваю… Это твой развод?
– Да, – грустно улыбнулся Кис, – болят старые раны! Тебе, молодому, не понять.
– И все-то вы, русские, усложняете! Нет бы посмотреть
– И чего ж тут позитивного?
– А вот что: люби ты действительно Александру, может, и не сумел бы перенести все это… Ну, я имею в виду эти видеофильмы… А так – тебе же самому легче, и помочь ей – проще.
– Нет, пожалуй, тебе стоит в психиатры податься. Деньги будешь грести лопатой!
– Иди-ка ты лучше костюм надевай. Скоро выходить! – Реми посмотрел на часы.
Кис до сих пор валялся на диване, задрав ноги на спинку. Услышав последнюю фразу, он спустил ноги и даже привстал.
– Что, и галстук надевать? – с ужасом спросил он.
– Разумеется.
– И когда ты уедешь наконец, мучитель?
– Скоро, а может быть, и раньше. Как только разыщем папочки. А разыщем мы их, чует мое сердце, не позднее завтрашнего… ну, в крайнем случае, послезавтрашнего дня.
– Твоими бы устами… Какой костюм надеть, серый или синий?
– Покажи.
Детективы не хуже девиц потратили еще полчаса на обсуждение костюма. Реми придирчиво рассматривал рубашки и галстуки Киса, и наконец был выбран серый костюм, бледно-голубая рубашка, и Реми подобрал один из своих галстуков, ворча, что у Киса вовсе нет никакого понятия о приличной одежде, и как это он может рассчитывать на интерес к себе красивых девушек в таком раскладе, остается совершенно непонятным…
Впрочем, девушки с щедростью уделили обсуждению туалетов в три раза больше времени. Ксюша сияла от счастья, Александра была возбужденно-весела…
Ну, хоть весела, рассудила Ксюша, а уж как именно – десятое дело!
Одним словом, на этот вечер намечался хеппи-энд, хоть и несколько преждевременный, но ощущение чего-то важного и праздничного лихорадило всех четверых.
Ресторан выбрала Александра. Все оценили уровень роскоши, претенциозной изысканности и цен. Кис даже украдкой посмотрел на Реми: как пережил француз веселенькие циферки в «условных единицах», проставленные напротив блюд? Француз был, однако, невозмутим.
Всем отчего-то было неимоверно весело, все шутили, пили водку, перебрасывались остротами и репликами, вспоминали фрагменты расследования – все казалось смешным.
– А помнишь, как я тебе обещала по физиономии дать? – хохотала Александра.
– А я тогда еще тебе ответил, что меня бы устроило, если бы ты приходила почаще! – рыдал от смеха Кис. – И колбаску нарезала!
– Ты помнишь, как ты мне сказал, что я тебя обманула? Я-то думала, что ты догадался о моем розыгрыше! – веселилась Ксюша. – А ты был уверен, что я убийца!
– А ты, как ты растерялась,
– Братцы! По-моему, у нас отходняк! – прохрипел Кис, утирая слезы смеха.
– Друзья мои! – провозгласил Реми. – Пока ваш национальный спорт не добил меня окончательно…
– Что это он имеет в виду? – тихо спросила Ксюша Александру.
– Водку! – прыснула та.
– …Пока голова моя еще соображает и мои слова способны вызывать доверие, я хочу в присутствии вас всех…
– Сделать предложение Ксюше! – хором проговорили Алексей и Александра и снова покатились от хохота.
– Месье, мадам, прошу оценить серьезность момента! – едва сдерживал улыбку Реми. – У меня, можно сказать, один из важнейших моментов жизни!
– Не «один из», Реми! Важнейший! Наиважнейший! – веселилась Саша. – Ты поймешь это потом, когда начнешь жить со своей женой, русской женой !
– Но до того мне хотелось бы узнать мнение Ксюши! – отчаянно воздел руки к небу Реми. – Согласна ли…
– Она согласна, согласна! – смеялась Александра.
– Ты только глянь на нее! – вторил ей Кис. – Сразу поймешь!
Ксюша обводила компанию своими блестящими, счастливыми глазами.
– Мы сейчас этих двоих весельчаков отселим за соседний столик! – проворчал Реми. – Портят мне торжественность момента!
– Тс-с! – приложила палец к губам Александра. – Прекрати, Кис, ты ведешь себя неподобающе! Ты – хулиган с задней парты!
– А сама? Сама-то?! – дурачился Кис. – Ты первая начала!
– Какой наглец!
– Сама нахалка!
– Грубиян!
– Грубиянка!
– Е-мое, с тобой невозможно разговаривать!
– Е не твое, Е общее!
Все, кроме Реми, которому было не дано понять эту русскую часть разговора, уже съезжали под стол от хохота.
Александра умчалась в туалет – тушь попала ей в глаза. Кис последовал в том же направлении по несколько иному делу: он, что называется, едва не уписался от смеха.
Когда оба вернулись, Реми с Ксюшей целовались. Кажется, слова уже не были нужны, и все шумно сдвинули предусмотрительно наполненные шампанским бокалы…
Спустя еще полтора часа, когда был обсужден официальный визит Реми к родителям Ксюши, сроки ее приезда во Францию и масса других важных и неотложных дел, Кис вдруг помрачнел и произнес:
– А убийцу-то мы так и не нашли. И досье тоже.
Реми оторвался от созерцания чудных Ксюшиных глаз:
– Ладно тебе… Найдем.
– Саша, – повернулся Кис к своей соседке по столу, – ты ведь не убивала Тимура? Скажи мне правду!
Тут Александра замолкла, и глаза ее потемнели, погасли.
– Извини, – пробормотал Кис. – Но если не ты, то это – Андрей… Больше некому.
Александра отвернулась от него.
На выручку бросился Реми.
– Мой друг не отличается деликатностью, ты не обращай внимания…