Шанс. Книга 4
Шрифт:
– Я не к вам, – улыбнулась она и развернулась к выходу.
Я заметил, как парень сник, а приветливая улыбка сменилась разочарованной гримасой.
На первом этаже протолкавшись через возбужденную толпу абитуриентов и их сопровождающих, выяснил, что экзамены в Политех начнутся только в августе. Вот это номер! Откуда я взял про июль? По-видимому, из памяти. Кандидаты в военное училище приглашались на вступительные
Значит Эдик на днях отправится в Учебный Центр на полигон для сдачи зачетов и экзаменов, а вернется только в конце августа. Закроют бедолагу за глухими стенами и строгой охраной и увидеть друга можно будет только во время коротких встреч на КПП, да и то не факт. Не наездишься. Решил, что надо увидеться с другом до его отъезда.
Я потолкался в толпе других любопытных и послушал разговоры. Большинство выглядело испуганными, нервно сжимали сумки и документы в руках, также, как и я прислушивались к разговорам, но были и те, кто с превосходством поглядывал по сторонам, снисходительно улыбаясь. Были и знатоки, которые знали про вступительные экзамены прошлого года. Выйдя на улицу, вздохнул.
– Оказывается, что вступительные экзамены буду сдавать в августе. Ты как? – поинтересовался у Гули.
– Что-то волнуюсь, – призналась. – Народа много, а про август я знала, но думала у тебя по-другому. Это у тех, кто поступает в университет – экзамены в июле.
– В военных училищах тоже в июле. Надо на днях с другом из Петродворца встретиться, – запланировал вслух. – Прорвемся, – заверил. – Поехали в твой институт.
Подружка, не ответив, тоже вздохнула и кивнула.
У Гули тоже не возникло проблем с документами. Все было почти также как в Политехе, только большинство абитуриентов и членов Приемной комиссии были девчонки и анкету заполнять не пришлось. Вероятно, для приемной комиссии Политеха были важны некоторые скользкие вопросы, касающиеся увлечений кандидата, его родителей, национальности, судимости и другие пункты анкеты. Хотят сохранить секреты от возможных эмигрантов?
В Педиатрическом институте я и редкие ребята выделялись среди девчонок и привлекали девичьи взгляды. Обратил внимание на одного заметного парня, который обаятельно улыбаясь, пытался кокетничать со студенткой из Приемной комиссии, принимающей
Мажор какой-то с «лапой», – мысленно отметил я недоброжелательно.
Наткнувшись на мой хмурый взгляд, парень замолчал недоуменно, задумался на мгновение и перевел взгляд на мою спутницу. При виде Гули, его глаза обрадованно вспыхнули, взгляд оценивающе облизал фигурку Гули, (как мне показалось), и он снова повернулся к столу и студентке.
Похоже, что желающих поступить на лечебный факультет Ленинградского Педиатрического института было больше, чем в мой институт.
– Будем ходить на консультации или домой поедем? – спросил у Гули по дороге к метро.
– А ты сам, как думаешь? – по-женски передоверила вопрос мне.
– С одной стороны надо бы, вдруг чего новое услышим, а с другой…, – задумался. – Ладно, – махнул рукой, – пару дней есть, решим.
Когда возвращались в переполненном вагоне метро домой в час пик, я в очередной раз убедился, что Гулька притягивает мужчин и требует дополнительной защиты, хотя и способна постоять за себя. Вот это удивило, так как не подозревал об этом.
В вагоне метро пришлось стоять в плотной толпе пассажиров, держась за руки. Почти перед самой высадкой на Московском Проспекте я заметил, что Гуля недовольно покосилась за спину, а потом неожиданно ударила локтем назад в пузо прилично одетого мужика, стоящего за ней. Тот хекнул и попытался согнуться, навалившись на подругу. Я не сразу понял, что происходит, а сообразив, коротко ударил того в печень. Мужик вскрикнул и, сложившись лег на пол. Испуганные пассажиры отпрянули, глядя вниз на скрючившегося мужчину и загомонили.
Мы выскочили в числе первых из вагона, и я расхохотался. Гулька удивленно смотрела на меня. Наверное, решила, что умом тронулся.
– А…, если…, мы ошиблись…? И… это не извращенец? – наконец смог я выговорить.
Теперь хохотали вдвоем, не обращая внимания на удивленных окружающих.
Конец ознакомительного фрагмента.