Шанс на счастье.
Шрифт:
– А меня ты уже знаешь.
– сказал Леша.
Минут через пятнадцать на столе начали появляться тарелки с жаркое, разные салатики. Мы с Леной поочередно носили их или доставали что-то из холодильника для сестры - повара. Одновременно с этим я старалась отвечать на различные вопросы, которые сыпались на меня со всех сторон.
– Так вы с Лерой сестры?
– спросил Рома или Сережа. Я их путаю пока что.
– Да, двоюродные.
– Сколько тебе лет?
– задал вопрос Леша.
– Двадцать один.
– А когда день рождения?
– Летом.
–
– Да, люблю бегать.
– Просто бегать? Ты недооцениваешь себя.
– воскликнула Лера, молчавшая все это время.
– Ты же у нас чемпионка республики в беге на короткие и длинные дистанции.
– Серьезно?
– переспросил один из близнецов.
– Ну да...
– следующий вопрос застал меня врасплох:
– Зачем ты приехала?
– спросил Матвей, заглядывая мне в глаза.
– Я... решила поведать сестру и стать немного самостоятельней.
– он смотрел на меня так, будто хотел сказать: "ты чего-то не договариваешь".
– Ладно. Кто будет чай?
– разрядила обстановку сестренка. Этот Матвей нервировал меня.
– Ками, поможешь мне?
– Конечно.
Мы принесли из соседней комнаты сервиз, разлили по чашкам заварку, а потом кипяток.
– Ой, тетя Саша и мама передали же торт.
– вспомнила я.
– С безе? Неси!
Тут же вылезла из-за стола и направилась к двери.
– Можно с тобой?
– спросила Лера. Вместе мы вышли на лестничную клетку и поднялись на этаж выше. Как только оказались в другой квартире, Лера произнесла: -Кам...
– Да?
– в голосе девушки явственно звучало беспокойство.
– Как там мама с папой?
– спросила она.
– У них все хорошо. За тебя только очень беспокоятся.
– К сожалению, у меня не было возможности долгое время с ними разговаривать...
– Почему?
– Я позже тебе объясню - это длинная история. И про Лешу тоже. Все связано.
– Хорошо.
– Скажи меня, а как же тебя отпустил твой Антон?
– улыбка снова вернулась на ее губы.
– Он больше не мой...
– воспоминания об Антоне до сих пор доставляли мне боль. На глаза навернулись слезы, но я взяла себя в руки и улыбнулась.
– Мы расстались.
– Но почему? Ками...
– Лера заметила перемену моего настроения и потянула в объятья.
– Ну, как-то так. Все в порядке, честно.
– ненавижу врать, но показывать свою слабость тоже не хочу, даже близкому человеку.
– Кхм... нам уже пора.
– Да, точно.
– вот за что люблю сестру, она не будет докапываться до сути, как мама, если я не хочу этого. Она всегда поддержит, но в душу лезть не станет. Такая спокойная, добрая, понимающая.
Перед уходом услышала звонок своего телефона. Извинившись, отправила Леру одну, пообещав принести второй пирог позже. На дисплее высветилось:
Антон
Господи, что же ему надо? Неужели одного раза было мало! Отключила звук телефона и спрятала его под подушку.
На часах была половина первого ночи, когда все начали понемногу расходиться. Я хотела остаться и помочь Лере убрать со стола, но она отправила меня спать, сославшись на помощь своего парня. У себя не стала разбирать чемодан, а просто вытащила пижаму и пошла в душ. После этого расстелила постель, взяла наушники, подключила их к плееру и попыталась удобно устроиться.
И снова видеть все простым от первого звука -
Это прозрение, давай без шуток про утро.
Это как редкое явление в безсознательном,
Увидеть мир прошлого и не узнать его.
Как же больно узнавать, что человек, которого ты любишь больше жизни, играет тобой и изменяет на каждом шагу. За что мне такая боль? Такое унижение?
Как в забытых песнях, как в чужих словах -
Истину искать - словно снега в песках.
Не присваивай себе это право на чудо!
Саундтреки наших будней - боль в струнах.
Сердце выбирает ритмы в паре с шагами,
Веди меня туда, где мы друг друга не знаем.
И я найду тебя снова и открою миру правду,
Что только вместе мы станем счастливы.
Может со мной что-то не так? У меня на лице написано: "Измени мне!"?
Даже ближе, чем себе можно представить -
Твои серьезные: "Привет!", улыбаясь глазами.
Эти ключи, что непременно забренчат в кармане.
Давно не нужный брелок, не нужен - снимаю.
Душа настолько бывает темна.
Берег теряю я, снова бегу от себя.
А дальше - свет, и он зажигается сам,
Когда, казалось бы: все точки уж можно расставить. *