Шанс дается раз
Шрифт:
— Ты понимаешь, что, продай их, смогла бы тихо и безбедно прожить жизнь в собственном домике с парочкой слуг? — между тем, не пожелал мой спутник закончить разговор. Его настойчивость слегка разозлила, и ответ он получил предельно откровенный:
— Вы всерьёз думаете, что Ваш дедушка мне бы это позволил? — уточнила я, — Боюсь, решись я их продать, быстро очутилась бы в казематах Дозорной Башни. Зато теперь их час настал! Возьмите. Они — ваши.
Признаюсь откровенно: стоило пережить весь кошмар пятилетней давности только ради того, чтобы полюбоваться на лицо Его Высочества в тот момент. Справившись с
— Зачем? — уточнил он холодно. Уже тогда Эйтан был не склонен верить в человеческую благотворительность.
Я просто пожала плечами в ответ:
— Мой принц, Вы знаете, куда мы сейчас направляемся, а я — нет. Карта поможет нам преодолеть большую часть пути под землёй, потому я отдаю её Вам. Разве не логично?
Не говоря ни слова, Эйтан начал вглядываться в переплетения линий, вычерченных на выделанной коже. Я молча следовала за ним, не решаясь мешать; невесёлые думы отравляли моё существование. Постоянные контрасты в поведении Змея настораживали, заставляя сомневаться в правильности своих решений. Возможно, я поступаю неправильно? Машинально стиснув в пальцах сумку с самым необходимым, я покорно следовала за юным наследником Императоров.
С пути, ведущего в городской парк, мы уверенно свернули на первом же повороте. Насколько я могла ориентироваться, направлялись мы в сторону верхних уровней города, занимаемых богачами и престижными заведениями. Точнее определить маршрут, не имея карты, было затруднительно.
Идти пришлось долго. Окончательно потеряв счёт минутам, я бездумно следовала за Наследником, волоча за собой сумку и глядя в пол. Трещины в монолитном камне настолько увлекли, что момент, когда Эйтан остановился, ускользнул от моего внимания. Не замедляя шага, я врезалась в Змея и, думаю, душевно поздоровалась бы с каменным полом, если бы его высочество не успел меня подхватить, удерживая от падения. Магический светильник, который Эйтан неосмотрительно уронил, откатился в сторону, оставляя нас в полутьме.
Стало тихо. Нужно было что-то сказать, но мне сложно было совладать с непослушным голосом: то, что я совершила, было большим проступком. Особы Императорской крови считались детьми богов, и, как следствие были существами неприкосновенными для всех, кроме их личных женщин и придворного лекаря. Единственный жест, допустимый по отношению к Императору — поцеловать либо сжать ему руку. За то, что случайно сделала я, можно было, в лучшем случае, получить по лицу…
Инстинктивно вжав голову в плечи, я ожидала реакции Змея. Даже в неверном свете ставшего далёким светильника было видно, что глаза его опасно потемнели, а ноздри хищно раздуваются — из чего можно было сделать вывод, что он зол. Между тем, продолжая одной рукой придерживать меня за талию, принц медленно провёл вдоль моего позвоночника, вызвав странную дрожь. Что он делает? Хочет добраться до шеи?.. Я сжалась ещё больше и быстро заговорила:
— Ваше высочество, простите, я не хотела! Это вышло случайно, не нужно…
Что именно «не нужно», я в тот момент не знала и сама. Экоп Мышь с удовольствием бил женщин, а ведь мой спутник куда выше его по положению, а я тут осмелилась его толкнуть, ещё и фонарь из рук выбила… наказание за такой проступок могло быть весьма и весьма неприятным.
То, что стоило промолчать,
— Что ты себе возомнила, позволь узнать? Ты себя хоть в зеркало видела? — зло прошипел принц непонятную для меня фразу.
— При чём тут зеркало? — пришла моя очередь удивляться, — Я знаю, что очень неуклюжа. Не причиняйте мне боль, пожалуйста. Я, правда, не хотела Вас толкнуть, это вышло случайно, и…
— Помолчи, — посоветовал мне принц. Выражение его лица в тот момент было на редкость странным, что расстроило ещё больше. У меня возникло стойкое ощущение, что мы друг друга, мягко говоря, немного не поняли. На мгновение даже промелькнула мысль, что Змей видел в тот момент во мне женщину, но сию крамольную идею ваша покорная слуга тут же отмела. Нужно было быть очень высокомерной, дабы поверить в нечто подобное…
— Смотреть под ноги надо, — рявкнул принц между тем, — И вообще: что за сумку ты с собой таскаешь?
— Там наша одежда и еда, — отозвалась я быстро, — Если переодеться сейчас, мы испачкаемся; станет заметно, что мы блуждали по подземельям. Потому…
— Давай сюда.
Спорить с раздраженным мужчиной — дело зряшное. Быстро протянув ему свою ношу, я молча наблюдала, как Змей подхватил с пола фонарь, легко повесил сумку на плечо, и, не говоря ни слова, направился вперёд. Я покорно семенила за ним, чувствуя, что в душе царит самый настоящий сумбур.
К следующей незапланированной остановке я была готова, потому, стоило принцу замедлить шаг, послушно замерла у пологой каменной насыпи. Сверившись с картой, его высочество кивнул каким-то своим мыслям и бросил:
— Скоро мы выходим. Переодеваемся.
Я кивнула и распотрошила сумки.
— Вот, форма Мика. Вам должна подойти, мне так кажется, — прокомментировала, протягивая Эйтану наряд. Принц покорно взял из моих рук предложенное, и я тут же отвернулась, вытаскивая свою одежду.
— Этот Мик — курсант Военной Академии? — уточнил Змей. Я, быстро расстегивая застёжки верхнего платья, рассеянно отозвалась:
— Угум… мне подумалось, что лучше прикрытия не отыскать. Курсанты очень внимательно следят за сохранностью своей формы, опять же, никому и в голову не взбредёт искать Вас среди них. Комплекция у вас с Микешем примерно одинаковая, возможно, он чуть шире в плечах, но не думаю, что это будет заметно…
— Ты сравниваешь меня с каким-то простолюдином? — в голосе, прозвучавшем за моей спиной, отчётливо звенел острыми краями лёд.
Я даже застыла. Богиня, и вправду, что же со мной творится?! С другой стороны…
— Нет, ваше высочество, — мой голос был сух, — Я всего лишь забочусь о достоверности Вашей маскировки. Вы переоделись? Я могу повернуться?
— Да, разумеется, — его тон говорил о глубоком презрении к окружающему миру. Мне оставалось только глубоко вздохнуть и сделать неутешительный вывод: мы вернулись к тому, с чего начинали.
С такими мыслями я и повернулась, встречаясь глазами с наследником Ишшарры, который, похоже, и не думал отворачиваться и всё это время наблюдал за мной.