Шанна
Шрифт:
— Вы испортили прекрасную лошадь! — наконец воскликнула она, приходя в ярость от того, что он так легко завоевал доверие Аттилы.
Губы Рюарка медленно растянулись в улыбку.
— Это прекрасный резвый жеребец. На другого у меня ушло бы несколько месяцев. Я научил его лишь являться на мой свист. Вам бы не удалось и это.
Шанна вскипела, и грудь ее поднялась от негодования.
— Если вы думаете, что я буду когда-нибудь являться по вашему свисту, то это величайшее из всех ваших заблуждений, сэр!
Он, казалось, не слышал
— Вы перестанете так пялиться на меня? — грубо спросила Шанна, чувствуя, как ее пожирают эти пылающие глаза.
Без единого слова Рюарк подошел вплотную и вскочил на Аттилу позади Шанны. Задохнувшись, она попыталась бороться, но он, почти обняв ее, взялся за гриву лошади.
— Вы с ума сошли? Слезайте сейчас же! — запротестовала она, но все мысли ее были о крепкой обнаженной груди Рюарка, которой он прижался к ее спине, его стройных, загорелых и мускулистых бедрах, которые слились с ее бедрами. Он тесно прижался к ее ягодицам, и она задохнулась от ощущения его близости.
— Чего вы добиваетесь? — Она попыталась вывернуться из его рук. — Если вы собираетесь совершить насилие надо мной, то вам не поздоровится, клянусь вам!
Около ее уха прозвучал хриплый голос:
— Спокойно, Шанна, позвольте мне немного проводить вас. Вы привыкли к дамскому седлу, как и Аттила. Он должен научиться подчиняться своему наезднику, кем бы тот ни был. — И весело добавил: — Тогда вы сможете помешать ему являться на мой свист. А теперь смотрите, я покажу вам, как управляет лошадью мужчина.
Взволнованная его близостью, Шанна сорвала с головы шляпу и, ухмыляясь, спросила:
— А если нас увидят? Что тогда, мистер Рюарк?
— Между этими зарослями и коралловыми рифами? — Он слегка усмехнулся. — Сомневаюсь. Да и вы так не думаете. Успокойтесь, Шанна. И, кроме того, вашей добродетели в моем присутствии ничто не угрожает. Кто, как не ваш муж, позаботится о ней?
— Не угрожает! — В голосе ее зазвучала насмешка. — Когда вы рядом со мной, вы всегда стараетесь прикоснуться ко мне, и мне кажется, что только это вас и занимает.
— Как и вас, любовь моя. И вы знаете, каков будет результат. Сделка будет полностью завершена тогда, когда мне будет угодно, и так, как я захочу.
— Надо быть негодяем, чтобы так принуждать леди!
— Негодяем? Вовсе нет! — пожал плечами Рюарк. — Я лишь желаю, чтобы была оплачена услуга, согласно договоренности. Что же до принуждения — никогда! Я не желаю вам зла, Шанна. Скорее, я бы сказал, я желаю разделить с вами минуту блаженства и позволить вам ощутить пробуждение страсти.
Шанна обернулась, чтобы взглянуть ему в глаза, в ее же собственных отражались удивление и гнев.
— Довольно! — Рюарк понадежнее усадил ее перед собой. — Сегодня вы в безопасности. Я хочу вам преподать только урок
Он тронул бока Аттилы своими пятками, и жеребец медленно и величественно тронулся с места. Рюарк наклонился вперед, и Аттила ускорил шаг. Рюарк заставил его выполнить ряд маневров, к немалому удивлению Шанны. Она чувствовала движения этого человека, и Аттила отвечал на них так, как если бы составлял с ним одно целое. Затем колени Рюарка напряглись, и Аттила с места рванулся вперед и понесся по берегу наперегонки с ветром.
Рюарк что-то зашептал на ухо Шанне, и она обернулась к нему.
— Я спросил, не обещали ли вы отцу скоро вернуться.
Шанна покачала головой, и ее волосы легли на его плечо. Рюарк прижал ее к себе.
— Хорошо. Я покажу вам чудесную поляну в лесу. Ничего не бойтесь.
Глядя в его глаза, Шанна ощущала их мягкое, улыбчивое тепло, и в ней не было никакого страха. Ее любопытство возбуждала очевидная способность Рюарка обращать обстоятельства в свою пользу. Этот человек взял ее девственность, избежал виселицы и с легкостью согласился на рабство.
— Я в вашей власти, сэр. — Она подчинилась ему, возможно, с большей готовностью, чем ей бы хотелось. — И надеюсь лишь на то, что вы будете верны своему слову.
— Мне незачем обманывать вас, Шанна. Свою ночь я все равно получу.
Откинувшись назад, Рюарк замедлил бег лошади, из-под копыт которой поднимались фонтанчики влажного песка и воды. Шанна никогда не осмелилась бы дать лошади такую свободу, не связывая ее поводом, и все же она чувствовала себя в странной безопасности в кольце этих сильных рук.
Щелкнув языком и сжав колени, Рюарк повернул жеребца на узкую тропу, которая, казалось, вела в никуда, все более углубляясь в дикие заросли. Скоро они оказались на залитой солнцем поляне, покрытой высокой травой, в которой цвело множество благоухающих фуксий; окружавшие поляну высокие деревья покорно склонили свои ветви перед этой красотой.
Рюарк спешился и помог сойти с лошади Шанне.
— Вы были правы, — пробормотала она, отдавая ему должное. Вы действительно умеете обращаться с лошадьми.
Рюарк ласково гладил шею Аттилы.
— Я люблю работать с ними. Хороший конь всегда знает своего хозяина.
Шанна пристально смотрела на Рюарка, пока он, наконец, не поднял вопросительно бровь.
— А вы знаете своего хозяина? — резко спросила она. — Готовы ли вы признать хозяином любого?
— А какой человек, мадам, мог бы подчинить меня себе? — Он стоял рядом с ней, глядя на нее сверху и не позволяя оторваться от своих янтарных глаз. Голос его звучал мягко, когда он продолжил свою мысль, но в нем была твердая нотка решимости, которая странным образом одновременно пугала и злила ее. — Говорю вам, Шанна, любовь моя, ни один мужчина не будет мне хозяином, если я этого не захочу.