Шань
Шрифт:
— Правда, правда. Тай-пэнютвоего уровня не пристало публично срамиться, — продолжил он, подыгрывая ей. — Поэтому я вынужден отказать тебе в твоей просьбе. Пошли тогда в рыбную таверну на Козевэй Бэй, которая так тебе нравится. Думаю, я и в самом деле лучшего не заслуживаю.
Цунь пытался остаться серьезным. Он бы с радостью дал ей все, что она пожелала бы, обладай он такой возможностью. Однако подобное признание, сделанное в открытую, не принесло бы пользы ни ему, ни ей. Он считал, что Неон Чоу лучше не знать о силе его чувства и зависимости от нее. Ни одна женщина, (а он перевидал их немало за свою долгую жизнь), не
— Случайно тебе повезло, — промолвил он. Голос не выдал ни одного из тех чувств, что наполняли сердце Цуня.
— Я звонил в заведение на Козевэй Бэй, но у них нет мест по случаю частной вечеринки.
Это была вопиющая ложь: он заранее решил вести ее в тот ресторан, который она сама выберет.
— Поэтому у меня складывается впечатление, что, кроме как сходить в “Гаддис”, ничего иного не остается.
— И-и-и-и! — радостно завизжала Неон Чоу и кинулась к нему на шею. Она прижалась к нему всем телом. — Как здорово!
“Да, —подумал Цунь, — действительно здорово”.
—А вот и мы, достопочтенный отец!
Цунь Три Клятвы выпустил Неон Чоу из своих рук и повернулся, узнав голос того, кого он считал своим первым сыном. Слегка прихрамывая, он зашагал навстречу Джейку и Блисс, когда те взошли на палубу. Моя дочь сейчас выглядит лучше, чем когда-либо прежде, —подумал он. Казалось, полупрозрачная кожа Блисс слегка светится изнутри. Она словно всю жизнь дожидалась, когда Джейк Мэрок вернется к ней. Навстречу любви.
— Приветствую вас, Чжуань, — сказал Цунь и, повернувшись к Блисс, добавил: — Здравствуй, дочь.
Лицо его все время оставалось безмятежным, не отражавшим и намека на какое-либо чувство.
— Блисс может спуститься вниз? — осведомился Джейк. — Мой отец говорил, что нуждается в помощи ее исцеляющих рук.
— Конечно, — тут же ответил Цунь и пошел вперед, указывая путь. Приехав из Пекина в Гонконг ради воссоединения с семьей, Ши Чжилинь предпочел жить на джонке своего брата, потому что, как он говорил: Она напоминает мне о старых днях, когда нам приходилось продавать мак заморскому дьяволу в Шанхае.
Джейк и Цунь наблюдали, как Блисс спускалась по трапу. Джейк чувствовал, что Неон Чоу, не отрываясь, смотрит на него. Сам он, однако, не подавал виду, что заметил ее присутствие. Он предпочитал относиться к ней как к вещи, вроде тюков и корзин, захламлявших до блеска надраенную палубу.
Он, собственно говоря, и не думал о Неон Чоу. По его мнению, ответственность за нее целиком ложилась на дядю. Джейк не признавал ее членом семьи. В глубине души он подозревал, что ее больше интересуют деньги Цуня, нежели их владелец.
Ему доводилось встречать немало таких красоток, располагавших в жизни только одним товаром, пригодным для торговли, — собственным телом. Впрочем, для Азии это всегда было характерно.
Блисс, спустившись в каюту, улыбнулась, представ перед Ши Чжилинем, и взяла его за руку. Она сжала ладонь старика и погладила ее. Взгляд девушки выражал любовь и нежность. Затем она расцеловала Чжилиня в обе щеки.
— Где у вас больше всего болит сегодня, а-йэ? — тихо спросила она. Когда Чжилинь ответил, она удовлетворенно кивнула. — Не
Энергия течет вниз по ребрам в область паха. Дальше — по ноге до колена, потом по голени, делает там круг и достигает точки, на которую я нажимаю. Ну, а теперь закройте глаза, а-йэ.
На падубе Цунь Три Клятвы смотрел вслед стройной фигуре удалявшейся Неон Чоу. Когда она скрылась в каюте, он перевел взгляд на небо, затянутое серебристыми тучами, и смачно сплюнул за борт.
— Ни солнца, ни дождя. Никакая погода. Не годится ни для рыбалки, ни для развлечения с женщинами, а-йэ?
Полуприкрытые глаза Джейка были устремлены в морскую даль. Там, у самого горизонта, ползли черные и низкие силуэты танкеров, заполненных нефтью из богатых Эмиратов. Вне всяких сомнений, они миновали по пути Малаккский пролив, крошечный, но стратегически важный кусочек современного мира, приводимого в движение черным золотом.
Как предостерегал сына Ши Чжилинь, именно сюда, на Малаккский пролив, так же как и на материковую часть Китая, собирались нанести свой удар Советы.
Выбросив из головы мысли о дяде и Неон Чоу, Джейк вспомнил свой разговор с Чжилинем, состоявшийся несколькими часами раньше. Старик казался одержимым беспокойством по поводу их старого врага — КГБ. В особенности ему не давали покоя две высокопоставленные фигуры.
— Более трех с половиной лет тому назад, — сказал Цзян, — получив политическое благословение Анатолия Карпова и Юрия Лантана, командование Советской Армии затеяло крупные мероприятия по повышению боеспособности пятидесяти восьми дивизий, размещенных в приграничной зоне. Девять из них уже полностью перевооружены и укомплектованы. Они базируются вдоль северной границы Китая. Согласно последним данным разведки, в Восточной Сибири, где наши позиции исторически слабы, сосредоточено около ста бомбардировщиков Ту-22 и примерно сто пятьдесят мобильных ракет СС-20, снабженных ядерными боеголовками.
— Это те самые бомбардировщики “Бэкфайеры”? — спросил Джейк.
Увидев, что отец молча кивнул в подтверждение, он невольно поежился. Это были самые современные стратегические бомбардировщики русских с впечатляющими характеристиками: радиус действия — пять тысяч миль, боекомплект — восемь бомб или ракет типа “воздух-земля” с ядерными зарядами.
— Они окружают нас со всех сторон, Джейк, — говорил Чжилинь. — Однако дело не в количестве техники: это всего лишь мертвые машины. Необходимы операторы, которые запустят в ход механизмы. Только человеческий разум может привести их в движение. И вот здесь-то начинается самое худшее. В Кремле у нас появился новый враг Олег Малюта. Он гораздо опасней, чем когда-то были Карпов и Лантин, так как устои его могущества и власти практически непоколебимы. И если наступит момент, когда он шагнет еще выше по лестнице власти, то — Будда, защити нас! Его агрессивность и воинственность не нуждаются в проверке. Афганистан и Пакистан — далеко не самые впечатляющие доказательства. Какая тенденция — мирная или милитаристская — возьмет верх в змеином мозгу Малюты — вот вопрос, который мы должны постоянно задавать себе. Прикажет ли он поднять “Бэкфайеры” в воздух?