Шаманка
Шрифт:
– Солнышко, ты слишком загоняешься, - приобнял меня Рен.
– Никто так не думает…
– Ага, ага, - скептически глянула я на него.
– Если вам этого не говорят, не значит, что так не думают.
– Ладно, давайте пока вопрос о знакомстве отложим на потом, - неожиданно вмешался Антариен.
– Рина, ты хотела сегодня еще в медцентр слетать?
– Да, хотела узнать, как там наш последний пациент поживает. Даже не верится, что они все теперь здоровы и могут вернуться к полноценной жизни.
– Хорошо, тогда сегодня с тобой полечу я, у Шейрана и Рена были какие-то планы.
Краем
Мы вдвоем сели в гравикар и полетели в медцентр.
Последний пациент, как и остальные двадцать девять до него, успешно очнулся и чувствовал себя уже намного лучше, нам даже продемонстрировали его в палате через смотровое окошко. Ну вот и отлично, с этим мы, наконец-то, закончили, и закончили очень успешно!
Завершив свое общение с учеными и врачами, мы погрузились в аппарат и и полетели обратно. Но на полпути я поняла, что не узнаю дорогу.
– А куда мы летим?
– удивленно спросила я.
– Хочу показать тебе одно место, - улыбнулся мне Риен.
– И поговорить.
– Хорошо, - только и оставалось мне согласиться, попутно теряясь в догадках, что задумал мой жених.
Прилетели мы в Адарсонский заповедник, где, как я читала, росли самые большие и старые деревья на Эйлосе. И действительно, когда мы вышли из летательного аппарата и побрели под сенью леса, я поразилась, насколько маленькой чувствую себя среди этих исполинов, шагая по проложенным дорожкам в сумрачно тени их густых крон.
Антариен держал меня за руку, переплетя пальцы, и молча шел рядом.
– О чем ты хотел со мной поговорить?
– тихо спросила я, не решаясь громким голосом нарушать спокойствие этого дивного места.
– Скажи мне честно, что тебя беспокоит? Я же вижу, что в последнее время тебя что-то гложет, ты стала больше нервничать, кажется, хуже спать, даже круги под глазами появились, - спросил хаасширец.
– Ну спасибо, - фыркнула я, намеренно оттягивая начало разговора.
– Это из-за нас? Из-за того, что тебе нужно выбрать одного и нас?
– спокойно продолжил после большой паузы мужчина.
Я глубоко вздохнула. Даже не знаю, стоит ли вываливать на него все свои чувства, но и держать это в себе больше нет сил, а поговорить не с кем.
– Я не могу это сделать, - тихо призналась я, решаясь сделать следующий шаг.
– Понимаешь… Я… я не знаю, я просто разрываюсь на три части… Вы все трое стали мне невероятно дороги, мое сердце замирает, а душа расцветает при виде каждого из вас. И мне невыносимо думать, что своим выбором я причиню боль двоим из вас, да еще и и обреку на смерть в страшных мучениях. Каждый из вас достоин жить и иметь свое продолжение в детях, иметь настоящую крепкую и счастливую семью. Я просто не могу выбрать, понимаешь? Не могу!
– почти закричала я в конце, вытирая непрошенные слезы.
– Прости, я просто… прости, что не сдержалась и вывалила на тебя все это, - выдохнула я, стараясь взять себя в руки.
Риан крепко обнял меня и долго молчал в ответ на мои слова, как будто раздумывая над чем-то, а затем, внимательно посмотрев
– Кажется, я понял тебя, понял твои чувства… Я не знаю, как нам решить эту проблему и сможем ли мы в конце концов в этом разобраться, но одно я знаю точно - я не перенесу, если с тобой что-нибудь случится, поэтому… в общем, я хочу подстраховаться. Мне придется открыть тебе одну из важнейших тайн нашей семьи, и очень надеюсь, ты сможешь воспринять это без опаски и согласиться на одну очень серьезную процедуру. Если ты это сделаешь, то, что бы с тобой ни случилось, у нас будет шанс не дать тебе исчезнуть из нашей жизни.
Глава 48
– И что это за способ такой секретный?
– встрепенулась я, приходя в себя после эмоционального всплеска.
– Тайны я люблю!
Поколебавшись немного, хаасширец взял меня за руку:
– Нам нужно слетать еще в одно место. Я покажу тебе кое-что, но это государственная тайна, наверно, самая главная и наиболее охраняемая, так что ты должна будешь дать клятву о неразглашении и поставить энергетический блок на речевой центр для исключения возможности распространения этой информации, иначе я не смогу рассказать тебе, мне просто не позволят. Айрену и Шейрану придется сделать то же самое, если ты согласишься на процедуру и пройдешь ее, их нужно будет поставить в известность, ведь в будущем это может коснуться и их напрямую.
– Какую процедуру?
– замерла я.
– Это опасно?
– Нет, - поцеловал кончики моих пальцев Риан.
– Но это может стать... морально-этической проблемой для тебя. В общем, я не знаю, сможешь ли ты принять это, но хочу попробовать.
– Тогда полетели, - уверенно сжала я его руку.
– Если есть возможность заполучить серьезную подушку безопасности для собственной жизни, я не против.
Двухместный гравикар высадил нас у огромного белоснежного здания с панорамными окнами и узорами на фасаде, похожими на серебристое ирландское кружево.
– Как красиво!
– искренне восхитилась я.
– Этот комплекс создавал один из лучших архитекторов Эйлоса, - с гордостью произнес Риен.
– Мой отец делал ему заказ, и мастер оправдал все его ожидания.
Задержавшись на входе и пройдя несколько проверок и идентификацию личности, мы прошли внутрь, а затем после еще одной проверки оказались в большом лифте, который двинулся вниз, и все ехал и ехал. А я удивленно посматривала на Антариена. Что это за объект, на который он меня привел, который вниз простирается на гораздо большее количество этажей, чем вверх? Какая-то тайная база?
Этот вопрос я и озвучила ему, когда лифт остановился.
– Это самый засекреченный исследовательский центр нашей расы, - просветил меня Риен.
– Сейчас я тебе все покажу.
Выйдя из лифта, мы попали в просторный коридор с яркой белой и синей подсветкой, а оттуда - в другое помещение, напоминающее большую ультрасовременную больничную палату со множеством медицинской аппаратуры и других непонятных приборов. У этой палаты был своеобразный «предбанник» - гостиная с несколькими диванчиками, креслами и столиком. Вообще здесь был такой футуристичный антураж, что я совсем потерялась в догадках, где же мы находимся.