Шаги в темноте
Шрифт:
Поздним вечером того же дня.
– Франт, говоришь… – человек, недавно опрашивавший воришку, откинулся на спинку стула. – Не помню такого. А что люди говорят?
– Тоже никто его раньше не встречал. Карась, правда, что-то такое вспомнил… но тот, о ком он слыхал, вроде бы ещё до войны помер.
– Так вроде бы или помер?
– Карась точно не уверен.
– Вот что… – сидевший на стуле человек поскрёб подбородок. – Надо по зонам малявы разослать, кто такого человека знает, да где он сейчас.
– Сделаем!
– Не
– Эт-точно! – пробасил голос из полумрака.
– Но! Пошли же! Сталбыть – что?
– Ну… – запнулся с ответом собеседник.
– Не собираются они здесь жить! Потому и беспредельничают! Не наши это, не городские.
– Дык… из леса ведь могут тамошние фокусники прийти!
– И за каким хреном им вокзальные менты? За стволами пришли, что ли?
«…перехваченная «малява», обнаруженная при обыске у осуждённого Филимонова Т.С.
«Всем ворам почёт и уважение!
А не встречал ли кто-нибудь в последнее время такого человека, который именует себя Франтом? Приехал в наш город, ведет себя резко. Есть подозрение, что настоящий Франт умер перед войной, а этот, что уважаемым именем обозвался, обычный ёрш.
Старый».
По оперативной информации интерес к вору с такой кличкой проявлялся уже не единожды…»
«…В рамках подготовки к проведению спецоперации «Восход» прошу подготовить всю информацию о следующих лицах:
1. Демидов Николай Иванович, 3 марта 1902 г.р., уроженец с. Ветки Моршанского уезда. Кличка «Добрый». Специализация – «медвежатник». Ранее неоднократно судим. Последняя информация – бежал из мест заключения в 1944 г. По имеющимся сведениям собирался выехать в г. Ленинград.
2. Ларин Дормидонт Фомич, 6 сентября 1911 г.р., уроженец г. Ярославль. Кличка «Пятнистый». Вор-рецидивист, ранее неоднократно судим. Последняя информация – был замечен в г. Тула в 1945 г.
3. Федотов Илья Николаевич, 2 сентября 1890 г.р., уроженец г. Тверь, прописан по адресу: г. Торжок, ул. Новая, дом 19.
Он же – Затлерс Арвид Янович, 11 февраля 1892 г.р., уроженец г. Тарту, прописан в Ленинграде, 2-я линия Васильевского острова, дом 9, кв. 15. Кличка «Франт». Последняя информация – в октябре 1935 г. был передан из СИЗО г. Ачинск в УНКВД по Западно-Сибирскому краю по личному указанию начальника УНКВД Западно-Сибирского края комиссара внутренних дел 3 ранга Каруцкого В.А.»
Указанная информация была доведена до сведения всех сотрудников ОББ. В части, их касающейся, получили её и сотрудники уголовного розыска.
И именно такой блокнот был похищен из квартиры оперуполномоченного уголовного розыска Фомина Игоря Вальерьевича. Поскольку ничего другого не пропало, он не обратил на это особенного внимания. Мало ли… мог и на работе где-нибудь оставить… Никаких секретных сведений там не содержалось, воры и бандиты свои клички и так наизусть помнят.
5
Этот вечер в пивной ничем особенным не выделялся. Разве что контингентом. Большинство нормальных людей давно уже разошлись по домам – завтра на работу. Остались лишь те, кто никуда рано вставать не собирался, – их «работа» это вполне допускала.
Но всё было тихо, никто особо не шумел и не скандалил.
Члены спецгруппы, исключая Франта с «племянницей» и деда Мишу, спокойно сидели за столиком, потягивая пиво и негромко переговариваясь.
Перед выходом из дома командир им кратко пояснил сложившуюся обстановку.
– Бандиты крайне недовольны налётом на отделение.
– Вот новость! – удивился Математик. – Они, что, подружились с милицией? И что тогда мы тут делаем?
– Ну, – усмехнулся Франт, – до этого пока не дошло. Но они опасаются, что милиция такую наглость безнаказанной не оставит. И проведет какие-нибудь мероприятия против уголовного мира. Кого-то обязательно задержат. И скорее всего – посадят, накуролесили тут немало! За причиной для посадки дело не станет. Но выставят-то виновниками тех, кто ментов разозлил!
– То есть нас.
– Ну, пока они про это не знают… но могут предполагать! Так что держитесь, люлей вам могут отвешать качественных, а то и похуже. За языком следить особо! Не то бухнешь – и понеслось! Блатота – она к словам придирчива.
Соответствующие выводы были сделаны, народ подобрался и стал зорче поглядывать по сторонам.
Пока ничего не предвещало неприятностей, какие-то небольшие стычки возникали, но это всё были разборки между своими, и спецгруппы они не касались. До тех пор, пока проходивший мимо тощий шкет не покачнулся и «ненароком» плеснул пивом на сидящего Охотника.
– Э, родной! – возмутился тот. – Поаккуратнее быть надо! Тут не шкаф стоит – люди сидят!
– Лю-ю-юди… – насмешливо протянул шкет, нимало не смущаясь. – И где ж ты здеся их увидал? Фраера залетные – эти есть! Только тебе слова тут никто не давал, между прочим!
– За базаром следи! – не оборачиваясь, произнёс Математик. – А то и поплохеть может…
Показной хмель с нахала моментально слетел, и урка тотчас же отскочил к дальнему столику, где сидела компашка подозрительных личностей.