Шагги Бейн
Шрифт:
А теперь, вечером, она чувствовала притяжение того, что днем казалось ей обыденностью. Истинное волшебство заключалось в иллюминации. Она не видела ни одной поверхности, которая не сияла бы. Старые трамваи, ходившие посреди улицы, были украшены огнями, хилые деревянные пристани, уходившие в солоноватое море, были подсвечены, как взлетно-посадочные полосы. Даже дамские шляпки «Целуй меня скорей» [12] то загорались, то гасли, словно снедаемые похотью. Шаг сжал ее запястье и повел сквозь толпу вдоль сверкающего променада. Ребятишки визжали на детском автодроме, оборудованном на пирсе. Ревели и сверкали электромобили, звякали монетки в игральных автоматах.
12
«Целуй меня скорей» (Kiss-Me-Quick) – шляпы с такой надписью популярны на британских морских курортах. – Прим. ред.
13
Блэкпульская башня – туристическая достопримечательность Блэкпула. Высота башни 158 м. Входит в состав развлекательного комплекса, который включает в себя саму башню, бальный зал, цирк. – Прим. ред.
– Дорогой, пожалуйста, сбрось газ, – взмолилась она. Огни пролетали мимо нее слишком быстро, она не успевала насладиться ими. Она вырвала руку из его пальцев – на запястье, там, где он ее держал, образовалось красное кольцо.
Раскрасневшийся Шаг моргал в этой праздничной толпе. Кровь прихлынула к его лицу от злости и смущения. Посторонние мужчины покачивали головами, словно уж они-то знали, как нужно обращаться с такими красавицами.
– Ты ведь не собираешься устроить скандал?
Агнес потерла руку. Она пыталась прогнать недовольство с лица. Она ухватила его мизинец своим. Золото его масонского кольца, соприкоснувшегося с ее ладонью, было холодным и мертвым.
– Просто ты слишком спешил, ничего больше. Дай мне насладиться. У меня такое ощущение, будто я никогда не выхожу из дома. – Она отвернулась от него к огням, но волшебство исчезло. Иллюминация была дешевкой.
Агнес вздохнула.
– Выпьем немного. Чтобы холод прогнать, вдруг это поможет нам вернуть праздничное настроение.
Шаг прищурился, провел кулаком по усам, словно ловя все те жесткие слова, которые хотел сказать ей.
– Агнес. Я тебя прошу. Пожалуйста, можешь ты хоть сегодня не пить?
Но она уже шла – через трамвайные рельсы к подмигивающему ковбою.
– Здрасьте, – сказала барменша с сильным ланкаширским акцентом. – Чудненькое платьице.
Агнес устроилась на вращающемся барном табурете, изящно скрестила щиколотки.
– «Бренди Александр» [14] , пожалуйста.
14
«Бренди Александр» – коктейль со сливками на основе коньяка (или бренди) и шоколадного ликера. – Прим. ред.
Шаг принялся вертеть соседний табурет, пока тот не стал выше, чем ее. Он, подпрыгнув, уселся на него, повернулся к ней – их глаза были на одном уровне.
– Холодного молока, пожалуйста.
Он вытащил две сигареты из пачки, и Агнес жестом попросила его прикурить одну для нее. Барменша поставила перед ними заказ. Молоко было в детском стаканчике, Шаг, отодвинув стаканчик от себя, попросил его заменить.
Он сунул зажженную сигарету в рот Агнес, погладил ей затылок в том месте, где из прически выбились мягкие кудряшки. Она залезла в сумочку, поправила выбившиеся прядки, потом – пш-ш-ш – закрепила их душистым аэрозольным лаком для волос. Агнес
– В Блэкпуле побывала Элизабет Тейлор. Интересно, ей понравились морские улитки?
Шаг поковырял в носу своим окольцованным мизинцем, скатал извлеченную слизь между большим и указательным пальцами.
– Кто ж это знает?
Она повернулась к нему.
– Может, нам переехать сюда. Тогда все время будет как сейчас.
Он рассмеялся и отрицательно покачал головой, словно она была малое дитя.
– У тебя каждый день что-нибудь новенькое. Я уже устал под тебя подстраиваться.
Он провел пальцем по блесткам на кромке ее платья, а она перевела взгляд на толчею за дверями бара. Обычные люди, уже облаченные в зимние пальто.
– Знаешь, чего я хочу. Я бы поиграла в бинго. – Алкоголь теплом разливался по ее телу. Довольная, она обхватила себя руками.
– Столько огней. Мне сегодня повезет.
– Ты так думаешь? Я попросил зажечь эти огни только для тебя.
Принесли еще выпивку. Агнес огляделась, достала соломинку, пластиковую палочку и два кубика льда.
– Сегодня это точно. Я выиграю кучу денег. Начну жить по-настоящему. Я научу Сайтхилл процветанию. Я это просто чувствую. – Она одним глотком допила бренди.
Комната, которую они сняли, находилась на верхнем этаже викторианского дома, расположенного в трех улицах от променада. Комнатка была простовата даже для блэкпульской третьеразрядной гостинички, и пахло здесь так, как и должно пахнуть в доме, где комнаты сдаются постояльцам на день-другой, а не семьям на весь отпуск. Каждая покрытая ковром площадка имела свой стойкий специфический запах. Здесь все пропахло подгорелыми тостами и статическим напряжением телеэкранов, словно хозяйка никогда не открывала в доме окон.
В этот предрассветный час здесь стояла тишина. Агнес лежала мешком у основания лестницы, устланной ковровой дорожкой, и фальшиво напевала про себя. «Я тооолькочеловек, я тоооолькожееенщна» [15] .
За закрытыми дверями двигались ноги, наверху поскрипывали старые половицы. Шаг легонько приложил руку к ее рту.
– Шшш, давай-ка тихо, ладно? Ты тут всех перебудишь.
Агнес оттолкнула его руку от своего лица, выкинула в сторону свою и запела громче «Покажи мне лестницуууу, по которой я должна подняяяяться…»
15
Слова из популярной христианской песни в стиле «кантри» и «вестерн» One Day at a Time («Живи одним днем»), 1974, авторы Мэриджон Уилкин и Крис Кристофферсон. Первый куплет песни, которую напевает пьяная Агнес, звучит так: «Я только человек, / Я только женщина, / Помоги мне, боже, верить во все, чем я могу быть, / И во все, что я есть. / Покажи мне лестницу, по которой я должна подняться…» Общество анонимных алкоголиков сделало выражение «Живи одним днем» своим лозунгом.
В одной из комнат зажегся свет. Шаг видел это в щель под тонкой дверью. Он сунул руки ей под мышки и попытался ее поднять, протащить вверх по лестнице. Чем больше сил он прикладывал, чтобы тащить ее, тем с большей легкостью выскальзывала она из его рук, словно бескостный мешок плоти. Каждый раз, когда он вроде бы крепко ухватывал ее, она становилась бесформенной и выскальзывала из его рук. Агнес, хихикая, бухалась на ступеньки и продолжала петь.
Англичанин в одной из комнат прошипел из-за закрытой двери: «А ну – не шуметь! Или я вызову полицию! Люди пытаются спать». Судя по тому, как человек за дверью произносил шипящие звуки, Шаг решил, что голос принадлежит какому-нибудь женоподобному карлику. Шагу хотелось, чтобы человек открыл дверь. Шагу хотелось бы поставить на его физиономию свое персональное клеймо.