Шаг за грань
Шрифт:
Ну вот, теперь очередь Клима. Я, знаете ли, не слишком люблю рутинные вопросы, а следовательно, предпочитаю в большинстве случаев самоустраниться от подобного рода занятий. Однако не в полной мере. Иными словами, пусть Клим плетет основную нить, ну а моя не слишком скромная персона подключится в случае необходимости или просто по велению души.
— Имя? — грозным шепотом проскрежетал мой друг.
— М-марк…
— И что ты забыл здесь глубокой ночью?
— Ничего… я просто п-прогуливался. Честно… А вы кто? Денег у меня почти нет.
— Мы? Мы из организации, которая известна твоей братии под названием Третьего Отделения, а проще говоря — «охранки».
Первоначальный испуг, плескавшийся в глазах, быстро исчез, сменившись на хитрое,
И при всем при том из взгляда нашего пленника полностью исчез страх. Он нисколько не боялся представителей Третьего Отделения, и, поверьте, у него были на то довольно веские основания. Слишком уж мягкие методы использовались подавляющим большинством моих сослуживцев, а уж учитывая либеральные поползновения императора… Печальное, душераздирающее зрелище.
А, я все равно никогда не придерживался либеральных тенденций! Жаль только, что наш источник ценных сведений об этом не догадывался. Рассуждая чисто теоретически, довольно легко было развеять его заблуждения, отрезав некоторые части организма вроде пальцев или ушей, но было тут одно важное препятствие. Я всегда был принципиальным противником пыток, слишком грубо и примитивно такое воздействие. Хочешь убить — убей, но не мучай. Принципы же ценны тем, что каждый сам устанавливает их для себя, но, установив, должен нерушимо их исполнять. Относительно же методов физического воздействия в экстраординарных ситуациях могло быть одно-единственное исключение — если я знал, что конкретный человек сам применял подобные «средства убеждения». К тому же есть у меня в запасе одна козырная карта, использовать которую приходилось уже не раз, а успех был весьма постоянным. Но сначала попробуем немного надавить на страх человеческий:
— Марк, ты великолепно понимаешь, что нам известно, что ты тут делаешь и куда направляешься. Прямиком вот в тот домик. — Моя рука небрежно указала в нужном направлении. — Хочу тебя немного огорчить, ибо все там находящиеся без нескольких минут — покойники, да и ты тоже умрешь в ближайшие минуты, если не расскажешь нам честно и откровенно все, что тебе известно. Нас интересует точное количество находящихся там, как они вооружены, ну и тому подобные сведения. Выбор за тобой…
— Вы не посмеете, — нагло ухмыльнулся он мне в лицо. — Я дворянин и требую подобающего обращения!
Тихий смешок Клима был единственной реакцией на услышанное нами глуповатое заявление.
— Право, какие пошлости говорит нам этот неразумный молодой человек, — подкованный серебром сапог наступил на руку Марка. — Поговорить бы с тобой по душам, да мой друг не любит опускаться до пыток, так что ты умрешь быстро. Но не сейчас…
— Клим, не пачкай сапоги об это существо, — поморщился я. — Даже проливной дождь иногда не в состоянии отмыть всю грязь, что скопилась в душах подобных, с позволения сказать, представителей дворянского сословия. Выродки они, а вовсе не представители. Бомбочки кидают, из револьверов в спину стреляют, ну а потом надеются на либеральное отношение, открытый судебный процесс с красноречивыми адвокатами и до удивления мягкий приговор. Неправильно это, категорически неправильно.
— Тогда действуй.
— Непременно. Смотри в глаза!
Совершенно инстинктивно, повинуясь прозвучавшей команде, Марк встретился со мной взглядом. Отлично. Нужно было только поймать зачастую ускользающий его взгляд, чтобы проникнуть в душу, сломить волю и превратить на некоторое время в покорную марионетку, механическую куклу, способную отвечать на вопросы.
Обычный гипноз, скажете вы, и будете не совсем правы. Элементы гипноза тут, несомненно, присутствуют, но есть и нечто другое, гораздо более серьезное. Малая, но заслуживающая самого пристального внимания часть того, что называется мистической составляющей нашего мира. Оккультные знания, всячески проклинаемые и отрицаемые церковью, но от этого не становящиеся менее действенными. Пусть мне пока удалось прикоснуться к самым слабым их проявлениям, но даже подобный опыт оказался чрезвычайно интересным и требующим продолжения. Сначала один шаг, потом другой, и так все и пошло… Шаги по дороге, ведущей в абсолютно новые места, куда так стараются закрыть доступ узколобые религиозные фанатики. А быть может, и не узколобые, мало ли какие причины у них имеются… Но ясно то, что они служат лишь для ИХ выгоды, а никак не для чего-то более благородного. Знаю я эту публику, они никогда не вызывали других эмоций, кроме отрицательных.
Однако это все так, размышления на тему. Волю Марка удалось сломать практически мгновенно, хлипковат оказался сей революционер-террорист, выродок из дворянского сословия. Глаза стали пустыми и бессмысленными, тело обмякло, но отвечать на вопросы он был вполне в состоянии.
— О, клиент готов к беседе, — обрадовался Клим. — Давай, поговори с ним по душам.
— Непременно… Сколько людей должно быть в том доме, куда ты направлялся?
— Шестеро, — безжизненным голосом ответил Марк.
— Зачем они там собрались и как вооружены?
— Они собрались для того, чтобы обсудить детали покушения на вице-губернатора Бирюлева. Его должны подорвать через два дня, в то время, когда он поедет инспектировать сиротский дом. Все вооружены револьверами, также есть пироксилиновые бомбы.
— Ничего себе! — присвистнул Клим. — Это мы хорошо зашли, удачно.
Действительно удачно… Надо будет поблагодарить Висельника, он у нас мастер относительно предвидения подобных ситуаций. Есть у него одна маленькая страсть — гадальные колоды Таро, с которыми он великолепно обращается. Лично я отношусь к предсказанию судеб несколько двойственно, считая, что можно увидеть лишь один из возможных вариантов развития событий, но Висельник настроен несколько более серьезно. Да, он тоже не верит в предопределенность, но искренне считает, что, работая с Таро, предсказатель отчасти сам творит будущее. Ладно, спор этот во многом философский и конца-краю ему не видно вот уже не первый год. А пока еще малость порасспрашиваем бедолагу Марка, жить которому осталось ровно столько, сколько времени понадобится нам, дабы получить все необходимые сейчас сведения о засевшей в доме банде.
— Меры безопасности, пароль при входе, или к ним могут появиться только лично знакомые люди?
— Все знают друг друга, — подтвердил допрашиваемый самое неприятное мое предположение. — Кто-то обязательно будет дежурить у входа. Черный ход надежно заперт, там никого нет.
— Вроде нам больше ничего и не требуется, — пожал плечами Клим. — Убираем этого, и можно продолжать.
— Да будет так…
Оно и к лучшему, что ничего больше узнавать не надо. Постоянная поддержка контроля чужого сознания — занятие отнюдь не самое легкое, да и голова после такого побаливает тем сильнее, чем больше был занят подобного рода оккультными забавами.
Приходил в себя Марк несколько дольше, чем заняла ломка его сознания, но все же достаточно быстро. Это хорошо, поскольку не люблю убивать тех, кто находится в бессознательном состоянии. Ага, в глазах появилось осмысленное выражение, вот уже и рот приоткрылся, пытаясь что-то вымолвить… Пустое. Уже попробовавший крови стилет вонзился прямо в сердце попавшего к нам в руки террориста, обрывая нить его жизни. Одним меньше…
Стилет, прервавший жизнь очередного вставшего на нашем пути, так и остался в ране. Традиция, что тут поделать. Своеобразная визитная карточка от нашей тесной компании и от меня лично.