Шаг первый
Шрифт:
– Снимите с меня эту штуку. Я уйду, и никто не пострадает.
– заверила я рыжеглазого ушастого. Реакция того была непонятна, так как вокруг было действительно темно. В темноте угадывались лишь силуэты мужских фигур. Мне кажется, или их стало меньше, не считая того, который тогда умер?
А вообще, что с ним произошло? Это жутко, правда, жутко. Но всё же, ведь не я его убила? Нет, я не убийца. Я не могла знать, что такое произойдёт.
– Почему вы молчите? Я ведь и так могу пойти к границе. Как вы меня остановите?
Ох
– --
«Вдребезги стёкла, руки в порезах.
Помнишь последний взгляд?
Будто в тумане, будто нетрезвый...
Её не вернуть назад.»
6 ноября 2495г.
(Обитель Старейшин, планета Конецк)
– Не может быть...
– тихо прошептал черноволосый мужчина, укутанный в белые одежды с золотым подбоем.
– Разве такое возможно? Столько лет прошло...
– Она навряд ли что-то вспомнит.
– злобно прошипела женщина, одетая точно так же.
– Уж я об этом позабочусь.
– Ты хочешь убить...?
– вопрос прозвучал неожиданно. Третий, находившийся в главном зале Обители мужчина, очень задумчиво смотрел на свою коллегу.
– Ей не место здесь. Ни раньше, ни теперь.
– Она родилась, а значит, пришло время.
– вставил слово черноволосый мужчина.
– Ты хочешь ещё одной войны, Вейким?
– Она и так идёт, Мира.
– вступил в разговор, стоявший до этого молча, молодой мужчина, одетый, как и все присутствующие.
– Исход этой войны ясен. Предельно ясен. И Неорну не пробраться на Конецк. А если он и сможет это сделать, то тут он и падёт.
– Мира, как ты не понимаешь, что он потомок...
– мужчина запнулся.
– Потомок того, чьё имя ты так ненавидишь.
– Клаэш, это не важно. Сейчас важно то, что она вернулась. И если она вспомнит хоть что-то, хоть какую-то деталь, то, возможно, новая война станет последней для Янтарного мира. Неорн Дарг не ставит себе целью уничтожить этот мир. Он старается подчинить его себе и установить свои правила. Он жаждет власти. Амеус же ненавидел всех, ненавидел Янтарный мир, магов, людей, все остальные расы. Его целью не было завоевание. Он хотел разрушить всё, что создали ненавистные ему маги.
– У него была причина ненавидеть, Лис. И сейчас эта причина вновь среди нас.
– Мира говорила почти сквозь зубы.
– Дай мне разрешение убить её.
– Я могу дать тебе разрешение. Но ты погибнешь сама. Это её возвращение. А её уму могли бы позавидовать самые
– Она. Ничего. Не помнит!
– сорвалась женщина. Её чуть ли не трясло от ярости.
– Ей не место среди нас! Ей не место в Обители! Не место на Конецке! Не место в Янтарном мире!
– Успокойся. Она ничего не помнит - в этом ты права. Но, вновь бросив ей вызов, ты не получишь пощады.
Женщина рванула ткань белых одеяний и достала висящий на шее амулет. Он представлял собой металлический круг с высокими бортиками и тремя выступающими рунами на древнеэльфийском. С оборотной стороны медальона из него выходил, находящийся внутри, плоский драгоценный камень фиолетового цвета.
– Видишь? Она не могла знать об этом. Амулет был сделан через много лет после того, как она ушла. Я убью её.
– Я даю разрешение на уничтожение цели. Прощай, Мира.
– Лис развернулся на каблуках и исчез в темноте дверной арки.
– --
24 августа 2507г.
(Ауминель, темницы Деливена, Конецк)
Я очнулась от того, что какой-то добрый маг вылил мне на лицо ведро холодной воды. Замечательное пробуждение. Я потихоньку начинала ненавидеть эльфов. Особенно остро это чувствовалось в тот момент, когда я поняла, что жёстко связана по рукам и ногам и даже голову повернуть не могу.
Я сидела на чём-то напоминающем стул из лиан и веток. Руки и ноги, видимо, те же лианы и обвивали. Надо мной стояло штуки три разодетых эльфа. Нет, они уже избавились от маскировки и выглядели как совершенно обычные, нормальные эльфы. Красивые, остроухие, златовласые.
Страх снова начал наступать. Я нервно переводила взгляд с эльфа на эльфа, пытаясь понять, что им от меня теперь нужно. Во рту был кляп - наверно, мера предосторожности от несанкционированного произнесения заклинаний. Можно подумать, что я их знаю.
Ох и не нравилось мне настроение моих пленителей. Очень хмурое, злое и напряжённое. То, что предстоит нечто нехорошее я и так понимала, но от этого менее страшно не было.
Я попыталась осмотреть помещение, в котором находилась. Так, насколько мне это позволял угол обзора глаз, ибо повернуть голову я не могла всё из-за тех же лиан.
Небольшая тёмная комната, освещаемая какими-то магическими светлячками под потолком. Этого освещения было вполне достаточно, чтобы видеть лица собеседников. Стены, которые состоят из коры. Стол напротив с кипой каких-то бумаг. Казалось, словно он был частью этой комнаты, вырастал из деревянного пола, словно дерево же.
Прошло с десяток минут, прежде чем где-то сбоку послышались шаги, и кора стены раздвинулась, пропуская кого-то в помещение. За ним же она и закрылась, уничтожая последние надежды на побег из этого жуткого места.