Схаас
Шрифт:
Клахар молчал, игнорируя прозрачно замаскированные просьбы о подсказке. Думай, Раххыг, думай. Это нужно уметь. Сорвись ты у ворот, засуетись — и Зохт-Шах понял бы, что нам уже кое-что известно.
— Хич и Назах — это две лучшие сотни, костяк, за которым пойдут все иджуны. Если пойдут, то против кого? Против других кланов? Против Рэдхэнда? Бессмысленно. Неужели захватят деревни?
— Я склонен думать так же. Но надо рассмотреть и другие возможности.
— Что нам надо — так это уведомить Рэдхэнда, пусть сам разбирается, — проворчал
— И тогда Зохт-Шах сделает что-то другое либо вообще ничего — и оставит нас в дураках. Думай!
Раххыг помолчал, глядя на свечу, и сказал:
— Я знаю, чего мне не хватает. Это вроде загадки, да? Ты испытываешь меня? Чтобы решить задачу, я должен знать все условия, как ты учил. Учесть, о чем вы говорили с людьми.
— Верно, молодец. Учесть это, а также отсутствие нескольких шаманов Иджу в моем шатре, а может, и еще кое-что. Только это не испытание, а задача вполне боевая. Окончательного ответа я не знаю.
— Ты говорил Зохт-Шаху о какой-то истине?
— Скажу и тебе, — решился Клахар. — Обещай слушать внимательно и не задавать лишних вопросов. Я уверен, что ты все поймешь правильно, но, если что-то не сумеешь принять, просто поверь мне.
— Схаас.
Клахар начал рассказывать, кратко и четко. Тревожное предчувствие говорило, что времени терять нельзя, но он не мог бросить Раххыга в потемках незнания.
Дело шло к полуночи.
Глава 29
ПОСЛЕДНИЙ БОЙ
— А я всегда думал, что оркам огонь не нужен, — поделился плодами размышлений стражник.
— Да, наверное, — ответил Гарри, разглядывая костры у подножия холма. — Ничего подозрительного не видел?
— Ну, — помялся стражник, — если не считать подозрительными самих орков, то, пожалуй, нет.
Гарри был известен своим добродушием, в его присутствии языки солдат работали вольнее. Но сейчас он, против обыкновения, нахмурился:
— Ты дело говори.
— А что сказать? — пожал плечами стражник. — Полночь уже, а они никак не угомонятся, бродят туда-сюда. По мне, так это очень подозрительно, но ребята говорили, прошлой ночью точно так же было. Они вроде бы и не спят вообще, и не едят почти. Это ж, поди, чистая правда, что они вроде умертвий, а?
— Почти так, — ответил Гарри неохотно.
Слухи о первой стычке между людьми и орками у Драконовой горы, невесть как распространившиеся по замку, привели к тому, что воины, не сговариваясь, присвоили Гарри звание знатока орков, что несколько раздражало великана, поскольку врать он не любил, а прямо говорить, что, по большому счету, ему ничего не известно, находил бессмысленным, и не без оснований — никто не хотел в это верить.
Пора было разводить смену стражи, но почему-то Гарри никак не мог оторвать взгляда от лагеря орков. Так и не сумев понять, в чем дело, он, не отвечая, «правда ли, что орки только человечинкой трапезничают», спустился к казармам.
Тридцать два гвардейца — число
— Стой, кто идет? — раздалось из темного проема угловой башни.
— Смена! Я Гарри…
— Ох, наконец-то! — Дверной проем осветился — оба караульных подошли к нему с фонарем. — Мы уж думали, про нас решили забыть.
— А пароль кто будет спрашивать? — тихо прорычал Гарри.
— Да я ж…
— Тэдди, если ты сейчас же не сделаешь как положено, я сброшу тебя со стены.
Гвардеец отшатнулся, едва не споткнувшись, — без привычного доброго блеска в глазах внешность Гарри заставляла поверить в любую угрозу.
— Пароль?
— Великий меч. Отзыв?
— Верная рука. П-простите, больше не…
— Надеюсь. Покинуть пост. Что-нибудь необычное видели?
— Да вроде бы нет.
— «Вроде бы»! Ах, Тэдди, деревенщина ты неотесанная, сколько ж тебе повторять надо, чтоб запомнил: правила не сдуру придумывали! Ну свое ты завтра получишь, — продолжал он выговаривать, широко шагая по стене. — Запоминай: как отоспишься, на рассвете придешь ко мне за наказанием, а не придешь — вышвырну тебя обратно в отчий дом.
— Пожалуйста, только не это! — взмолился «деревенщина» Тэдди. — Отец так гордился, когда меня взяли на службу, все, бывало, говорил: мол, уж там-то из тебя еде… там-то ты себя покажешь… Ох!
Бедолага чуть не расшиб нос о широкую спину Гарри, который внезапно остановился, пораженный простотой пришедшей ему в голову мысли. И как можно было не заметить сразу? Еще днем ему бросилась в глаза исключительная дисциплина в стане противника. Орков, конечно, трудно сосчитать, но расположение отрядов было предельно четким, соответственно подле каждого отряда содержались и стаи волчецов, группируясь возле шатров вождей и тысяцких. Гарри напряг память.
Когда граф вывел гвардию за стены, верховые орки встали по краям, там же потом и расседлались. Но большую часть волчецов свели к шатрам полусотнями, и теперь, вспоминая картину лагеря, Гарри осознал, что одной стаи недоставало…
— Они что, уснули? — почти с надеждой спросил Тэдди, указывая на темные фигурки стражников внизу. Оба гвардейца, охранявшие, северные ворота, сидели, прислонившись к каменной кладке, с надвинутыми на лица капюшонами плащей, чтобы луна, выплывшая из-за донжона, не светила в глаза.