Ш-ш-а...
Шрифт:
– Что же это у нас тут такое?
– Джимми, – сказал Рей из-за стойки, – парень немножечко чокнутый. Можешь делать с ним что хочешь.
– Кто ты, духовный брат? – спросил Джимми.
– Меня зовут Рей.
– Рок-звезда?
– Меня зовут Рей.
– Ты стоишь у меня на дороге, Рей.
– Ну, могу…
– Слушай, Рей… – Он схватил меня за локоть, склонился своими зубами к моим глазам и спросил: – Как же ты этот стиль называешь?
– Рей Стиль.
– Ну и ладушки. – Взял меня под мышки, высоко поднял в воздух, посадил на стойку бара.
– Эй, вы! – крикнул Джимми, обращаясь к присутствующим. – Все смотрите, вот что называется Рей Стиль!
Присутствующие зааплодировали.
– Смотрите, как портной поработал, как сливаются цвета, словно машина врезалась в хвост автобуса. Очень красиво, правда?
Люди начали пробиваться вперед, стараясь хорошенько взглянуть.
– Этого парня зовут Рей. Забавно, правда? Точно так же, как бармена. Раскланяйся, Рей.
Что делать? Я взобрался, встал на стойку, слыша, как другой Рей что-то сказал, а Джимми пробормотал в ответ:
– Все в порядке. Смотри.
Тут я сделал поклон. Как и было задумано.
– Наверняка рок-звезда, правда? – крикнул Джимми.
Толпа завопила, заухала: «Рок-звезда, рок-звезда». Все собрались перед стойкой бара, которая лентой убегала от меня. Я смотрю на них, вижу каждого. Рей толкнул меня в спину:
– Ну-ка, слезь с моей стойки, мать твою.
Я пошатнулся и упал подстреленной птицей. Вытянул руки, попал в тысячи рук, сложившихся в одну огромную, которая подхватила меня, удержала. Потом разжалась, я выпал из ладони. Последнее, что помню, как терзали и рвали мои рукава и штаны.
Выпивка доконала меня. Скольжу в тумане меж людьми. Стараюсь разглядеть лица. На них играют прекрасные улыбки. Я устроил им самый радостный вечер в году. Всех знаю: других рок-звезд и звезд рэпа, чернокожих девушек с алыми волосами, миро – вых знаменитостей – комиков, шейхов, – все меня окружают с билетами, рвут, терзают, стараются заполучить кусочек Рея. Давайте, говорю я, расхватывайте Рея. Вы это заслужили.
Почти голый нырнул к полу, люди расступились, освобождая чуточку места. Через секунду я плашмя лежал на полу, кинозвезда задрала юбку, уселась на меня, закричав во все горло:
– Никогда еще такого не делала с рок-звездой! Лежу и сам себе не верю. Слишком уж хорошо, так просто не бывает. Кто-то ее с меня сдернул, захлопали пробки шампанского, все захохотали, и я захохотал, крутя головой. Слышу звон бокалов и все хохочу, люди через меня перешагивают, а я думаю: вот это день! Самый лучший, какой может выпасть пар – ню на долю. Лежу и говорю:
– Всем спасибо. Спасибо, доброй ночи.
2
Адская ночь. Моя задница припаркована, как старый «шевроле», в переулке за баром Рея. Должно быть, поклонники взгромоздили меня на кучу коробок, что
В утренней солнечной дымке является Джимми, сияя, как пенни с изображением Линкольна. Могу поклясться, что ростом он в девять футов, стоит надо мной, подбоченившись и посасывая зубочистку.
– Что теперь будешь делать, Рей Стиль? – спросил он.
– В каком смысле?
– Что дальше будет, черт побери, Рей Стиль?
– Нет, моя настоящая фамилия…
– Отныне и навеки ты Рей Стиль. Только на этом история не кончается, Рей.
– Просто хочу вернуться домой.
– В сортирную дыру? Представляю себе. За каким дьяволом ты туда так торопишься?
Я попытался подняться, коробки обрушились. Теперь он вырос до десяти футов.
– Знаю, о чем думаешь, – сказал Джимми. – Гадаешь: «Чем Джимми так дьявольски от меня отличается?» Правда? Гадаешь: «Почему я сижу на проклятых коробках, а старичок Джимми смахивает на вице-президента Соединенных Штатов?» Так?
– Мелькнула такая мысль.
– Разница между мной и тобой, Рей, – это разница между большим и маленьким «я». Понимаешь, о чем речь? Каким бы твое «я» ни было, в тебя его кто-то вложил. А все, что есть в «Я» Джимми, Джимми туда сам вложил. Поэтому ятут стою и смотрю сверху вниз на тебя.
– Да ведь ты же назвал меня Реем Стилем. Ты меня назвал рок-звездой.
– Угу, было дело вечером. А теперь посмотри на себя.
– Ну и что же мне делать?
Он постоял минуту, пылая как спичка. Голова запрокинулась. В пылу я увидел, что он смеется. Потом вытащил изо рта зубочистку, отшвырнул на сто миль в переулок. Перестал улыбаться. Взглянул на меня и сказал:
– Слышал когда-нибудь про Шарашку? Это такое секретное предприятие, где изготовляют жаргон для всей распроклятой страны. Звезды рэпа работают день и ночь, выдумывают всякое дерьмо. Что услышишь на улицах – все из Шарашки. Одно приживается, другое нет. То, что приживается, разносится по Соединенным Штатам, как холодный воздух из Канады.
– Ну а я тут при чем?
Над головой снова порхнули птицы. Я закрыл глаза, и на жарко – красном фоне по – прежнему видел силуэт Джонни с запрокинутой головой и отброшенную зубочистку, горевшую в воздухе, как шутиха из фейерверка.
– В Шарашке сроду не было белого парня вроде тебя. А если появится? Если ты будешь первым белым мальчиком, работающим в Шарашке? Старик, это уже кое-что. – Его очертания начали таять в красном свете. – Вот что я тебе скажу, Рей Стиль. Замолвлю за тебя словечко. Одна проблема: ты сам ее должен найти.