Сгорая дотла
Шрифт:
– Нет… – Кори с трудом сел. – Оставь ее в покое…
– А то что? – рассмеялся Фрэнки. – Дашь мне в рожу, ублюдок?
Слава богу, Кори промолчал. Он прижал руку к глазу, но кровь сочилась у него меж пальцев. Я помогла ему вернуться на свое место у стены, надеясь, что этой ужасной сцены будет достаточно для Фрэнки.
– Вам следует следить за своим языком, молодой человек, – огрызнулась Кэрол. – И принесите мне тряпку и что-нибудь, чтобы промыть рану.
– Ага, щас, – Фрэнки фыркнул. – Сидите смирно, поросята. Ужин почти
– Мне пепперони, пожалуйста, – вполголоса пробормотал Рой.
Все, включая меня, ахнули, когда Фрэнки остановился и обернулся.
– Что ты сказал?
– Н-ничего, – ответил Рой. – Просто… проголодался.
Фрэнки склонил голову. Маска монстра Франкенштейна болталась у него на голове, как колпак.
– Свиньи снаружи договорились с Драком принести вам, поросятам, пиццу. – Он навел свой AR-15 на крупного мужчину. – Как ты узнал?
Челюсть Роя задвигалась, но он не издал ни звука.
– Говори громче, толстяк! – крикнул Фрэнки.
Но Рой застыл на месте, как и все мы, и теперь этот крупный мужчина умрет. Фрэнки снял пистолет с предохранителя. Ужасный металлический звук заполнил маленькую комнату.
– Это просто совпадение, – быстро заявил Кори. – Мы все просто голодны. Как он и сказал.
Фрэнки взглянул на него широко раскрытыми глазами, и волосы у меня на затылке встали дыбом.
Слишком часто. Кори слишком часто провоцирует этого психа.
– Врешь, – сказал Фрэнки. – Скажи мне, как ты узнал о пицце, пока я не расшиб тебе башку. На этот раз по-настоящему.
Время, казалось, остановилось. Воздух в комнате испарился. Я попыталась вздохнуть, но не смогла, когда реальность стала очевидна: если Кори скажет правду, Амита может умереть, а если будет молчать, то терпение Фрэнки по отношению к нему подойдет к своему окончательному, мрачному концу.
Кори молчал.
Пальцы Фрэнки дернулись над спусковой скобой, но он выглядел растерянным, неуверенным. Я молилась, чтобы Дракула велел им никого не убивать… и чтобы у него было достаточно влияния, чтобы Фрэнки не посмел его ослушаться.
Затем в дверях появился Оборотень, и все мы, включая Фрэнки, вздохнули с облегчением.
Глаза Оборотня, метнувшись, остановились на Кори и его ране.
– Что теперь? Этот парень выделывается?
Фрэнки кивнул.
– Ублюдок что-то знает, но не говорит. Они все знают. Этот парень доставал меня с самого начала. Может, прикончить его прямо сейчас, как думаешь?
– Прекрати нести чушь, Фрэнки, – прошипел Оборотень. – Нам сейчас только мертвого заложника не хватало. Еда уже здесь. Пошли.
Фрэнки поплелся к двери, как будто подчиняясь Оборотню. Но остановился и ткнул пальцем в Кори.
– Только дай мне повод. Еще раз…
Дверь захлопнулась, и восемь человек одновременно вздохнули с облегчением.
– О чем, черт возьми, ты думал? – Кэрол кипела от злости на Роя.
– Я просто… я… – Рой с несчастным видом покачал
Кэрол раздраженно махнула на него рукой и подползла, чтобы осмотреть лоб Кори.
– Чудная ссадина. Я не уверена, нет ли у тебя сотрясения мозга. Тебя тошнит? Нет? Только не засыпай. По крайней мере сейчас. Тебе нужно наложить швы. Минимум десять. Он неплохо тебя ударил. Надо остановить кровотечение.
– Вот, – Рой достал из кармана пиджака шелковый носовой платок с монограммой.
Таня передала его Сильвии, а она, в свою очередь, передала его мне.
– Мне жаль, – пробормотал Рой.
Кэрол выхватила платок у меня из рук и осторожно приложила на рану Кори.
– Еще бы. Этот парень спас твою задницу, – она перевела свой бледно-голубой взгляд на Амиту. – И твою.
– Батарея села, – Амита вынула наушник из уха и положила руку на плечо Кори, взглянув на него благодарным, пристыженным взглядом. – Кэрол права. Я хотела вступиться, сказать Фрэнки, что это я… но не могла ни двигаться, ни говорить, ни даже дышать. Мне жаль. Прости и спасибо.
Ревность, словно голод, скрутила меня изнутри от того, как Амита посмотрела на Кори, и я отвела взгляд.
– Забудь, все в порядке, – сказал Кори. – Какие новости? Оборотень, похоже, нервничает. Кажется у них все пошло не по плану.
– Да, но это плохо для нас, – Амита взглянула на дверь, прежде чем продолжить. – Дракула пытался договориться о безопасном выходе. Похоже, у него был план, но S.W.A.T. его обломал. Короче, они не договорились. Диспетчер не стал вдаваться в подробности. Дракула понимает, что вляпался по уши, и единственный выход – использовать нас.
– Ч-что это значит? – спросил Гил. – Использовать нас?
– Это как обмен фишками, – ответила Амита ровным, звучным голосом со слабым акцентом. – Он освободил кого-то из другой комнаты. Так мы получили пиццу. Теперь главный сержант хочет, чтобы он освободил больше людей, а Дракула настаивает, чтобы ему предоставили транспорт. Полиция, конечно, тянет время. Диспетчер пытался предупредить меня. Нам надо быть осторожнее, – она посмотрела на каждого из нас большими темными глазами. – Если Дракула не получит того, что хочет, он покажет полиции, что настроен серьезно.
– К-как? – спросил Гил.
– Мы здесь в качестве валюты, – сказал Рой с прежней бравадой. – Заложник гуляет, а мы едим. Освободят еще одного – мы получим немного воды. Так копы получают то, чего хотят. Но как вы думаете, что произойдет, если группа монстров чего-то захочет, а копы этого не сделают? Мы пешки, которыми можно пожертвовать.
Тяжесть его слов легла на меня, сдавив сильнее, когда Амита кивнула. Наступила тишина, а затем вернулся Фрэнки и небрежно бросил обычную пиццу с сыром и упаковку бутылок с водой в центр пола. Он выглядел унылым и усталым, совсем не похожим на того дерганого, нервного ублюдка, каким был всего несколько минут назад.