Сфинкс
Шрифт:
Раздался звериный рев. Гин завертел головой, осматриваясь. Это был он — великолепный сын Баста. Он выглядел еще крупнее, чем в клетке. С гордостью и достоинством лев шествовал прямо к ним, при каждом шаге его мускулы двигались, демонстрируя его силу и мощь. Гин видел много фотографий, на которых дрессировщики или неосторожные посетители сафари-парков были растерзаны львами, и всегда удивлялся, почему эти люди не могли вырваться и убежать. Когда он увидел настоящие размеры взрослого льва, он это понял.
Лев заревел, и, к ужасу Гина,
Лори заволновалась. Она царапала ногтями землю, скрипела зубами, все ее тело напряглось в сексуальном возбуж
Дении. Лев медленно обошел вокруг нее, сосредоточенно обнюхивая ее волосы и тело.
Миссис Сэмпл отошла в сторону и улеглась на спутанной траве, Гин был уверен, что, если он попытается убежать, она бросится на него.
Хождение и обнюхивание продолжалось почти десять минут, пока Лори и ее «жених» как следует не изучили друг друга. Они потерлись носами, и Гин не мог не заметить выражение экстаза на лице Лори, когда она обнюхивала золотистую шерсть своего любовника-льва. Она была необыкновенно возбуждена, Гин никогда не видел ее такой раньше. В своем неистовстве она едва не раздирала руками дерн.
«Гин, — сказала она ему тогда в цирке, — я в таком восторге!»
Гин услышал какой-то шелест. И только когда Лори повернулась и он увидел ее блестящие бедра, он понял, что это было. Она помочилась, чтобы запахом возбудить своего самца. Лев зарычал, обнюхивая ее, и начал подниматься на задних лапах и наваливаться на нее сзади.
Лори была высокая и крепкая, но лев был просто огромный. Она стояла на четвереньках, изогнув спину, в то время как крупный лохматый хищник подмял ее под себя и пытался вонзить в ее наполовину львиное тело свой красный трепещущий пенис.
Гин услышал пронзительный вопль. Это был громкий неестественный крик, похожий больше на звериный, чем на женский, но в то же время это был крик раненого существа. Лев вонзил свои изогнутые когти в ее плечи, кровь заструилась по ее белым рукам. Он все глубже и глубже проникал в нее, его мускулистое тело двигалось резкими толчками, он все сильнее сжимал ее в неистовстве животного совокупления.
Гин почувствовал, как к горлу подступает тошнота, но он не мог не смотреть.
Толчок за толчком, пока у льва не наступило семяизвержение — зверь задрожал, и его сперма полилась в Лори. Лев тут же упал на спину и отвернулся, удовлетворенно рыча.
Лори рухнула на землю, дрожа и истекая кровью. Лев прошелся вокруг нее, но было очевидно, что она его больше не интересует. Чего он хотел сейчас, так это обещанного угощения. Лев хотел сырого мяса и крови, и именно поэтому Гин находился здесь.
Гин поднялся, не привлекая внимания. Его дыхание уже пришло в норму, и хотя он не мог бежать так быстро, как лев, но добежать до стены ему, может, и удалось бы. Он подождал, когда лев подойдет к Лори с другой стороны,
Но когда он уже собрался бежать, лев остановился и поднял свою мощную голову. Миссис Сэмпл тоже повернулась, прислушиваясь.
Кто-то, спотыкаясь, бежал по лужайке и громко кричал. Гин вгляделся в темноту и за дубовой аллеей увидел фигуру, беспомощно наталкивающуюся на ветки деревьев. Человек кричал хриплым голосом по-французски:
— Лори! Лори! Это твой папа! Лори, дорогая! Моя маленькая! Это твой папа!
Лев помчался в его сторону. Месье Сэмпл, ослепленный выстрелом из винтовки, не мог видеть, как зверь приближается к нему, хотя, вероятно, слышал. Зверь двигался быстро, со скоростью автомобиля. Еще один прыжок — и лев схватил Сэмпла за ногу. Даже с того места, где он лежал, Гин слышал, как рвутся мускулы, как рычит и лязгает зубами лев, пожирая свою добычу, как он швыряет тело француза в разные стороны, раздирая его ноги, живот, кусая в лицо.
Гин встал и побежал. Миссис Сэмпл, которая тревожно наблюдала за львом, сначала не заметила этого. Но вот она повернулась и увидела, как он изо всех сил бежит к стене через заросли, отстраняя ветки от лица. Она зарычала и быстро рванула ему наперерез.
Стена была дальше, чем Гин предполагал. С того места, где он лежал, ему казалось, что стена всего в тридцати-сорока ярдах, но теперь, когда он бежал через колючие кусты ежевики и густую траву, это расстояние показалось ему целой милей.
Гин зацепился ногой за корень, с него слетел ботинок, теперь он бежал в одном носке. Второе дыхание тоже было на исходе, и он хватал ртом воздух.
Гин слышал, что львица догоняет его. Она была совсем близко. Она догадалась, что он попытается сделать последнюю попытку и поэтому неслась за ним на полной скорости. Гин даже слышал ее глубокое дыхание.
Гин мчался так быстро, что налетел на стену и ударился об нее головой. Веревки там не было — должно быть, он ошибся на пятьдесят-шестьдесят ярдов. Он быстро обернулся и в двадцати ярдах от себя увидел белую гибкую фигуру миссис Сэмпл. Гин втянул в легкие воздух и побежал вдоль стены к тому месту, где он мог оставить веревку Он бежал, вытянув руку и касаясь пальцами стены, чтобы не пропустить в темноте веревку.
Миссис Сэмпл помчалась через кусты и сократила путь на десять ярдов. Она рычала. Гин взглянул на нее через плечо и увидел ее горящие глаза и открытый рот с острыми как бритва зубами.
Внутренний голос твердил: «Дело плохо — веревки здесь нет. Ты никогда не выберешься отсюда. Львица всего в двадцати футах от тебя, тебе не выбраться отсюда».
Гин зажмурился, согнул голову и напряг мышцы ног из последних сил. Он побежал так быстро, что даже выиграл пару футов у миссис Сэмпл, но он знал, что у него не хватит сил, что он не выдержит. В любую секунду его мышцы могли отказать — и это означало бы конец. И тут его вытянутая рука наткнулась на веревку.