Сфинкс
Шрифт:
— Вы мой гость, — ответила миссис Сэмпл, — у нас принято заботиться о гостях. Лори много рассказывала о вас, и мне хотелось с вами познакомиться. Вы совсем не такой, каким я вас представляла.
— Вот как! Хуже или лучше?
Миссис Сэмпл мечтательно улыбнулась:
— О, вы лучше, мистер Кейлер, определенно лучше. По описанию Лори, выходило, что вы Квазимодо и Франкенштейн в одном лице. А вы совсем другой. Вы молоды, красивы и работаете в Госдепартаменте.
Гин потер глаза.
— Должен
— Ведь она вам нравится? Вы находите ее привлекательной?
— Да, конечно, это объясняет, почему я здесь.
— Я так и думала. Вы много разговаривали во сне, несколько раз называли имя Лори.
— Надеюсь, я не наговорил ничего липшего.
Миссис Сэмпл засмеялась:
— Об этом не беспокойтесь, мистер Кейлер. Я довольно опытная женщина и знаю, какое впечатление моя дочь производит на мужчин. Пару раз вы… кое-что сказали.
Гин кашлянул. Ребра заболели так, будто на них наступил слон, ныла спина.
— Извините, если я был груб или что-то сболтнул, — сказал он. — Да, ваша дочь мне очень нравится, и я этого не скрываю.
— Почему же так? Вы, наверное, очень импульсивный мужчина.
Он поморщился от боли, пытаясь сесть.
— В данном случае да, немного импульсивный.
Миссис Сэмпл наклонилась и поправила его подушку. На мгновение ее горячее тело приблизилось к нему, и он почувствовал тот же особый аромат духов, что и у Лори.
— Думаю, вы скоро забудете эту ночь, мистер Кейлер, — сказала она мягко. — В конце концов, никому из нас не нужна огласка и газетные сплетни, не так ли?
Гин внимательно посмотрел на миссис Сэмпл. Она старалась выглядеть бесстрастной, но от нее исходило странное напряжение, когда она говорила ему это. Ее пальцы нервно теребили стеганое покрывало, на губах застыла натянутая улыбка.
— Я знаю, что бестактно спрашивать об этом, — начал он медленно, — но могу я узнать, почему ваш дом так усиленно охраняется?
Миссис Сэмпл коснулась рукой лба, как будто почувствовала легкую головную боль.
— Мы больше всего ценим покой и уединение, мистер Кейлер. Для нас это много значит.
— Это ваше право, — сказал Гин. — Не подумайте, что я пытаюсь поучать вас, но вам не кажется, что Лори нужно чаще бывать на людях? Она кажется такой одинокой.
— Дорогой мистер Кейлер, я постоянно говорю ей об этом.
Гин кашлянул.
— Мне показалось совсем наоборот. Из разговора с ней я понял, что вы ее постоянно контролируете.
Миссис Сэмпл кивнула.
— Вы не первый говорите мне это, — сказала она устало.
— Лори говорила, что никогда ни с кем не встречалась.
— Это правда, мистер Кейлер, она никогда не ходила на свидания, но это вовсе не потому, что я ей не позволяла. Дело в том, что молодые люди, которые
— Миссис Сэмпл, а если бы я пригласил Лори, вы бы одобрили это?
— Ну конечно! — Она нервно рассмеялась. — Вы именно тот, кто ей нужен. Вы принадлежите к тому типу мужчин, который мне импонирует.
— Я очень польщен, миссис Сэмпл, но вообще-то я пока не собираюсь жениться. Боюсь, моя карьера для меня важнее.
Миссис Сэмпл встала и подошла к окну. В солнечном свете она казалась еще выше. Гин с удивлением обнаружил, что ее волосы у корней были такие же золотисто-каштановые, как у Лори. Они просто были выкрашены в серебристый цвет.
Миссис Сэмпл повернулась и пристально посмотрела на него таким знакомым завораживающим взглядом ярко-зеленых глаз.
— Хотите, я поговорю с Лори, посмотрим, смогу ли я ее переубедите! — сказала она неожиданно.
— Может, дело в событиях вчерашней ночи?
— Событиях? — переспросила миссис Сэмпл, приподнимая бровь.
Гин принял более удобное положение.
— Предположим, я забуду о том, что произошло этой ночью. Вы ведь этого хотите?
На лице миссис Сэмпл появилась странная улыбка.
— А вы не зря работаете в Госдепартаменте, вы просто читаете мои мысли.
— В данном случае мне это удалось, — сказал Гин.
Когда боль в плече возобновилась, миссис Сэмпл дала ему еще успокоительного, и он проспал с обеда до вечера. Ему снились загадочные сны. То он видел миссис Сэмпл, то странное животное, наблюдающее за ним холодными, бесстрастными глазами. И еще ему приснилось, будто кто-то долго, громко и настойчиво спорит в соседней комнате. Он ничего не мог ясно услышать и понять, уловил только отдельные слова: «подходящий» и «идеальный», прозвучавшие несколько раз, и после паузы — еще два слова: «ритуал» и «испуганный». Он не мог сказать точно, снилось ему это или было на самом деле, потому что потом он увидел рычащих, нападающих на него тварей: сон превратился в кошмар — зверь снова и снова сбрасывал его со стены и вонзал зубы в его руку.
Гин проснулся и почувствовал что-то прохладное на лбу. Он открыл глаза и увидел Лори. Она сидела на стуле у кровати и, наклонившись, прикладывала к его лбу холодный компресс. Гин был весь в поту, во рту у него пересохло.
— Лори, — прохрипел он.
— Я здесь, Гин, — сказала она тихо, — не волнуйтесь. Вам приснился страшный сон. Это успокоительное.
Он попытался повернуть голову.
— Который час?
— Полвосьмого. Вы спите с часу дня.
— Я думаю… — сказал он, напрягая мышцы, как только мог, — мне уже лучше.