Сфинкс без загадки

Уайльд Оскар

 В шесть часов я был у нее. Она лежала на кушетке в капоте из серебряной парчи, застегнутом парой чудных лунных камней, которые она всегда носила. Она была пленительна.

 — Я так рада, что вы пришли, — сказала она, — я целый день не выходила из дому.

 Пораженный, я уставился на нее в упор, достал

из кармана платок и протянул его ей.

 — Вы это сегодня обронили на Кёмнор-стрит, леди Алрой, — сказал я совсем спокойно. Она посмотрела на меня в ужасе, но платка не взяла. — Что вы там делали? — спросил я.

 — Какое имеете вы право меня об этом расспрашивать? — ответила она.

 — Право человека, который вас любит, — ответил я. — Я сегодня пришел просить вашей руки.

 Она закрыла лицо и залилась слезами.

 — Вы мне должны сказать все! — настаивал я.

 Она встала, посмотрела мне в лицо и сказала:

 — Мне нечего сказать вам, лорд Мёрчисон.

 — Вы с кем-то виделись там, вот где ваша тайна!

 Она страшно побледнела и сказала:

 — Я ни с кем не виделась там.

 — Скажите же мне правду! — молил я.

 — Я вам ее сказала!

 Я был вне себя, я сходил с ума. Не помню, что я ей тогда наговорил; должно быть, что-то ужасное. Наконец, я бежал из ее дома. На следующее утро я получил от нее письмо, но вернул его нераспечатанным и в тот же день уехал в Норвегию вместе с Алленом Колвилем. Когда же месяц спустя я вернулся, то первое, что мне бросилось в глаза в "Утренней почте", было объявление о смерти леди Алрой. Она простудилась в театре и дней через пять умерла от воспаления легких. Я удалился из общества и ни с кем не встречался. Как безумно я ее любил! Господи, как я любил эту женщину!

 — А вы были на той улице, в том доме? — спросил я.

 — Как же! —

ответил он. — Я отправился вскоре на Кёмнор-стрит. Я не мог не пойти туда: меня мучили разные сомнения. Я постучался, какая-то очень почтенная женщина отперла мне. Я спросил, не сдаются ли у нее комнаты. "Да, — ответила она, — вот сдаются гостиные. Уже три месяца как дама, снимавшая их, не является". — "Не она ли это?" — спросил я и показал ей карточку леди Алрой. "Она самая. Когда же она придет?" — "Дама эта уже умерла", — ответил я. "Не может быть! — вскричала старуха. — Она была лучшей моей квартиранткой. Она платила целых три гинеи в неделю только за то, чтобы изредка приходить и посидеть в комнате". — "Она здесь встречалась с кем-нибудь?" — спросил я. Но старуха стала меня уверять, что леди всегда бывала одна и никто не приходил к ней. "Но что же она тут делала?" — воскликнул я. "Просто сидела в комнате, читала книжки, иногда пила здесь чай", — ответила женщина. Я не знал, что на это ответить, дал старухе золотой и ушел. А теперь что вы об этом скажете? Думаете ли вы, что старуха сказала правду?

 — Я в этом уверен.

 — Так зачем же леди Алрой нужно было ходить туда?

 — Дорогой Джеральд, — ответил я. — Леди Алрой была самой заурядной женщиной с манией к таинственному. Она снимала комнату, чтобы доставлять себе удовольствие ходить туда под густой вуалью и выставлять себя героиней какого-то романа. У ней была страсть к загадочному, но сама она была не более как Сфинкс без загадки.

 — Вы так думаете?

 — Я в этом твердо убежден.

 Лорд Мёрчисон снова достал сафьяновый футляр, раскрыл его и стал пристально разглядывать портрет.

 — Хотел бы я знать! — сказал он наконец.