Сфера

Иванов Николай Алексеевич

– Самое важное на данный момент – это экспедиция на станцию! Не решив эту проблему, все остальные наши действия теряют смысл, – мрачно подытожил Слоун. – Соберемся через неделю, – предложил он, встретился глазами с Виртом. – Готовь наших друзей-аборигенов для засылки в Столицу, ты лучше всех знаешь особенности их жизни, а сам собирайся на станцию. Рик прав – тебе нельзя рисковать! Уж очень много неясного с этими кристаллами, а, учитывая, что кто-то сумел воспроизвести, хотя частично и с дефектами управляющую программу кристалла оператора, то тебе не стоит рисковать! Страшно подумать, что произойдет, если и твой пульт попадет в чужие руки! До тех пор, пока мы не получим ясности в этом деле, не будем испытывать судьбу, у тебя хватит забот и на «Скитальце-3»! – повернулся

к Элли. – Готовь зонд к запуску. На сегодня все. – Слоун встал выключать аппаратуру.

Вирт взял с лабораторного стола пульт управления. Клер изумленно вскрикнула. Указала вначале на пульт, потом на горку искусственных кристаллов:

– Индикатор! Кристаллы!

Вирт и сам видел – пульт управления системой «Туман» ожил! Индикатор затлел едва заметным огоньком, вступив с кем-то в контакт. Не так, как должен, но все же! Замерцали искорки и в глубине искусственных кристаллов, отзываясь на чью-то команду. Он лихорадочно жал на клавиши проверяя параметры. Все молчали, завороженно следя за его действиями.

– Вот теперь, действительно, все! – произнес, обречено Вирт, оторвав глаза от пульта. – На планете появился кто-то, кто пытается установить или уже установил контакт с Системой, и этот кто-то определенно не оператор…

– Что!? – вырвалось почти одновременно у всех.

– Что значит, кто-то!? – произнесла побелевшими губами Элли, хотя совсем недавно доходчиво объяснила, что кто-то вполне успешно работает с системой, вероятно, в глубине души надеялась, что это все же ошибка.

– Кроме меня на планете и в ее окрестностях нет операторов, значит, контакт с Системой устанавливает тот, кто выращивает кристаллы! – глухо проговорил Вирт. – И это вторая загадка, как им удается выходить на связь с Системой, без специального оборудования. Если ранее, мне казалось, что все действия Системы происходят по ее внутреннему алгоритму, продиктованному скрытой программой, – он посмотрел на Клер, и девушка в подтверждение его слов медленно прикрыла глаза, как бы давая понять, что не стоит вдаваться в подробности, – то сейчас я в этом не уверен! Да вы и сами видите! Налицо весьма успешная попытка внешнего воздействия на Систему. Мой, откалиброванный на весьма узкий диапазон излучения, пульт отметил это постороннее воздействие!

Наступила долгая пауза. Никто ничего не понимал, и все с надеждой смотрели на Вирта, ожидая пояснения, а ему сказать, было нечего.

– Но, – Клер недоуменно смотрела на пульт в руках Вирта, потом указала на прибор, где находился кристалл из монастыря, – почему же, этот молчит? Как я поняла, все выращенные кем-то кристаллы, это попытка скопировать кристалл оператора четыре?

Вирт понял мысль Клер, еще раз методично произвел проверку своего пульта и получил тот же результат. Протянул руку Слоуну:

– Достань кристалл из прибора!

Слоун торопливо открыл массивную прозрачную дверцу, снял кристалл с держателя, и протянул оператору. Тот, не успев взять его в руки, уже увидел, как усилилось свечение индикатора пульта! Словно этот кристалл объединил свои усилия с тем, неизвестным! А в нем самом затлела искорка! Он лишь подтвердил догадку Вирта! Кто-то начал создавать свою систему управления! С помощью нескольких кристаллов, как-то объединив их в единое целое, пытается получить, или уже получил контроль над частью мощности Системы! И Система откликается!

Все правильно поняли хмурое молчание оператора. На планете появилась новая сила, способная использовать Систему в своих целях…

Воцарилось тяжелое молчание.

– На сегодня все! – наконец подвел итог совещания Слоун. Принялся выключать приборы.

Люди молча, поднялись с мест и стали расходиться.

Слоун покинул лабораторию последним. Долго смотрел на лежащие кристаллы и о чем-то напряженно думал. И чем дольше он размышлял, тем мрачнее становилось его лицо. Ученого тревожила неизвестность, теперь, когда на планете явственно дала знать о себе неведомая сила, и, судя по всему, соизмеримая кое в чем с их возможностями, он перестал чувствовать себя в безопасности. База, до сегодняшнего

дня казавшаяся непреступным оплотом, последней их надеждой на спасение перестала быть надежным убежищем. А отступать было некуда. Родная планета для них закрыта, возможно, навсегда… Надо что-то делать, но что? Кто подскажет? Усталой походкой ученый шел по коридору…

Автоматика дождалась, когда последний человек покинул лабораторию, и выключила освещение, приглушила кондиционирование помещений, проверила готовность системы пожаротушения, но она не прореагировала на излучение, оставшихся на столе кристаллов, выращенных в стенах монастыря. А в них в одном ритме едва заметно для глаза пульсировали искорки. Кристаллы вновь вступили с кем-то в контакт. И только установленная Слоуном дополнительная система безопасности лаборатории зафиксировала этот сигнал, а утром, просмотрев дежурную запись, озадаченный ученый, опять принялся за исследования. Но никто и предположить не мог, что очень далеко отсюда, в далеком мрачном замке в горах, огромный черный дискообразный камень пульсировал в том же, что и кристаллы в горной лаборатории, ритме. Одновременно из отверстия в полу замка безмолвно выплеснулся вспененной стекловидной массой Поток…

Неизвестная сила настойчиво стремилась к контролю над системой «Туман», и не без успеха…

Часть 2

Глава 1

Во второй половине дня небольшой караван медленно вполз в мрачное узкое ущелье. Оно было настолько глубоким, что солнце редко достигало его дна. Растительность ущелья была представлена весьма скудно: низкорослые, чахлые сосны, упругие стелящиеся ветви какого-то кустарника, да чахлая трава между камней. В то же время ущелье представляло природную преграду тому противнику, который решился бы осадить Столицу королевства, расположенную дальше, в просторной долине, на берегу большого озера. Но сейчас было мирное время, и ущелье держали под наблюдением редкие и малочисленные заставы, королевской стражи.

Вереница низкорослых, восточных лошадок безропотно несла на своих спинах тяжелые тюки с разнообразным товаром. Караван миновал шаткий мост над быстрой мутной рекой, и копыта застучали по хорошо выровненной узкой дороге. Три охранника в голове каравана, что-то заметили впереди, пришпорили усталых коней, и скрылись за поворотом. Погонщики встревожились, остановили мерный ход лошадей, схватились за оружие. Привстав в стременах, напряженно всматривались вдаль. Но тревога оказалась напрасной. Караван приближался к своей конечной цели, – уже можно было видеть, что ущелье метров через пятьсот раскрывается в широкую зеленую долину. Животные и люди почувствовали запах жилья и прибавили шагу. И впрямь – вдалеке уже можно было рассмотреть высокую крепостную стену с множеством башен.

Застава на окраине Столицы, прежде чем открыть мощные ворота, остановила караван и лишь после тщательного досмотра и получения пошлины пропустила в торговую часть города. Караван остановился на одном из постоялых дворов. Шустрые мальчишки умело развьючили лошадей и отвели измотанных дальней дорогой животных в стойла. Вытерли насухо взмыленные спины и бока, напоили и засыпали корм. Дюжие бородачи под присмотром караванщиков играючи перенесли тяжелые тюки с товаром в сарай с толстыми стенами, сложенными из дикого камня, после чего хозяин постоялого двора собственноручно навесил на ворота огромный замок и наложил под присмотром стражника восковую печать. Многочисленные служанки под строгим надзором жены хозяина постоялого двора размещали прибывших с караваном людей по комнатам, в зависимости от достатка. Лучшую часть гостиницы заняла знатная госпожа и ее две служанки. Охрана дамы, состоящая из пяти степняков, расположилась в комнате рядом. Тесную каморку напротив, занял пожилой книгочей и его слуга, сопровождающие госпожу в дальнем путешествии. Утомленные длительной дорогой люди отужинали рано. Кто, в общем, зале, у растопленного камина, кто у себя в комнате и легли спать, загасив масляные лампы.