Сезон солнца
Шрифт:
– Но ведь Эгил не виноват! – нервно теребя в руках платочек, повторила Зарабет. – Господи, Хельги, если бы я только могла увидеть его и поговорить с ним!
– К сожалению, пока это невозможно. Тебе придется остаться здесь и ждать возвращения мужа.
Ингун ни на шаг не отходила от матери, хотя все ее внимание было приковано к женщине, которая отныне стала хозяйкой в доме брата. Ингун предчувствовала, что так случится, с той самой минуты, как впервые увидела Зарабет, поднимающуюся по тропинке следом за Магнусом. Тогда ее рыжие волосы переливались в лучах заходящего солнца, а на шее блестел рабский ошейник. Ингун сразу поняла,
– Я хочу как можно скорее уехать отсюда, – сказала она матери с напускным равнодушием. – Я никогда больше не вернусь в этот дом. Мой брат потерял разум из-за этой женщины. Он ослеп, если согласился обручиться с потаскухой и убийцей. И это в тот момент, когда его сын пропал по вине ее убогой сестры.
Услышав эти слова, Зарабет бросилась на Ингун, как дикая кошка, и вцепилась ей в горло.
– Ах ты, зловредная стерва! Как бы я хотела вырвать твой ядовитый язык! Ты отвратительна и эгоистична. Это тебе следовало провалиться сквозь землю, а не бедняжке Эгилу!
Зарабет почувствовала, как чьи-то руки, не мужские, но наделенные недюжинной силой, опустились ей на плечи.
– Хватит, Зарабет. Оставь ее. Все в порядке. Успокойся, – спокойно повторяла Хельги, осторожно отстраняя Зарабет от дочери.
Зарабет нехотя разжала пальцы, сжимающие горло Ингун. На шее сестры Магнуса остались красные следы от ее пальцев. Ингун смотрела исподлобья с такой ненавистью, что Зарабет не выдержала этого взгляда.
– Больше драк и взаимных оскорблений я не допущу, – строго сказала Хельги, переводя взгляд с невестки на дочь. – У вас нет причин ненавидеть друг друга. Твой брат, Ингун, выбрал Зарабет и взял в жены. Ты всегда знала, что, как только Магнус женится, хозяйкой в доме станет его жена. Так почему ты не можешь с этим смириться теперь? Это несправедливо прежде всего по отношению к твоему брату. Магнус сделал выбор, и тебе придется признать его. Так что принимайся за работу и держи язык за зубами.
– Но…
– Довольно! Мы найдем тебе мужа, и ты позабудешь своего Орма. Я не желаю больше ничего слышать о нем! Говорят, что именно Орм со своими людьми напал на поместье Ингольф-сона, разграбил его и изнасиловал тамошних женщин. Неужели тебе хочется иметь такого мужа? Он настоящее животное!
– Это не правда! Орм не мог совершить такое ужасное преступление! Его оклеветали такие люди, как мой отец, которые просто завидуют Орму!
– Пора тебе стать женой и матерью, Ингун, – спокойно отозвалась Хельги, пропустив мимо ушей возгласы дочери. – Ты забудешь Орма. И покончим с этим.
Зарабет видела, как Ингун, стиснув зубы от злости, подчинилась приказу матери и отправилась по хозяйственным делам.
Хельги подвела невестку к деревянной лавке, усадила и пристально вгляделась ей в лицо.
– Ты действительно считаешь Эгила невиновным в смерти Лотти?
– Он еще ребенок, поэтому ревновал отца к девочке, которой Магнус уделял много внимания. Я была не права, когда решила, что Эгил может причинить Лотти вред. Просто что-то внутри меня…
– Я понимаю, – кивнула Хельги и похлопала Зарабет по плечу. – Почему бы тебе не пойти в баню? Сразу почувствуешь себя лучше.
Зарабет хотела сказать Хельги, что если кто и виноват в исчезновении Эгила, то только она сама. Именно она схватила Лотти и прыгнула в эту проклятую лодку! Лотти погибла из-за ее глупости!
Однако
Она вымылась, расчесала и уложила волосы, переоделась в чистое платье и вдруг почувствовала, что не может двинуться с места. Перед глазами вдруг возникла картина: Лотти, опутанная зелеными водорослями, лежит на морском дне, и ее волосы колышутся от глубинного течения…
Только ощутив соленый вкус на губах, Зарабет поняла, что плачет. Она бросилась в дом и заперлась в спальне Магнуса. Здесь никто не мог помешать ей, и она горько разрыдалась.
– Господи, прости меня! Лотти, прости. Это я во всем виновата, – шептала Зарабет в отчаянии.
Солнце все еще освещало горизонт, окрестности медленно погружались в зыбкий полумрак. Зарабет никак не могла привыкнуть к тому, что ночью здесь светло, как днем. Она стояла на берегу моря и думала о том, что где-то там, в глубине, лежит сестренка, которую ей никогда больше не суждено увидеть. Зарабет вспомнила, как трогательно Лотти засыпала, уткнувшись щекой в подушку и подложив под нее ручку.
Зарабет поежилась на прохладном влажном ветру, пропитанном запахами моря, и увидела, как понурив головы вереницей идут люди. Это поисковая группа Магнуса возвращалась домой ни с чем. Ее муж выглядел совершенно измученным и удрученным. Зарабет прониклась к нему глубоким состраданием. Двое детей пропали разом: Эгил из-за Лотти, и оба из-за нее самой.
Слезы снова покатились по щекам Зарабет.
Магнус застал ее притихшей, с мокрым от слез лицом. Он сокрушенно покачал головой, коснулся ее щеки, затем взял за руки и притянул к себе.
– Мы не нашли его. Ни единого следа не обнаружили. Но я уверен, что Эгил жив.
– А вдруг Лотти тоже еще жива? – Зарабет с надеждой посмотрела ему в глаза.
Магнус понимал, что на спасение Лотти нет никакой надежды. Но мольба, прозвучавшая в голосе Зарабет, заставила его сердце сжаться от боли.
– Все может быть, – ответил он печально, зная, что говорит не правду.
Лотти утонула, ее тело либо унесено течением в открытое море, либо погребено в водорослях на илистом дне. Оставалось надеяться только на то, что Эгил жив. Где он сейчас? И почему сбежал? Неужели так испугался, что его обвинят в смерти Лотти? Воображение рисовало Магнусу жуткие картины: дикие звери набрасываются на мальчика и разрывают его. В лесах полно бандитов, которые могли захватить сына в плен, чтобы потребовать выкуп, тогда, может быть…
Магнус тряхнул головой, стараясь отогнать страшные мысли, и отстранился от жены.
– Теперь мы вместе, как и должны были быть с самого начала. Что бы ни случилось, мы – муж и жена. Значит, мы будем вместе переживать испытания, которые пошлет нам жизнь.
– Это очень трудно, Магнус.
– Да, я знаю. – Он медленно провел кончиками пальцев по ее бровям.
– Я плакала.
– Теперь я вернулся, и ты больше не будешь плакать. Как бы ей хотелось верить в это!
Родители задержались в Малеке на пару дней, их слуги вместе с людьми Магнуса не переставали искать Эгила. Никто и словом не обмолвился о том, что поиски пора прекратить. Удивительно было то, что за все это время они не обнаружили ни единого следа мальчика. Эгил как сквозь землю провалился.