Сезон расплаты
Шрифт:
– Не говори никому, что я приходил.
Теперь он вызывает у меня еще большее отвращение. Встаю, последний раз заглядываю в его глаза, читаю в них страх, недоверие и что-то еще.
– Исчезни до того, как я вернусь.
Выхожу, громко хлопаю дверью.
– Маам!
– Спускайся вниз.
Делаю, как она велит.
Мама стоит, опершись плечом на дверной косяк отцовского кабинета, сверлит меня взглядом.
– Меня не радуют твои изменения, чтобы ты знала. – Кивает на волосы. – Не хочу говорить об этом при отце, он итак подавлен. Я надеюсь, в скором времени бунт закончится
– Это не бунт.
Никакой это не бунт, это моя новая внешность, моя новая жизнь.
– Проходи. – Открывает дверь, пропускает меня вперед, я сразу же замечаю отца, сидящего в своем кожаном дорогом кресле. Мама идет к нему и становится рядом, кладет руку ему на плечо, в ответ, он кладет свою сверху. – Присаживайся.
– Я постою.
– Луиза. – Предупреждающе произносит мать, и я рада, что хотя бы она не называет меня моим вторым именем.
Сажусь в кресло, потираю вспотевшие ладони о джинсы. Интересно, этот идиот смог уйти из моей комнаты? Если нет, сдам его полиции за незаконное проникновение в дом.
– Что-то случилось?
– Случилось. – Спокойно отвечает отец. – Но не сейчас, ты и сама знаешь.
– Генри. Луиза, ты помнишь, что говорила тебе миссис Такер? – Мама старается быть со мной помягче, а вот отец.. Мне больно видеть то, как он на меня смотрит. Он не смог получить дочь своей мечты, дочь, которой смог бы гордиться.
– Эта женщина много чего говорила.
– Тебе нужно чем-то заняться. С пользой проводить время. Интересная работа.
– Угу.
– И мы нашли тебе такую.
– Работа?
– Да. Будешь работать на ферме. Здорово, правда? Да, Генри? – Толкает папу локтем.
– Да, это лучшее, что пока для тебя можно найти. Миссис Такер сказала, что общение с животными благоприятно повлияет на твое здоровье и душевное состояние.
– Я в порядке.
– Это не обсуждается.
– Ферма? Серьезно, мам?
– Ты не ослышалась.
– Никто в этом городе даже..
Отец не дает договорить мне:
– Мы все решили. Ближайшая ферма в паре километров от города, ты будешь проводить там несколько часов в день.
– Как долго?
– Как только осознаешь, что чувствуешь себя лучше.
– Я же сказала, что в порядке.
– Судя по тому во что, ты себя превратила – нет! – Папа повышает на меня голос, пожалуй, впервые в жизни. Обычно он сдержан, даже если очень зол, он умеет это скрывать.
– Хорошо. – Киваю, сглатывая собравшийся в горле ком. – Ферма так ферма.
Глава 4
Около сорока минут мы ехали по городу, преодолевая небольшие пробки в центре, связанные с аварией у сквера на «Таун Риз», еще минут пятнадцать добирались до фермы, на которую мои родители решили устроить меня работать. Отец всю дорогу молчал, я старалась не смотреть в окно, чтобы не видеть тех людей, которые не хотели бы видеть меня. Сердце гулко застучало, когда мы приблизились к месту назначения. Ферма казалась не очень большой: маленький по сравнению, с нашим, кирпичный домик с простирающимися вокруг загонами для животных и большим огородом и все это огорожено примерно полуметровым деревянным забором. К нам вышла женщина
– Здравствуйте миссис Макэвой.
– Можно просто Кайла. Здравствуйте. – Ровным безразличным тоном, отвечает хозяйка дома.
– Это моя дочь Саманта. – Отец кладет руку мне на спину и проталкивает вперед, заставляя чувствовать меня не в своей тарелке.
– Луиза, пожалуйста.
– Прокашливаюсь.
– Меня зовут Луиза. – Миссис Макэвой бросает взгляд от меня к моему отцу, который никак не реагирует на сказанное.
– Во сколько она должна быть у вас и как часто?
– Пять дней в неделю, я думаю с десяти до трех часов вполне достаточно. Не хочу отнимать у девочки ее время.
– Ну что вы, Луиза.. – он так выделяет мое имя, словно оно становится комом в его горле, - Любит животных, для нее радость находиться здесь. – Продолжает он.
Если бы я в этот момент что-то пила или ела то, наверняка поперхнулась бы.
– Хорошо, но все же, этого времени достаточно.
– Здесь есть автобусы, которые идут в город?
– Да, три раза в день.
Он хочет, чтобы я ездила на автобусе? Лучше не придумаешь. Если я встречу кого-то из знакомых.. Наверняка, они будут пялиться, в лучшем случае.
– Отлично. Ну, что, оставляю ее Вам, Кайла. – Отец пожимает женщине руку и возвращается к машине, чувствую себя одной из овец, которые наверняка здесь имеются.
– Я..
– Ничего не говори. Иди за мной.
Делаю, как она велит, шагаю по тропе, ведущей к дому. Я бы сказала, что здесь свежий воздух, если бы так не воняло фекалиями и прочей деревенской гадостью. От чего, так это от брезгливости я за прошедшие пять лет так и не избавилась.
Дверь со скрипом открывается, я немного любопытничаю, оглядываясь по сторонам, - признак невоспитанности, как говорит мама. Может быть.
Коричневые деревянные окна, расположенные друг напротив друга, старая кресло-качалка в углу, по левой стороне стены стоит диван, засланный серым шерстяным покрывалом, и наконец, первое, что я заметила – квадратный столик у чего-то, что похоже на камин. Пол деревянный и немного поскрипывает, когда я наступаю на него. Запах в доме приятный: еда, домашняя еда, а еще легкий аромат цветов, видимо тех орхидей, которые стоят на подоконнике.
Миссис Макэвой резко разворачивается ко мне лицом и смотрит в упор.
– Я знаю, кто ты, так что, чем меньше ты болтаешь, тем лучше.
Мое сердце делает сотню оборотов вокруг желудка. Что это значит?
– Вы.. эмм..
Не могу этого произнести.
– Я не знаю, зачем тебе это, но если хоть одно из моих животных или даже растений пострадает я..
Теперь мне, на самом деле становится не по себе. В таком случае, ты думаешь, куда еще хуже? Но бывает и хуже, поверьте, я заставлю вас в этом убедиться, когда моя история подойдет к завершению.
Вздрагиваю, не от скрипа двери, а от прозвучавшего мужского голоса за спиной.