Сезон охоты
Шрифт:
На уже улице стояла нестерпимая жара, не смотря на сентябрь, а время только начинало переваливать за полдень. К тому же мусорная свалка, окруженная высокими хвойными деревьями, находилась практически в не продуваемом месте, что позволяло удушливому воздуху собираться здесь, сильно сказываясь на тяжести дыхания Сорина.
– Тащи, не слабый.
Пробурчал Семен Смелов, ухмыляясь во весь рот, словно все происходящее могло доставлять мужчина радость.
Сорин постоянно вытирал носовым платком пот с лица и шеи, ощущая, как тяжесть его собственного
– Ему бы помочь, – сказал Сорин, не сводя взгляда с Дениса и Семен, направился в сторону ямы с мусором. Через четверть часа, они вдвоем доволокли перемотанный скотчем ковер до края ямы, а затем выволокли его наверх. Чертыхаясь и тяжело дыша, мужчины какое-то время стояли неподвижно, приводя дыхание в порядок. К тому моменту над ковром уже начали летать мухи. Сорин вынул из кармана перочинный нож, который как неизменный атрибут, всегда находился при нем и начал разрезать скотч.
– Сделай пару снимков, того, как я это делаю, – сказал он, обращаясь к Денису и Сафин, тут же принялся фотографировать, обходя кругами начальника полиции.
Скотч уже был полностью разрезан и, выпрямившись, Сорин ощутил легкое головокружение, он сложил нож, убрал его обратно в карман, затем, посмотрев на Семена, сказал:
– Ты готов?
Мужчина ничего не ответил, закинул в рот очередную спичку и принялся ногой раскатывать ковер. Сорин наблюдал за этим действием, не вмешиваясь и отойдя на шаг назад, чтобы не мешать делать снимки.
Он вспоминал этот момент, сидя в кабинете и держа сотовый телефон возле уха. Марата, переполняла надежда, что ковер окажется пустым. Но все его нутро и интуиция кричали об обратном. Еще мгновение и что-то должно было появиться, мужчина буквально ощущал это, словно уже заранее знал, содержимое ковра.
Рассматривая снимки, которые сделал Сафин сразу после того, как парня пару раз вырвало в ближайший куст, Марат услышал в телефонном динамике, голос своей супруги. Женщина была достаточно бодрой и, судя по голосу, ее день прошел на много лучше:
– Привет дорогой, только не говори, что ты сегодня задержишься. Я испекла отличный пирог и хочу, чтобы ты попробовал его пока он еще горячий.
Мужчина улыбнулся и, закрыв глаза, откинулся на спинку кресла. Нет ничего лучше, чем в конце трудного рабочего дня услышать бодрый и жизнерадостный голос любимого человека. Это всегда действует как настоящая панацея, словно одни только волны, исходящие от положительных эмоций, способны излечить и прибавить сил:
– Я уже скоро выезжаю домой.
Ответил он и по его голосу, Татьяна могла прочесть достаточно многое, чтобы ее голос и интонация моментально поменялись:
– Трудный день? – спросила она с участием.
– Да, приеду, расскажу, так что накрывай на стол и нарезай пирог, у меня с утра во рту и маковой росинки не было.
– Если
Марат вновь расплылся в улыбке, но решил, что это уже перебор, он, конечно же, нуждался в отдыхе, но пока еще слишком рано говорить о расслаблении, тем более, что сегодня груз мыслей, не даст ему спокойно отдохнуть.
– Нет, спасибо любимая, я обойдусь только твоим пирогом. Думаю, этого будет вполне достаточно.
– Тогда я тебя жду и накрываю на стол. И постарайся по пути домой не начать новое расследование. Хорошо?
– Обещаю, – ответил Марат и, отключив телефон, еще несколько секунд не мог стереть улыбки со своего лица. За годы его службы в полиции случалось многое, и Татьяна каждый раз пыталась сгладить все неровности, которые возникали у них в отношениях. Бывало не раз, когда их семейные планы рушились из-за банальных мелочей в виде скандалов граждан, не желающих сосуществовать в мире со своими соседями. Или подросткам приходило в голову полихачить по вечерним улицам, после чего приходилось ловить их всеми патрульными машинами. Но Татьяна обладала настоящим пониманием и вполне имела полное право носить статус жены полицейского. Ей не нужно было объяснять каждый раз, что к постоянным ночным возвращениям его обязывает работа, тем более, когда Марат дослужился до начальника, Татьяна сразу же смирилась с тем, что теперь муж будет тратить на свою службу в полиции еще больше времени.
Он отложил сотовый в сторону и посмотрел на несколько последних снимков, которые лежали на столе в хронологическом порядке. На первом из них, только показалась человеческая рука, вывалившаяся из ковра и Марат вспомнил, как в этот момент ощутил прилив неизбежности. Ведь в их городе произошло настоящее преступление, о котором теперь будут судачить ни один месяц, а Сорину придется начать собственное расследование, в надежде, что дело не выйдет за приделы его юрисдикции.
– Эй, парень, только не здесь! Вали в кусты! – выкрикнул Семен Смелов, после того, как в очередной раз, толкнул уже почти размотанный ковер ногой. Человеческая рука выпала наружу с растопыренными во все стороны пальцами. Некоторые из них уже на первый взгляд можно было охарактеризовать как сломанные. Синева кожи и неестественная пухлость руки говорили о процессе разложения, который только усилился из-за жары. По ладони покойника ползали белесые, слепые личинки, не обращая внимания на воцарившуюся суету.
Денис, забыв про фотоснимки, испытал сильные приступ, спазм скрутил парня пополам и закрыв ладонью рот, он не смог сдержаться. Но гневный крик Семена, заставил Сафина сделать несколько шагов в сторону, где он и изверг из себя весь завтрак.
– И это полицейский? – Усмехнулся Смелов, глядя в нахмуренное лицо Марата. Затем он ткнул пальцем в сторону парня и спросил с усмешкой, – ты что, его в магазине на сдачу получил?
Конец ознакомительного фрагмента.