Сезон охоты

Дойтерман Питер Т.

Объект "Р". Завтра он обследует армейский арсенал Рэмси. Ему вспомнилось предупреждение этой рыжей дамочки из ФБР насчет самодеятельности. "Забываете, что имеете дело с Эдвином Крейсом, мадам. Если я найду Линн и узнаю, что кто-то ее обидел, я отыщу и этого человека, и его жену, и его детей, и всех его живущих на этом свете близких и дальних родственников и отправлю их по частям наложенным платежом в заведение имени Эдгара Гувера [4] . А там пусть Управление по розыску пропавших без вести лиц попробует эти кусочки рассортировать".

4

Джон

Эдгар Гувер (1895 – 1972) – легендарный директор Федерального бюро расследований США с 1924 г.

Глава 4

В пятницу утром Дженет Картер позвонила Ив Холлоуэй. Ив работала в штаб-квартире ФБР, в отделе дактилоскопии, и до перевода Дженет в Роанок была ее постоянной партнершей на теннисном корте. Дженет объяснила, что именно ей хотелось бы разузнать об отставном агенте по имени Эдвин Крейс.

– Это у тебя официальный запрос? – немедленно уточнила Ив.

– В общем-то да. По делу об исчезновении троих студентов. К сожалению, нет никаких признаков преступления, и мы собираемся передавать его в Управление по розыску пропавших. Крейс уволился из ФБР лет пять назад. Это отец одной из пропавших, и у меня такое впечатление, что он располагает какой-то информацией, но делиться ею с нами не хочет.

– А может, заняться этим в частном порядке? – предложила Ив – ее муж занимал в ФБР высокую должность в Управлении кадров и внутренней инспекции, так что Ив была особой весьма осведомленной.

– Наверное, так будет даже лучше. Предположительно Крейс работал в зарубежной контрразведке, но погорел, и его отозвали.

Ив помолчала.

– Крейс, – протянула она задумчиво. – Знакомое имя. Эй, слушай, у нас в лаборатории была некая Хелен Крейс, работала с электронным микроскопом! Погибла вместе со вторым мужем в той авиакатастрофе над заливом, помнишь?

Дженет вспомнила, что Тэлбот упоминал об этом в разговоре с Крейсом.

– Так она из наших?

– Ну да. Мы с ней однажды занимались одним делом об убийстве. Она как раз в то время разводилась с первым мужем. Году в восемьдесят восьмом. Или в восемьдесят девятом? Потом вышла за агента, который занимался организованной преступностью. Ничего, довольно приятная женщина. Та авиакатастрофа запомнилась мне потому, что погибли двое наших. Случилось это где-то году в девяносто четвертом, что ли. Тогда, конечно, она была уже не Крейс. По-моему, ее звали Морган.

– Точно! Я же ее знала. Хелен Морган. Она проводила по моей просьбе экспертизы, когда я работала по взрывчатке и взрывным устройствам. Так она была замужем за Крейсом?

– Да. Если не ошибаюсь, у нее была какая-то степень. Медицинские науки.

– Эх, вот бы с ней поговорить! – мечтательно воскликнула Дженет. – Слушай, ты сказала, что она разводилась, когда вы вместе работали по делу. Она с тобой делилась, что-нибудь рассказывала?

– Вообще-то нет. Казалась больше огорченной, чем обозленной. Там еще сложности у них были из-за дочери. Это, значит, теперь одна из твоих пропавших. Эй, а ведь она как-то упоминала, что посещала кого-то из наших штатных психоаналитиков. Может, у них сохранились записи?

Дженет поблагодарила подругу и позвонила в административную службу штаб-квартиры.

Начальник выслушал ее просьбу и пообещал, что кто-нибудь из кадровиков ей перезвонит. После этого Дженет отправилась на утреннее совещание.

А в половине третьего пополудни ее вызвал к себе глава отделения ФБР в Роаноке резидент Тед Фансворт. Ближайшее полноценное территориальное управление ФБР находилось в Ричмонде. Контора в Роаноке находилась у него в подчинении, и потому ее босс именовался не главным агентом, а резидентом. Фансворт, приближавшийся к пенсионному возрасту, в общем и целом был сносным руководителем – большого начальника из себя не строил и по мелочам не придирался. Однако сейчас его акцент уроженца Новой Англии [5] давал себя знать, а это было верным признаком того, что он не в духе.

5

Группа штатов на северо-востоке США.

– Мне позвонили от доктора Карстена Голдберга – нашего штатного психоаналитика в штаб-квартире. Говорят, кто-то интересуется ныне покойной сотрудницей ФБР по имени Хелен Крейс-Морган. Мне казалось, что это дело об исчезновении студентов уже передано в Управление по розыску пропавших?

– Да. Точнее, будет отправлено в понедельник. Если не ошибаюсь, Ларри Тэлбот еще не закончил оформлять бумаги.

Дженет рассказала начальнику о нападении на Барри Кларка и о своих подозрениях по поводу того, что Эдвин Крейс хочет заняться поисками дочери в одиночку.

Фансворт подпер подбородок левой рукой и задумался.

– И ты хочешь покопаться в прошлом этого спецагента, Эдвина Крейса?

– Так точно, сэр. Его бывшая жена работала в нашей лаборатории в Вашингтоне. Погибла в авиакатастрофе над заливом в конце девяносто четвертого года. Моя знакомая в штаб-квартире упомянула, что во время бракоразводного процесса она посещала психоаналитика. И я надеялась...

– Прикрой-ка дверь, – перебивая ее, неожиданно попросил Фансворт, указывая на распахнутую дверь своего кабинета.

Дженет изумилась, но послушалась. По нынешним временам, когда нарваться на обвинение в сексуальном домогательстве легче легкого, редкий босс рискнет беседовать с сотрудницей при закрытых дверях. Это уже интересно. Она вернулась к своему стулу.

– Слушай внимательно. – Фансворт настороженно оглядел свой кабинет. – Что бы там Ларри ни наговорил, все, что я сейчас скажу, не для общего пользования. Сомневаюсь даже, что вправе так поступить, поскольку ты по этому делу больше не работаешь.

– Так точно, сэр. Однако, насколько я понимаю, сэр, даже если мы передаем дело в Управление по розыску пропавших, оно остается в нашей юрисдикции. К тому же никакого другого задания я еще не получила. – Еще не закончив эту тираду, Дженет осознала, как сильно она отдает адвокатским крючкотворством.

Фансворт ответил ей терпеливой улыбкой.

– Дженет, ты же умная девушка. Докторская степень, так? Специализировалась на изучении и оценке вещественных доказательств, правильно? В ФБР почти девять лет. Работала в Чикаго и Вашингтоне. Так что же ты с таких опытом делаешь здесь, среди наших гор и долин, в обществе таких замшелых провинциалов, как мы?