Сэйдж

Хесс Нора

Латур остановился в самом конце зрительного зала, прислонился к стене. Его глаза не могли насмотреться на прекрасную женщину, сидевшую на сцене.

Как могло случиться, что она стала еще лучше, расцвела и стала еще красивее, чем тогда, когда он видел ее в последний раз. Сердце Джима, казалось, выскочит из груди, пока он дожидался окончания выступления.

Когда раздались аплодисменты, Джим пошел за кулисы. Возле ее гримерной Джим внезапно нахмурился. «А что, если у нее уже появился другой мужчина. Ведь после того, что случилось

здесь несколько недель назад, более чем вероятно, что Сэйдж могла найти себе человека, который мог бы ее защитить».

Латур стоял в узеньком коридоре, говоря себе, что не позволит Сэйдж тут оставаться. Он заберет ее в Коттонвуд, где ее так давно ждут и любят.

Затем он сделал еще два шага и вдруг остановился. Сэйдж только что закончила выступление и шла навстречу ему. Их глаза встретились…

— Джим!.. — Сэйдж бросилась навстречу Латуру. — Что ты тут делаешь? Случилось что-нибудь с Дэнни?

— С Дэнни все в порядке, — мужчина схватил ее за локоть, потянул к себе. — О, Боже, Сэйдж! — воскликнул он. — Я же думал, что ты погибла!

И прежде, чем Сэйдж смогла осознать то, что ей говорили, рот Джима прильнул к ее губам, нежно, взволнованно.

— О, Сэйдж! — прошептал он, не отрываясь от ее губ. — Я сотни раз чуть не умер, думая о том, что навеки потерял тебя. Я тебя больше никуда не отпущу.

Наконец, он посмотрел на нее, любуясь лицом, которое так часто видел в своих снах.

Бережно проведя пальцами по щеке женщины, Латур сказал:

— Мы остановимся у Кэрри, соберем твои вещи и затем поедем домой. — Он снова склонился к Сэйдж пытаясь ее поцеловать, но она увернулась от его ищущих губ и произнесла:

— Сожалею, Джим, но я не вернусь с тобой в Коттонвуд. Здесь у меня появился мой собственный дом. Меня тут все уважают. Я не поеду с тобой назад и не буду твоей шлюхой.

— Сэйдж! — воскликнул Джим, схватив ее лицо и повернув к себе, чтобы заглянуть ей в глаза. — Ты же прекрасно знаешь, что никогда ею не была. Я тебя люблю. Это совсем другое.

Он провел пальцем по ее нежным, алым губам:

— Я хочу, чтобы ты была моей женой, чтобы мы могли всегда жить вместе.

— Что ты имеешь в виду, Джим? — Сэйдж изумленно посмотрела на него своими огромными зелеными глазами. Она боялась, что это все ей снится, что вот-вот она проснется и вновь наступит день, с его вечной тоской об этом сильном и таком дорогом, таком родном мужчине.

Лицо Джима смягчилось.

— Я никогда не желал ничего в своей жизни так сильно. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

И он вновь наклонился, и на этот раз женщина не отвела своих губ.

— Пойдем, давай уйдем отсюда. Я так хочу остаться с тобой наедине.

Сэйдж скрыла улыбку. «Он не знает ничего, но придется ему рассказать обо всем, прежде чем он вновь ляжет с нею в постель. В доме, где она живет — четыре ребенка, так что ему, скорее всего, придется спать в одиночестве».

— В нескольких милях от города у меня есть

свой дом, — сказала она, освобождаясь от его объятий. — В конюшне стоит моя лошадь. Поехали? — Конечно! — усмехнулся Джим и обнял ее за талию, когда они вышли на улицу.

— Ого! Я знаю эту лошадь! — воскликнул Латур, когда Сэйдж вышла из конюшни. — Это же кобыла Реда Харлена. Как это тебе удалось заполучить такую конягу?

— Я расскажу тебе об этом по пути к моему дому, — ответила Сэйдж, когда Джим помог ей забраться в седло.

Стояла прекрасная лунная ночь, Сэйдж и Джим ехали по равнине, и она рассказывала ему обо всем, что произошло с нею тогда.

— Как я жалею, что не уберег тебя от всего этого, — сказал Джим, когда она закончила свой рассказ.

Однако, Сэйдж пока не рассказала ему о мальчиках, которых она встретила в лачуге Миланда. Она решила приготовить для него большой сюрприз.

— На случай, если кто будет спрашивать тебя — это именно я тот человек, который пристрелил этого ублюдка. Он сказал, что убил тебя и бросил твое тело на съедение волкам.

— Не сомневаюсь, что в ту же секунду он умер.

Они немного помолчали, каждый заново переживая про себя те страшные минуты. Внезапно Сэйдж сказала:

— Вон там, впереди, мой дом.

Джим посмотрел на тусклый свет, пробивавшийся из окна. Страшная мысль мелькнула у него. Ведь он до сих пор не знает, согласна ли она выйти за него замуж.

— Ты всегда оставляешь горящую лампу, Сэйдж, или уже кто-то занял мое место?

Он повернул Майора, загораживая путь ее лошади.

— У тебя появился другой мужчина? — спросил Джим. Сэйдж с огромным трудом удержалась, чтобы не улыбнуться от удовольствия, что он ее ревнует.

«Пусть он немного помучается», — сказала она себе. Один Бог знает, сколько раз ей самой доводилось испытывать мучения из-за него.

Посмотрев на Латура, Сэйдж тихо произнесла:

— Тебя не было так долго, Джим! Откуда я могла знать, что ты захочешь жениться на мне.

— Я вышибу из него дух, — прорычал Джим и галопом погнал коня к маленькому дому.

Сэйдж посмотрела ему вслед, и на ее лице появилась широкая улыбка. Хорошо бы, чтобы он не вздумал выпороть Лайшу. Она хлестнула лошадь и помчалась вдогонку за Латуром.

Когда она вбежала в комнату через секунду после разъяренного мужчины, сперва ей было даже трудно решить, чье лицо выражало большее изумление.

Джим выглядел так, как будто его по голове чем-то ударили.

Перед ним стоял Лайша с белым, как мел, лицом и широко открытыми глазами.

Женщина захихикала от удовольствия, и тогда Латур повернулся и дико глянул на нее.

— Ты, кажется, решила меня позлить, да? Она кивнула головой:

— Немножко! Ты всю жизнь забавлялся с женщинами, Джим Латур, и я хотела тебе показать, что со мной этот номер не пройдет. Если ты хотя бы раз после того, как мы поженимся, попробуешь мне изменить…