Северный ветер
Шрифт:
Как только мы подошли к границе к Срединным землям, Роланд приказал разбить лагерь. Срединные земли от того, что они находились между Южными и Северными землями, не только географически, но и политически, так и называли — середина мира. Они всегда были посередине. Не поддерживали ни северян, ни южан. Но никогда не отказывали никому в материальной помощи. Еда, лекарства, лекари, одежда… Это они могли предоставить. Но беженцам места не давали. Боялись конфликта с одной из сторон.
С одной стороны, я их понимала, но как можно оставить людей в беде?! Не спасти их от войны?! Каждый раз, когда отец слышал такие
Так странно. Я уже давно покинула дом, даже поклялась никогда не упоминать Богов, не молиться им, но все равно каждый раз возвращаюсь к ним мысленно, стоит только Роланду немного отвлечься от меня. Все-таки вера, она в крови. Нельзя навязать ее, привить. Ты просто с рождения это знаешь. Так делали твои родители, их родители… Все твои предки. И у тебя просто не остается выбора, как тоже верить. Нам, особенно детям королевских кровей, никогда не давали выбора. Мы, словно послушное стадо баранов, делали, что велят. Даже сейчас. Мысленно я уже давно убила Роланда, но в реальности делаю все, что он хочет. Не обращая внимания на свое мнение, на свои желания.
Только воины услышали приказ Роланда, то сразу же остановили лошадей и принялись выполнять безоговорочно указания. И это поражало. Все-таки я должна была признать, вонзая сама себе нож в сердце, что Роланд не только хороший воин, но и командир. За все время ни разу не произошло ни одного конфликта, ни одной стычки, ни одной ссоры между воинами. Только с рабынями случалось такое.
Роланд снял меня с коня и, не выпуская из рук, направился к небольшому костру. Я уже начинала замерзать, поэтому безумно была рада ощутить хоть и слабый, но все-таки поток тепла. Роланд приказал сидеть и никуда не уходить. Хмыкнула, да я бы ни за что не ушла с этого места. Арнод усадил Катрину рядом со мной, накинув на наши плечи большой плед из овечьей шерсти. Мы прижались друг к дружке, надеясь быстрее согреться.
— Анна, — тихо прошептала девушка. Я повернула к ней голову и встретилась с испуганным взглядом.
— Что еще сделал с тобой этот монстр?! — таким же тоном прошептала я в ответ. На глаза девушки тут же набежали слезы, и она прижала ладошку к своему рту.
— Мне кажется, что я… — не договорив, девушка зарыдала, укусив себя за пальцы. Я обняла ее крепче, пытаясь успокоить ее пока кто-то из братьев не подошел к нам и не узнал в чем дело. Еще пару мгновений она вздрагивала, а потом все-таки смогла взять себя в руки.
— У меня больше нет женских дней, Анна, — шепнула мне в самое ухо девушка. Прикрыв глаза, она обняла меня в ответ и продолжила плакать, и только ее плечи слегка подрагивали.
— Но, дорогая, — пыталась вразумить я ее, — мы здесь всего недели две, не больше и…
— Мы в пути уже полтора месяца, госпожа… И за это время у меня не было ни одного женского дня. Сами понимаете, что это значит для меня.
— Ребенок… — ошарашено произнесла я в полголоса. Катрина станет матерью, если, конечно, Арнод сохранит бедной рабыне жизни.
— Он знает? — оставалось узнать только самое страшное.
Неожиданно девушка горько усмехнулась.
— Да, ведь он заставил меня сказать ему мой лунный цикл, —
Я не знала, что на это ответить девушке. Мне было ее жалко. Теперь она точно навсегда останется в Северных землях. Будет всю жизнь жить со своим насильником, рожать от него детей, делить с ним судьбу, ведь разводов у северян нет. Только смерть может разлучить супругов. Этим и отличался северный народ от нашего, южного.
Но, получается, когда я устрою побег, я не смогу взять с собой Катрину. Это больно ранило мое сердце. Мне не хотелось оставлять ее, но выбора у меня не было. Боги уже распорядились судьбой этой девушки.
Через какое-то время за мной пришел Роланд и отвел в нашу палатку, где сначала он накормил меня мясом и хлебом, а потом принес среднего размера бочку с наполненный до краев теплой водой. Мужчина встал напротив, а потом принялся медленно стягивать с моего тела тяжелое шерстяное платье. Не сопротивлялась, а даже немного помогала ему. А смысл? Мое тело он уже изучил детально. Обхватил сильной рукой за талию и опустил в теплую воду. Косы мои расплел и несколько раз провел гребнем по всей длине. А затем неожиданно провел губкой по плечу, всколыхнув воду так, что немного перелилось за края. Но никто не обратил на это внимания. Я была напряжена, и мужчина это видел.
— Расслабься, сегодня я не сделаю тебе больно, — проговорил мужчина. На мгновение он перестал касаться меня. И я, не выдержав этого напряжение, обернулась в его сторону. Мужчина взял мыло и быстро вспенил губку.
Кивнув мне подбородком, приказал:
— Развернулась.
Послушно выполнила его приказ, вцепившись в бортики. Он медленно намыливал мое тело, касался груди, и я каждый раз вздрагивала, когда он касался опухших от его прошлых ласк сосков. Когда его рука добралась до места между моих ног, я не сдержалась и попыталась вырваться.
— Анна, — предупреждающе произнес северянин, и я послушно раздвинула ноги. Он даже не мыл меня, он… ласкал. Совершал круговые вращения, слегка проникая в меня. Дрожь медленно пробежала по моему телу, и я невольно выгнулась навстречу его ласкам. Что-то происходило со мной, что-то неправильное. И действия этого мужчины были неправильными. Он был нежным. Это пугало.
Так не должно быть.
Неправильно.
— Прекрати, — выдохнула я, а сама расставила ноги еще шире. Невыносимо. Его пальцы то замедлялись, то ускорялись, заставляя пожар разгореться внизу живота. Что же это? Что?! Неожиданно ноги задрожали еще сильнее, и я судорожно одной рукой вцепилась в запястье Роланда. Замерла, в ожидании чего-то…
Вдруг мужчина прекратил ласку и убрал руку, что заставило меня разочаровано застонать и резко повернуться, опять расплескав воду, к этому чудовищу. Роланд улыбался своей хищной улыбкой. А я тут же вспыхнула, поняв, что я только что наделала. Поддалась греху, но Боги…
Это было…
Не описать простыми словами. Это противоречило мне. Противоречило Роланду. Он никогда не был таким со мной. Грубым? Да! Жестоким? Обязательно? Жестким? Несомненно. Но ласковым? Нежным? Никогда. Перемены всегда пугают. Но перемены в этом северянине просто свергают в бездну ужаса, я просто не знала, что можно ожидать от этого человека в следующую секунду.