Северный путь
Шрифт:
Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me
========== Пролог ==========
«Когда мир был юн, суша только обретала форму, а боги еще свободно бродили по земле, на северном и южном полюсах образовались червоточины. Никому не ведомо, какова их суть. Известно лишь, что когда в небе появляется зловещий огненный венец, червоточины порождают новых демонов.
Когда демонов расплодилось столько, что безопасного места в Мидгарде уже не осталось, люди попросили у богов защиты. Бессмертные вняли мольбам и даровали своим жрецам власть над стихиями. Обретшие божественную
Так говорится в преданиях седой старины. Правду от вымысла отличить в них сейчас могли бы разве что сами Стражи, но их больше нет. Орден распался, Стражей казнили, а рожденных с божественным даром преследуют поборники новой веры – Защитники Паствы, принявшие голубой капюшон и карающий меч Единого бога.
Церкви высятся уже во всех городах и селах, но сорняки староверческой ереси продолжают прорастать, воспаляя страх и трепет перед героями древних легенд. Землю наводняют шарлатаны, именующиеся Охотниками на демонов, хитростью и обманом выманивающие у пугливых людей деньги. В поисках чудищ рыскают по лесам возжаждавшие подвигов тщеславные рыцари. Но страшнее всего обосновавшаяся в мятежной Норикии Компания «Норн», которая провозгласила себя наследницей Стражей и собирает всех отщепенцев и изгоев из единоверческих государств под свое крыло. Сомнительно, что она ратует за безопасность, а не готовятся к очередной Войне за веру, которая вновь утопит Мидгард в крови».
Из еретических сочинений преподобного Руя Диаса,
священника Кампеадорской церкви
1565 г. от заселения Мидгарда, Дрисвяты, Веломовия
На пороге маленького, но добротного деревянного дома сидела худенькая восьмилетняя девчонка и заплетала густые волосы цвета спелого льна в длинные косы, вполуха прислушиваясь, как за дверью ругаются родители.
– Зачем ей идти в этот жуткий лес?
– возмущалась мать.
– Я молчала, когда вы ходили туда вместе, но сейчас ты отсылаешь ее одну. Она же совсем ребенок. Вдруг заблудится, или нападет кто? Я не переживу, если с моей кровиночкой что случится. Слышал, что бабка-повитуха сказала? Не будет у нас больше детей, только она одна.
– Зофьюшка, уймись, прошу тебя, - отец говорил мягко, но по обыкновению оставался непреклонен.
– Поверь, в лесу она будет в гораздо большей безопасности, чем здесь. Пособирает ягоды вдоль Сокольничего тракта и к вечеру вернется. Да туда, считай, все Дрисвяты ходят.
– Ага, бабки старые, которым и терять-то нечего. Не пущу ее. Чует мое сердце, беда будет.
– Будет, если она здесь останется. Помнишь, что три дня назад случилось?
Мать испуганно всхлипнула.
– Вот то-то же. Лихо давно здесь гнездо свило: в городе, не в лесу. И кошки все передохли от этого. Я тебе так скажу, пусть девочка в лесу бурю переждет. Я хорошо ее обучил. Не пропадет.
– Лучше бы ты ее в школу при церкви отправил.
– Зачем? Она и так грамоту лучше тех учителей знает. Из книжной лавки ее за уши не вытянешь. Михасю бедному хуже горькой редьки надоела с просьбами книги одолжить.
Девочка за дверью встрепенулась и проверила что-то у себя за пазухой.
– Тогда пусть ее молитвам правильным научат, а она нас. Станем Единого-милостивого просить, чтоб лихо нас стороной обошло.
– Какая ж ты глупая, Зофьюшка, - цыкнул отец.
– Единый этот только данью облагать может,
– Гед, ну что ты несешь? Совсем белены объелся, колдун старый!
– Да какой я тебе колдун? И вовсе я не старый!
– Колдун! Все Дрисвяты говорят, что ты ворожбой зверя на охоте приманиваешь и с нечистиками якшаешься не хуже Ялинки покойной. Вон и девочку нашу ни за что ни про что ведьмой величать стали.
– Какая ведьма?!
– зарычал словно дворовый пес отец.
– Обычная она совершенно. Такая, как все.
– Думаешь, я не знаю? Я ее мать, как-никак. Да только народ наш не переспоришь.
– Да ну их к нечистикам поганым, - зло сплюнул отец и повернулся к двери.
– Времени нет совсем. Герда, домой иди. Что ты там возишься?
Она послушно поднялась и с большим плетеным лукошком наперевес вошла в дом, полностью одетая и готовая отправиться в лес за брусникой. Заискивающе улыбнулась матери, обняла за талию и посмотрела лучистыми серыми глазами, прекрасно зная, что перед таким взглядом никто из взрослых устоять не мог:
– Все будет хорошо. В лесу совсем не страшно. Я там ягод соберу много-много, целое лукошко! Мы потом с ними пирогов напечем, варенье сварим, и еще на компот останется.
От ласковых слов мать расчувствовалась и прижала ее к себе.
– Ладно, так уж и быть. Только вернись засветло.
Герда радостно захлопала в ладоши.
– Конечно, вернется и целое лукошко наберет, - отец отобрал у нее корзинку, отвернул лежавший на дне платок и достал оттуда потертую книгу: - Только вот без этого.
Герда насупилась, но как только ступила за порог вместе с отцом, тут же про обиду забыла.
– Помнишь, чему я тебя учил? Держись по солнцу и по тому, с какой стороны растет мох на деревьях. Да метки почаще оставляй. В дрыгву не лезь. За зверьем не гоняйся. И ни в коем случае не теряй стежку из вида, - наставлял отец, провожая Герду до самой опушки.
– Да, папа, - отвечала она.
– Не переживай так, а то ты хуже мамы становишься.
– Не прекословь, а слушай меня. Или в лес больше не пойдешь.
Герда кивнула, и отец продолжил поучать:
– Людям на глаза не показывайся, особенно чужим. Помнишь, что с Марыйкой Красной Хустинкой случилось?
– Ее проглотил варг, - что-что, а сказки она никогда мимо ушей не пропускала.
– А почему он это сделал?
– Потому что она не послушала взрослых и заговорила с ним.
– Правильно. А ты будь умнее. И ни с кем, слышишь, ни с кем не разговаривай.
– Даже с охотником, который разрубил варга пополам и спас Марыйку?
– Никаких охотников!
– Даже с рыцарем, который победил трехголового цмока?
– Никаких рыцарей!
– Даже со Стражем?
– Стражей не существует, - отец рявкнул так, что Герда вздрогнула от страха.
– Ступай. И умоляю, не читай там своих книг. Будь внимательна.
– Да, папа, - отмахнулась она.
Отец безнадежно покачал головой и, вскочив на коня, которого до этого вел в поводу, помчался в сторону соседнего села. Как только он скрылся из виду, Герда, напевая под нос веселую песенку, вприпрыжку побежала по узкой лесной стежке.