Северная долина
Шрифт:
– Спасибо… – задумчиво глянула на него Кора, – а вы знаете все тайны? И герцога?
– Возможно. Но не всеми могу поделиться. – поосторожничал маг.
– Почему он выбрал Эниль… пять лет назад? Не знаете?
– А для чего вам это знать? – удивился Ирджин, и тут же поправился, – Но во всех случаях лучше спросить его самого.
– Она тогда сбежала из дома… – горько усмехнулась Кора, – в стареньком платье служанки. Матушка ее искала… ездила в монастырь… но встретиться с ней так и не смогла. А наш дом превратился в тюрьму для прокаженных… отец нанял охрану, ни с кем из нас не разговаривал и никуда не выпускал. К нам тоже никого не пускали, даже учителей и подруг.
– А вы её осуждали? Лейду Энильду?
– За что?! – горько усмехнулась Кора, – Мы пытались понять, что такое было в том письме, которое она унесла с собой, не взяв при этом даже любимые сережки. Чем можно так испугать девушку, спокойствие и уступчивость которой мне всегда ставили в пример?
– Я знаю лишь, – поскромничал Ирджин, – что в том была вина начальника канцелярии. Он не понял, или не захотел понять приказ наследника… и забыл о нем, переложив отправку приглашения на самого неподходящего писаря. Но Дарвел с женой в этом уже разобрались, и чиновник вылетел из замка, потеряв и пенсию и статус. И мне очень жаль… что за это ваш отец наказывал вас.
– Он не наказывал их… – всхлипнула Фаиния, – они просто неверно всё поняли… Коре было только пятнадцать… Лиате тринадцать… Гроз боялся, что на девочек посыплются насмешки и грязные намеки… люди ведь бывают так несправедливы и жестоки. Я просила его продать дом и купить небольшое поместье… чтобы пожить уединенно, пока все забудется, но он рассердился на меня и сказал, что Гранеризы не отступают перед трудностями.
– Какие подробности узнаешь иногда о своей жизни, – изумленно подняла красиво изломанную бровь Лиатана, – а почему нам ничего не объяснили?
– Отец считал вас слишком маленькими и нежными для подобных объяснений. Он опасался, что в потере уважения знакомых и соседей вы начнете обвинять Эниль. Нас ведь и в самом деле какое-то время никуда не приглашали. Но слухи так и не пошли, замок хранил молчание, словно ничего не произошло, и многие начали сомневаться в существовании того письма. Начали поговаривать, будто на самом деле его не было, это Гроз все придумал, чтобы получить скидку на налоги… или еще что-нибудь в этом роде. Ваш отец никому ничего не доказывал… Гранеризы выше таких сплетен.
– И все же мы имели право знать, за что он так на нас злится, – помолчав, хмуро заявила Кора. – И если он не сердился на Эни, то за что лишил её приданого?
– Да ничего он не лишал! – горячо возмутилась ее матушка. – Наоборот, добавил всем вам ещё по пятнадцать тысяч.
– Это мы знаем… – отложила книгу Лиатана, – но считали, что отец просто разделил между нами приданое Эниль. Откуда-то же взялись эти деньги?
– Гроз взял большой выгодный заказ и получил под него аванс. И весь отправил на ваши личные счета. С них никто не может снять деньги, только вы сами, после замужества или по достижении двадцати четырёх лет. Считается, что в этом возрасте девушка уже может сама разумно распорядиться своим капиталом. – устало пояснила Фаиния.
– А как же он исполнял заказ? – заподозрил истину Ирджин.
– На это уходила прибыль от давно налаженного производства мелких приспособлений, – нехотя призналась лейда, – хотя пришлось немного экономить… но он справился.
– И теперь на счетах каждой из ваших дочерей лежит по сорок пять тысяч, если я не ошибаюсь? – продолжал допрос маг.
– Почти по пятьдесят, – поправила она, – банк платит проценты. Гроз специально положил деньги заранее, чтобы приданое было повесомее.
– Но ведь это очень солидное приданое…
– Компаньонкой вдовы отставного коменданта заставы, – сухо сообщила Кора. Посмотрела на озадаченного мага и с усмешкой добила, – Больше никто не брал без рекомендации, после того, как я оставила место бонны трех сыновей торговца рыбой.
– Происки лешего… ахнула ее мать, – но как ты туда-то попала?
– По контракту. – хмуро усмехнулась девушка, и нехотя пояснила, – Уйдя из дома я поехала в монастырь и попросила помощи у лейды Вильдинии. Она предлагала мне жить в обители… но я помнила, что там вы можете меня найти и отказалась. Тогда она отдала мне все заявки на услуги порядочных лейд и позволила выбрать. Вот я и сочла самым подходящим занятием присмотр за тремя погодками. Но не обратила внимания, что им уже от восьми до десяти и их нужно учить письму, счету, правилам поведения, аккуратности и многому другому. Заодно следить за их одеждой, обувью и питанием. И никто не мог знать заранее, что это не дети, а банда сорвиголов, вовсе не желающая ничему учиться. В первые дни они меня постоянно запирали и «теряли» ключи. То в умывальне, то в прачечной, то в чулане… даже в одежном шкафу. Сначала я ждала помощи молча… но просидев однажды на кухне в каморке для дров всю ночь, стала постоянно носить на шее охотничий рожок хозяина. И начинала дудеть, едва обнаружив себя в ловушке. Он приходил, освобождал, делал выговор и срезал жалованье. А когда я не выдержала и ушла, хозяин еще и требовал с монастыря неустойку. Не знаю, как решила этот вопрос лейда Вильдиния. Новую службу я искала по объявлениям, развешенным на рыночной площади.
– Но отчего же не вернулась домой? – с состраданием смотрела на нее мать.
– Потому что слышала… как отец торговался с тем подлецом за мое приданое… оспаривал буквально каждую сотню золотых, – мрачно глянула на нее беглая дочь.
– Да знаю я, что ты подслушивала! – Всплеснула руками её матушка, – на то Гроз и рассчитывал… на твою нетерпеливость и любопытность!
– Матушка… – повернувшись к спутницам, испытующе уставилась на Фаинию младшая лейда, – раз уж мы дошли до таких откровений… то нельзя ли поподробнее… ради чего отцу нужно было, чтобы Кора услышала этот некрасивый торг?
– Да чтобы она поняла, – снова взмахнула та руками в привычном жесте, – за какого подлеца собралась замуж! Отец ведь был о нём наслышан… уже двух жен пустил по миру и принудил к разводу. И снова искал наивную невесту с приданым.
– Да я и не рвалась! – внезапно вспыхнула праведным возмущением Кора, – он мне нисколько не нравился! И я надеялась, что отец сразу откажет! А он начал торговаться… что мне оставалось делать?!
– Но как же… – растерянно уронила руки лейда Фаиния, – он сказал… что у вас все слажено…
– Грязный лжец… – с ненавистью прошипела девушка и отвернулась к окну, а ее матушка закрыла лицо руками и тихо, безнадежно заплакала.
– Лейда Фаиния… – маг поспешно протянул руку и прикоснулся к ее плечу, – не нужно так расстраиваться… лучше подремлите, вам это сейчас полезнее.
– Угу… – покорно согласилась она, достала платочек, промокнула глаза и, подложив под плечо подушечку, отвернулась к окну.
Через несколько мгновений голова немолодой лейды обессиленно склонилась, глаза закрылись, а дыханье стало тихим и ровным. Ирджин достал легкий плед, набросил на женщину, и вернулся на свое место.