Северная буря
Шрифт:
— Приготовь мне баню, Дев, пока я ищу знамения, связанные с нашим возвращением. Пошли кого-нибудь передать моей госпоже Итрак, что я вскоре загляну к ней. Узнай, не обедаем ли мы с Рекхой Дэйш. Да, и отнеси обереги, которые мы собрали по пути в обсерваторию.
Стараясь не замечать неуверенных взглядов, которыми обменивались меж собой рабы, он направился в башню, одетый лишь в поношенные и помятые штаны.
Конечно, я мог просто раздеться донага и кинуться в море. Нет, лучше не пренебрегать приличиями, роняя величие военного вождя. На меня всегда смотрит много глаз.
Нижний этаж обсерватории представлял собой обширный круглый зал. Башня вздымалась как белый столб, на самом верхнем уровне открытый небу. Кейда толкнул дверь и, даже не взглянув на арки, ведущие в большие полукруглые помещения по обе стороны, стал подниматься по витой лестнице в середине башни.
Кейду не требовалось читать возвышенные слова, тянущиеся вдоль деревянных перил, как по свитку. Излагалась мудрость поколений в толковании знаков внутри каждой дуги земного и небесного кругов. С суровым лицом он повернулся к востоку.
Примечательно, что обычай предписывает сперва глядеть в дугу брака. А я скоро сяду за обед с бывшей, несомненно, рассерженной женой и с нынешней, похоже, все еще негодующей из-за того, что ей навязан брак со мной.
Небо на востоке оставалось безнадежно немым. Кейда опустил взгляд на тронутое лавандовым цветом море. Ничего. Ни птиц в полете, ни ряби, бегущей против течения вод. Ничто не обозначено на белом песке отдаленного нагого рифа или на узком берегу острова с обсерваторией.
Но всегда есть какое-то знамение. Так говорил тебе Дэйш Рейк. Просто должно хватать ума его заметить, а также искусства прочитать. Или ты все еще осквернен магией и не способен замечать знаки, которые связывают тебя с прошлым и будущим?
Кейда нетерпеливо развернулся, обозревая горизонт. Садящееся солнце ослепило его. Вождь невольно поднял руку, прикрывая глаза.
Вот место, где мне положено читать небо. Звезды нового года, самые яркие на небесах, восходят как раз на закате. Здесь покажется наше будущее: мое и этого владения. Ибо наше будущее отныне едино, не так ли? Ну а раз уж невозможно это сделать, пока солнце не село, что еще ты можешь узнать по небесам?
Он медленно обернулся, чтобы поглядеть на темнеющий восток. Пусть даже вещие созвездия едва виднелись, он в точности знал, где они расположены. Лишь миг ушел на то, чтобы прикинуть, где появятся, когда сгустится ночной мрак, трепещущие самоцветы, что украшают небеса.
Ничего не видать в дуге, что правит браком, за звездами Ястреба Йора, который означает близость соперников. Но тут и небеса не нужны, чтобы сказать мне об этом. А чего я не вижу, так это хоть какой-то подсказки, что меня ожидает при встрече с Итрак и с Рекхой.
Такой неопределенности
Внезапно Кейда отвернулся, чтобы изучить дугу напротив слабого серпа Малой Луны и туманного Аметиста.
Мне бы следовало и прежде искать знаки властителей. В этом небе имеются могучие соединения для всех, кто правит. Очень скоро здесь засветится Алмаз, камень ясности души, берегущий от развращенности, оберег для всех предводителей. Он восходит к дуге богатства: и земного, осязаемого, и того неуловимого, ценимого мудрыми: мира, здоровья и доброй воли. Здесь также должен двигаться Сапфир: самый медленный из небесных самоцветов, терпеливый советник, напоминающий, как важно довериться чутью.
Что означают эти камни вместе с корчащимися звездами Морского Змея? Это знак загадок, скрытых сил и тайн, что раскроются в свое время. Не это ли мне следует делать: жить, не мудрствуя, и ценить то, что имею, надеясь, что все обернется к лучшему?
Волоски на загривке вождя встали торчком, когда прохладный ветер пронесся по спине.
Но в небе еще и призывы к действию. Большая Луна, Опал, несущая гармонию и правду, сияет близ Мотыги, как напоминание, что человек должен усердно возделывать землю, которая питает нас всех. Созвездие и камень, оба в дуге странствий. Сюда ли привело меня мое путешествие, дабы трудиться на будущее Чейзена?
А что в дуге долга? Рубин призывает к отваге и сияет среди звезд Копья, и оно напоминает, что все мы, а я прежде всех, — правители, и должны решительно встречать любой вызов. Рубин хранит от огня. А вот Изумруд, камень для тех, кто берется за оружие, чтобы обеспечить мир. Топаз, который в течение года пересекает одну за другой каждую из дуг небесных, перейдет в дугу врагов, завтра, когда взойдут новые звезды. Топаз, друг тех, кто взыскует мудрости. Моя дорога ясна, верно? Начнем новый год с отплытия на запад, дабы положить конец захватчикам раз и навсегда.
Кейда оглядел золотые знаки на черных плитах под ногами. Черта, соединявшая Изумруд, Рубин, Алмаз и Сапфир, отрезала треть круга.
Последний из углов треугольника должен предложить могучий знак в дуге, правящей честью и жаждой преуспевания. Какие там звезды? Дерево Кантиры, символ смерти и возрождения, семена которого требуют огня, который должен истребить родителя, прежде чем они смогут прорасти. Так можешь ли ты теперь сомневаться, что Чейзен — это владение, где лежит твое будущее, где ты должен проявить себя как мужчина и военный вождь? Почему столь неоспоримое свидетельство не приносит облегчения, но лишь умножает чувство тягостного бремени?