Севера. Часть 2
Шрифт:
– Турците, тако. Дойде на ски, на обед. Търси лекар искаха да вземат със себе.
– Искали врача? У вас есть врач?
– Ето го, Димитр Гойков.
Болгарин показал на лежащего человека.
– А вы, значит, не захотели идти к туркам и решили убежать? А куда шли?
Петер смутился. Михайленко принялся его расспрашивать: мало ли, вдруг здесь где-нибудь есть тайное поселение или убежище, наподобие македонского. И тут выяснилось, что шли болгары, в общем-то, наобум. Раз турки пришли снизу, то беглецы двинулись вверх по течению. Албанцев не боялись, потому что раз они перестали наезживать, значит, нашелся кто-то сильнее их. Про другие поселки
– Как он, Коля? – спросил Михайленко.
– Две изрядные рваные раны, на боку и на бедре, большая кровопотеря, но ничего жизненно важного не задето. Повреждена рука, возможно, перелом. Пока не трогал, нужен лубок. К врачу бы его, чтобы зашить все профессионально. А то я просто оторванные куски обратно приложил, благо, были не до конца откушены, да забинтовал. Хорошо бы в тепло его, а то кто знает – окочурится еще.
Позволить такому сверхценному специалисту вот так запросто загнуться было просто недопустимо. Требовалось немедленное решение.
– Петер, сколько турок в поселке?
– Четири човека.
– Какое у них оружие?
– Трима от пушка, една картечница
Пулемет – это плохо, это чревато потерями.
– А что они сейчас делают?
– В къщата греются.
Теплолюбивые турки пришли в поселок и засели в дом погреться? Это давало шанс. Не слишком большой, но если бы местные жители поспособствовали, то могло получиться и, может даже, без стрельбы. Но вот что делать с врачом? Рисковать везти его к туркам? А какие есть варианты? Македонцы ненадежны, да и разговор с ними жесткий вышел. Обидятся, да выкинут назло что-нибудь ухоотмораживающее. Киприоты далеко, тогда уж сразу везти на албанскую базу, туда, если что, и помощь из крепости вызвать можно. Но, опять же, четыре часа дороги, да и в сопровождение выделить некого. Случись что – и проблемы сразу утроятся. Когда они соберутся назад еще неизвестно, возможно, только утром. Да и велик шанс не довезти, выйдет, как у Островского: «не доставайся же ты никому».
– Далеко до вашего поселка? – уточнил Михайленко у Петера.
– На шест километра.
– Поедем туда.
– А как турците?
– С турками мы разберемся.
Да уж, легко сказать – разберемся. Теперь нужно решить, как это сделать, а, значит, нужна разведка. Если гнать на снегоходах, турки наверняка услышат. Услышат, выйдут из дома, приготовятся, и смогут диктовать условия. Нет, это не годится. Скрытность и внезапность – вот их козыри в предстоящем бою. Нужно незаметно подобраться вплотную, взять их на мушку, а лучше и вовсе ствол к башке приставить, тогда и торговаться. А что это болгарин морщится да руку бережет?
– Петер, что у тебя с рукой?
– Черепина, то не е важно.
– Царапина, говоришь? Ну-ка дай посмотреть!
Левая рука болгарина не была прокушена, толстый ватник защитил, но на коже глубоко отпечатались волчьи зубы, и все предплечье на глазах опухало и наливалось синим. Да, он теперь не боец.
– Хорошо тебя цапнули, ничего не скажешь. На лыжах идти сможешь?
– Да.
Что ж, за проводника пойдет.
– А это кто?
Михайленко кивнул на третьего, до сих пор стоявшего поодаль.
– Това е моят син, Тодор.
Петер махнул парню, и тот, хромая подошел.
– Что с ногой?
– Ухапан
Еще один не боец, и даже проводником быть не сможет. Придется его здесь оставлять. А кого с собой? Либо Юру с его любимым луком, либо кого-то из сержантов с пулеметом. Наверное, все же, сержанта. В случае чего, хоть даст продержаться до подхода остальных. А, может, обоих?
– Тодор, на снегоходе ехать сможешь?
Парень кивнул.
– Тогда сядешь вон на тот, повезешь доктора. Андрей!
Подбежал один из молодых бойцов.
– У тебя ведь груз по объему меньше всех?
– Так точно.
– Значит, вот что: сейчас частично раскидываешь барахло на другие волокуши, так, чтобы освободилось место для раненого. И оборудуешь лежанку, чтобы доктор не замерз, и при движении не скатился. Укладываешь человека, ставишь машину в хвост колонны и вместе с остальными ждешь сигнала. Снегоход поведет Тодор, а ты сядешь на второй с головы.
– Есть!
– А ты, Юра…
Молодой поднял голову, внимая начальству.
– Ты пойдешь на лыжах по кромке леса. Бинокль у тебя есть, посмотри на предмет дозора на повороте перед поселком. Результат доложишь.
Теперь – общая задача:
– Всем остальным: я с Мазуриным и с Петером иду в поселок, вы ждете сигнала по рации. Если услышите хоть один выстрел, даете полный газ и летите туда же. Задача всем ясна? Тогда вперед!
Идти на широких охотничьих лыжах, да по рыхлому снегу, да без тренировки – это совсем не то же самое, что нестись на пластиковых беговых «фишерах» по твердой укатанной лыжне. Скорость вполне сравнима со скоростью пешего человека. Но тут были весомые резоны поторопиться, так что все трое старались изо всех сил. Сделали крюк через лес, чтобы не светиться издалека на белом фоне. Как-то изначально не подумали о маскхалатах, а сейчас они бы очень даже пригодились. Еще через десять минут сбавили скорость, восстановили дыхание и тихо, крадучись и пригибаясь, вышли на кромку леса у болгарского поселка. Дом, в котором грелись незваные гости, был виден сразу – рядом с ним стоял часовой. Вообще-то, одно это свидетельствовало о головотяпстве старшего. Собственно, Юру можно было отзывать, но пусть уж он проверит до конца. В таких вещах полезнее знать, а не догадываться. И Михайленко принялся изучать часового.
Турок был добротно экипирован по сезону. Теплая камуфлированная куртка, такие же штаны, берцы, шерстяная шапка. За спиной торчал ствол винтовки. Часовой, как по заказу, повернулся, давая рассмотреть оружие: древний «маузер» 1903 года. Ну да, турки перед первой мировой закупили большую партию немецких винтовок, видать, потому они им и достались. На поясе – открытая кобура, из которой виднелась рубчатая рукоять револьвера. Скорее всего, тех же времен. Помнится, вместе с винтовками были закуплены и британские револьверы. Какое-то время караульный топтался у дверей в дом, затем с видимой неохотой двинулся обходить его кругом.
– Петер, нам нужно знать текущее положение дел. Ты бы сходил, спросил у своих.
Болгарин кивнул и, выждав, когда часовой отправится в очередной обход, перебежал к ближайшему дому. Пока его не было, доложился Юра. Поленились турки, на излучине пост не выставили. Что ж, это к лучшему. Хороший выйдет сюрприз. Надо только отдать приказы.
– Юра, меня видишь?
– Вижу.
– Тогда двигайся ко мне, только лесом, не светись.
– Хорошо.
Вот так, коротко и по делу, без обычного гражданского многословия. Все-таки, хорошо его якут учит. И снова в рацию: