Север помнит
Шрифт:
У Сансы плохо получалось есть со связанными руками. Жирный, полуобгоревший кусок бельчатины выглядел не слишком аппетитно, но она была так голодна, что не обращала на это внимания. Но при словах сира Шадрика весь аппетит вдруг пропал. Он не лжет. Это было очень похоже на Мизинца.
– Это… не Арья? – наконец спросила она. – Но тогда… кто?
– Какая разница? – сир Шадрик пожал плечами. – Дочка какого-то стюарда, так он сказал. Мелкая сошка. Неудивительно, что Рамси Болтон так расстроился.
Дочка какого-то стюарда. Сердце Сансы сжалось в тугой комок.
Моя подруга. Мизинец сделал это с моей подругой. Сансу едва не стошнило. Он и со мной мог так поступить, если бы я не была знатного рода. Если бы мои братья были живы… он просто забрал бы меня себе, ему не нужно было бы придумывать все эти козни и заговоры. Она живо вспомнила, что Петир сказал тете Лизе, прежде чем толкнуть ее в Лунную Дверь: он всегда любил лишь одну женщину – Кейтилин Талли. А я очень похожа на мою леди-мать.
Тошнота подкатила к горлу. Санса поняла, что, несмотря на голод, ее вырвет, если она откусит хоть кусочек. Поэтому она неловко отшвырнула кусок белки в грязь.
Сир Шадрик зыркнул на нее.
– Выбрасываешь еду? Очень глупо. Никогда не знаешь, удастся ли завтра поесть. Ешь давай.
– Нет. – Санса приняла решение. Она заморит себя голодом до смерти, но не позволит сиру Шадрику, Рамси Болтону, Петиру Бейлишу или Гарри Наследнику относиться к ней как к добыче. По крайней мере, это решение она приняла самостоятельно.
Лицо Бешеной Мыши исказилось от ярости.
– Я сказал, ешь.
– Нет.
Сир Шадрик пожал плечами. Несколько долгих ледяных мгновений они с Сансой смотрели друг на друга. Наконец он отвел взгляд, и она выдохнула. И тут он бросился на нее с быстротой змеи.
Она даже не успела уклониться. Сир Шадрик дважды сильно ударил ее, заломил связанные руки за голову и швырнул ее в грязь. Он навалился на нее, прижав к земле, одной рукой ударил по лицу, выбив дыхание, а другой запихнул кусок белки прямо ей в горло.
– ЕШЬ!
Санса отчаянно вырывалась, пытаясь вдохнуть, но он наваливался на нее всем телом, гибкий и сильный, как угорь. Перед глазами плыли красные пятна, ее тошнило, она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Всхлипывая, она все-таки оторвала зубами кусочек жесткого сырого мяса и проглотила. Еда тут же пошла обратно, но ей удалось удержаться от рвоты.
– Так-то лучше. – сир Шадрик вынул кусок у нее изо рта, и ей удалось наконец вдохнуть. – Давай еще раз.
– Он снова ткнул куском мяса ей в лицо.
– Нет! – Санса с трудом могла говорить;
– Передумала? – Он выпустил кусок, но остался лежать на ней, прижав локти к ее плечам. – Я знал, что ты меня послушаешься. Но я тут вот что подумал. Сдается мне, несправедливо терпеть всякие лишения, чтобы отвезти тебя на Север, не получив небольшой награды. Я не собираюсь на тебе жениться, но что-то я ни разу не слышал, чтобы мужчину это остановило. В конце концов, ублюдков не в капусте находят. – Он ухмыльнулся.
Сначала Санса не поняла, что он имеет в виду. Но потом до нее дошло, и ей стало ясно, что нужно действовать. Сейчас или никогда.
Сир Шадрик достал нож, разрезал на ней корсет, и стылый ночной воздух кольнул ее обнаженную кожу. Не думай об этом, не думай об этом. Ее и раньше раздевали, да еще перед всем двором в Королевской Гавани, не то что перед листьями и совами. Возясь с завязками бриджей, он весело шепнул ей на ухо:
– Ничего, что я тебя слегка подпорчу. Говорят, лорд Рамси таких любит. И не говори мне, что лорд Бейлиш не пробовал твою щелку. Все видели, как он на тебя смотрит.
– Он подсунул под нее руку и резко приподнял. – А теперь лежи тихо как пай-девочка, и больно не будет.
Он тяжело дышал от возбуждения.
– Надо же, даже не сопротивляется. Ты, потаскушка, с самого начала надеялась, что я с тобой это сделаю. Каждая девица мечтает, чтобы ее увез и отымел прекрасный рыцарь-спаситель? Да, шлюшка, у тебя в голове только глупые мечты, и сейчас я исполню одну из них…
«Нет», - подумала Санса. – «Ни за что».
Сир Шадрик спустил бриджи до колен и свободной рукой шарил у нее под юбкой. Он уже не держал ее за связанные руки, и ей удалось потихоньку опустить их. Рядом лежал его нож. Ее пальцы сомкнулись на рукоятке. Нельзя терять ни секунды.
Она повернулась на бок, увлекая сира Шадрика за собой. Он пробормотал что-то и схватил ее за волосы, дернув так, что чуть не содрал с нее скальп. Он лежал между ее ног, но она даже не замечала, ей было все равно. Важен был только нож, и теперь он был у нее в руках.
Санса видела деревья, небо, звезды, красное злобное лицо сира Шадрика. Она крепко ухватила нож. Веревка на запястьях резала до крови, но это было неважно. Неуклюже, но очень спокойно она занесла клинок и ударила сира Шадрика в шею.
Он дернулся. На его лице вместо жадной похоти изобразилась изумленная ярость. Ей не удалось сильно поранить его; кожа оказалась толще, чем она ожидала, и нужно без колебаний ударить еще раз, чтобы пробить ее. Нож был все еще у Сансы в руке, и у нее было лишь несколько мгновений, прежде чем сир Шадрик отшвырнет ее и схватится за меч. Ничего, что я тебя слегка подпорчу. Говорят, лорд Рамси таких любит.
На этот раз в ее ударе воплотилась вся ярость от предательства, насилия, заточения, запугивания, убийств и лжи. Я северянка. А Север помнит. Санса вонзила нож сиру Шадрику прямо в яремную вену, так что кровь фонтаном хлынула у него из шеи.