Север помнит
Шрифт:
Джон, кажется, понял, что не стоит испытывать удачу, и больше не сказал ни слова. Вель слышала только звук своего прерывистого дыхания, – а его дыхания не было вовсе, - и вдруг поняла, что не знает, сколько времени прошло. Приглушенный голубой свет начал темнеть – видимо, дело к ночи. Но это не имеет значения. Ничто больше не имеет значения. Вся ее жизнь случилась как будто не с ней, а теперь с ее глаз спала пелена.
Джон, видно, почувствовал, как она судорожно выдохнула, выпустив из себя гнев, словно вино из проколотого меха. Его плечи дрогнули,
– Так ты расскажешь мне про Джейни? – тихо спросил он.
– Не хочу, - хрипло ответила Вель. – Она тебе не сестра… - Что он имел в виду, когда сказал, что лорд Эддард ему не отец? Что с ним произошло, что такое он узнал? – Но она выстрадала столько, что твоей сестре и не снилось. Кстати, ее спас не Манс. Это сделал Теон Перевертыш.
У Джона был такой вид, будто она ударила его по лицу.
– Этот… этот говнюк? Этот убийца? Он еще жив? Может, он и не убил моих… не убил Брана и Рикона, но у него меньше чести, чем у тенна…
– Не знаю. – Вель с удивлением отметила в словах Джона еще одну странность. Бран и Рикон Старки давным-давно убиты кальмарами, все на Севере знают об этом. Поэтому она понимала, почему Джон так удивился, что убийца его братьев вдруг совершил такой опасный и самоотверженный поступок. Но если нет… Вель вдруг подумала – может, то, что она считала истиной, на самом деле ложь? Судя по всему, так и есть.
– Я пытался расспросить ее, - сказал Джон, - но она слишком боится меня. Поэтому я…
– Ничего удивительного. Она скорее язык проглотит, чем заговорит с каким-нибудь мужчиной, кроме твоего повара. Тебя и так все боятся, хотя их не насиловал и не мучил Рамси Болтон. Медве… Алисанна Мормонт присматривала за ней, до того как пришли упыри… - Тяжело было вспоминать о Медведице. – Она сказала, не стоит винить Джейни за то, что она не Арья. Думаю, тебе стоит последовать ее совету.
– Я не виню ее, - сказал Джон, как будто задетый за живое. – Но раз Алисанна погибла, может быть, ты согласишься…
– Ваше величество!
Этот окрик неприятно удивил их обоих. От отвращения Вель затошнило, и дурнота только усиливалась, пока красная женщина плавно поднималась по разломанным ступеням. Алые рукава ее одеяния, словно кровоточащие раны, пятнали сгущающиеся сумерки. Жрица остановила на них взгляд своих красных глаз; заметив, что они стоят близко-близко друг к другу и что Джон все еще кутает Вель в свой плащ, она слабо улыбнулась и покачала головой.
– Ваше величество, - обратилась она к Джону. – А я вас ищу.
– Вы нашли меня. – Джон не шевельнулся. – Ваше пламя вам не помогло?
– Мое пламя очень помогло мне. Именно поэтому я и искала вас. – Мелисандра легко, словно танцовщица, преодолела последнюю груду камней и остановилась так близко, что Вель почувствовала жар ее тела. В других обстоятельствах она бы обрадовалась этому, но холод, исходящий от Джона, был ей дороже, чем тепло Мелисандры. – Я хочу дать вам совет, предупредить вас. А что касается принцессы… - Жрица мельком взглянула на Вель и тут
У Вель не было уверенности, что Мелисандра добивалась именно этого, но Джон тут же отошел от нее.
– Да, вы говорили мне, что только смертью можно заплатить за жизнь, - сказал он с непривычной для него резкостью. – Тогда вы вонзили свой клинок в моего волка.
– Смерть Призрака была необходима. – Мелисандра пожала плечами. – Я не могла сама завершить жертвоприношение и возродить вас, даже с помощью его крови, но я сделала все, что в моих силах, в надежде на такой исход. Дети Леса, демоны и тени, которые говорили с вами в богороще, могут считать, что это они воскресили вас, но на самом деле право даровать жизнь или смерть принадлежит лишь Рглору. Вы – воплощение бога на земле, ваше величество, законный наследник Семи Королевств. Идите и возьмите то, что принадлежит вам, и Великий Иной наконец будет повержен.
Джон снова вздрогнул.
– Да, в прошлый раз вы предложили мне этот выбор. Захватить Винтерфелл и уничтожить богов моей семьи. Убив Призрака, вы, должно быть, надеялись убить во мне северную кровь, ту часть меня, которая была варгом и Старком, чтобы я без колебаний сделал то, что вам нужно. Что ж, миледи, у вас, как всегда, не вышло.
– Вы так думаете? – Мелисандра оставалась невозмутимой. – Это пока еще не известно, но если мы проиграем битву, это будет уже не важно. Ваше величество, в пламени мне открылась важная истина. Наконец я увидела, где находится истинный Красный Меч Героев… и дракон.
Воцарилась напряженная, потрескивающая тишина. Наконец Джон заговорил:
– Как вы смеете? – Он резко повернулся и посмотрел на нее сверху вниз. В сумерках казалось, что он стал еще выше и страшнее. – Вы совершали ошибку за ошибкой, плели обман за обманом. Станнис доверился вам, а вы привели его на край света навстречу войне и зиме. Теперь вы хотите так же поступить и со мной? Отправить меня на поиски мифов и теней, в то время как враг в любой момент может напасть? Сколько раз вы говорили, что видели мою сестру, миледи? Сколько раз? Я не держу зла на Алис Карстарк и Джейни Пуль, но они – живое доказательство того, что вы ошибались. С меня довольно ваших фантазий и пророчеств. Дайте мне все, что обещали, или уезжайте обратно в Асшай. Если ваши собратья по вере примут вас.
– У вашего величества есть причина для негодования. – Рубин Мелисандры пульсировал, сияя, словно звезда. – Да, я была со Станнисом, я считала его Принцем, который был обещан. Неудивительно, что я не видела то, что было у меня перед глазами, не смогла разобраться в тонкостях. Конечно, я совершила множество ошибок. Но теперь, когда я знаю, кто вы на самом деле, с моих глаз спала пелена. Мои видения стали ярче и яснее. Теперь я не лгу. Моя верность принадлежит вам и вашему делу.
– И делу Рглора?