Шрифт:
Север Москвы
Астра перестала расти.
Мы поняли это, когда забронзовели горгульи на ее аркбутанах.
Так изменялись дома. Вначале выбрасывали побеги из скверного бетона: сталактиты, полуколонны, которые крошились под пальцами. Спустя пару дней материал перерождался, становился прочней и надежней — гранит, кирпич, кафель, мрамор... Металлы внутри конструкций формировались долго: неделями, иногда месяцами. Если дому хотелось, он мог остановиться на стали и титане. Дольше всего
Астра росла очень долго. Сказать по правде, мы уже не верили, что она однажды выберет себе какой-то определенный облик. Она стала похожей на десятки и сотни слепленных вместе готических соборов. Каждый день она меняла украшения, наряжалась в башенки и шпили, галереи и витражи. За одну ночь в ней могли появиться несколько внутренних двориков с фонтанами и скульптурами, и так же за одну ночь исчезнуть... И все-таки она остановилась. Вырастила себе бронзовых горгулий и покрыла инкрустациями косоуры высоких лестниц.
То, что было деловым центром «Золотая Астра», поглотило десятки кварталов, перехлестнуло Москва-реку и слилось с Киевским вокзалом, теперь — таким же сумрачным, запутанным и вычурным многокилометровым зданием с ажурными мостами и широко раскинутыми крыльями флигелей.
Наталья позвонила мне на работу около пяти. Я выходила налить кофе и чуть не пропустила звонок.
— Вика, — сказала она, — скорей собирайся. Я нашла тебе квартиру.
В первый миг я не поверила ушам. То есть я знала, что Наталья умеет решать проблемы и что она держит слово. Она обещала, что постарается мне помочь. Но я не рассчитывала, что у нее получится. Затея-то была почти безнадежная. Поэтому я изумленно спросила:
— Правда? Дом согласен? Где?
— Тебе очень удобно, — сказала Наталья со сдержанной гордостью. — Это Веденино. До станции десять минут пешком, потом полчаса на электричке — и ты на Киевском. Дом, правда, хрущевка, почти не переродился, только мхом оброс. Но очень хороший, добрый дом, и он согласен сдавать квартиры. Вообще место хорошее. Я сейчас тут на крыльце стою.
Меня просто подбросило от радости. Я выскочила из-за стола и запрыгала по комнате, прижимая телефон к уху.
— Ура-ура! — орала я. — Наташка, ты герой! Ты меня спасла! Ты офигенная!
Наталья хрипловато смеялась в трубке. Леша-программист оторвался от монитора и показал мне два больших пальца. Катя улыбнулась.
— Слушай, это потрясающе! — я торопливо полезла под стол и начала запихивать вещи в рюкзак. Руки у меня дрожали от волнения. — Спасибо тебе огромное. Диктуй адрес.
— Поселок городского типа Веденино, улица Ленина, дом шестнадцать, второй подъезд. Там по прямой от станции, посмотри на карте.
Я уже вбивала адрес в поисковую строку.
— Ага, вижу.
— Я тебя на платформе
— В смысле? — опешила я. — Какие нюансы?
— Это не телефонный разговор. Давай сюда скорее. Не успеешь на шестичасовую — мне тут лишний час куковать придется. А успеешь — заодно и посидим где-нибудь. Давно не виделись.
Она говорила подчеркнуто ровно и доброжелательно. Я поняла, что она заранее старается меня успокоить. Сердце у меня упало. Мало ли что там окажется? Кажется, я поспешила обрадоваться...
— Наташа, какие еще нюансы? Не пугай меня.
Наталья вздохнула. В телефонной трубке ее вздох превратился в шуршание, но даже так в нем различалась досада.
— Вика, — голос Натальи стал холоднее, слова она произносила с расстановкой: — ты понимаешь, что такое в наше время найти квартиру? Да, все непросто. Иначе квартира бы тебя не ждала. Хочешь отказаться без обсуждений?
Я рухнула в кресло и зашипела. Откинулась назад, ударив затылком о подголовник. Кресло спружинило. Хорошо, что хотя бы у кресел в наше время нет собственной воли.
— Не хочу, — ответила я мрачно. — Собираюсь, буду.
Катя стащила наушники.
— Что-то случилось? На тебе лица нет.
— Говорят, мне нашли квартиру, — буркнула я и вернулась под стол.
— Я догадалась. А что вид такой похоронный?
— Квартиру нашли, — отозвалась я, — но есть нюансы, причем такие, что разговор не телефонный. Я боюсь этих нюансов. Что-то мне подсказывает, что жить в этой квартире на самом деле нельзя.
— Астра перестала расти, — напомнил Леша.
Я зарычала:
— Сама знаю!
Катя встала, обогнула свой стол и присела на корточки рядом со мной. Помогла мне свернуть зимнюю куртку и затолкать ее в пакет. У меня все валилось из рук. Слезы наворачивались на глаза. От того, что творилось вокруг в последние месяцы, даже мезозойский ящер превратился бы в неврастеника, а я не ящер. Теперь вот Наталья со своей помощью — сначала обнадежила, потом напугала... Раньше я жила на севере. И родители мои жили на севере. С тех пор, как город переродился и север отпал, я ночевала на работе, в Астре. Пока Астра росла, это было просто тягостно. Теперь стало опасно.
— Астра перестала расти, — повторила Катя. — Значит, она займется тем, что происходит у нее внутри. А она не жилой дом. Ей никогда не нравилось, что в ней живут. Один мой знакомый тоже жил в офисе, как ты сейчас. Пошел утром зубы чистить, а дом его кипятком обварил.
— Спасибо, Катя. Умеешь порадовать!
Катя встала.
Мне стало совестно, что я так на нее огрызнулась. Я поспешила извиниться.
— Ничего, — Катя дотронулась до моего плеча. — Я вправду боюсь, что завтра Астра уронит на тебя кирпич. Я буду кулаки держать, чтобы там твои нюансы не оказались совсем плохими.