Сети соблазна

Бэлоу Мэри

– Вы помните нашу последнюю встречу почти десять лет назад? – спросил он.

Она вспыхнула.

– Мне бы не хотелось, чтобы вы мне о ней напоминали. Я была такая глупая! Но вы были такой пылкий, такой настойчивый и так влюблены в меня. – Снова волнующий смешок.

– А вы – в меня, Дора.

– Да, – подтвердила она. – Очень глупо. Вы были такой красивый, милорд. Вы и сейчас красивый, конечно.

– Зачем вы это сделали? – спросил он. – Зачем вы вышли за Драммонда, Дора? Вас принудили?

– Он был добрый, – ответила она, – и сказал, что хочет на мне жениться. Хотя, конечно,

ему дали большое приданое за мной. Мой папа не оставил меня без средств, а его светлость добавил к тому, что оставил папа. Карл очень настаивал. Он сказал, что это для меня самое лучшее и что это спасет меня от гибели.

– Вы мне писали? – спросил он. – Я всегда думал – пытались ли вы написать мне и отнимали ли у вас эти письма?

– Писала? – удивилась она. – Вам? Ах нет, я никогда вам не писала.

Он засмеялся не без горечи:

– Я был глуп. Думал, что вы меня любите, что вы сопротивлялись, когда вас потащили к алтарю.

– Ах нет, – сказала она. – В общем-то нет, хотя, признаюсь, я и впрямь была немного огорчена. Карл объяснил мне, что я вела себя глупо. Легковерно – вот какое слово он употребил. Я думаю, так оно и было. Вы же знаете, мне было всего семнадцать лет. Когда он узнал, что я… – Она запнулась и покраснела. – Ну да вы знаете. В общем, он решил, что этим, наверное, стоит воспользоваться. Но я и слышать об этом не хотела. Может, я была глупая, но не совсем потерянная. И признаюсь, я увлеклась вами. Кроме того, сказал Карл, когда все обдумал, это не годится. Его светлость не разрешит это сделать, потому что у него есть договоренность с мисс Парнелл.

Джеймс нахмурился.

– Он считал, что будет не правильно, если вы выйдете за меня из-за Питерли и Алекс? – спросил он. – Какое это имело отношение ко всему остальному?

– Ну как же, вы же знаете, – ответила она колко и снова покраснела. – Потому что…

– Что потому что?

– Ну вы же знаете, – сказала она. – Потому что он от него.

Джеймс замер. Дора сидела на двухместном диванчике и собирала в складки шелк своей юбки.

– Объясните же, – сказал он. – Я чего-то не понимаю в этой ситуации.

– А разве вы не знали? – удивилась Дора. – Наверное, да, не знали, потому что нас отослали отсюда сразу же после свадьбы, и с тех пор мистер Драммонд работал в одном из поместий его светлости до… да, до прошлой осени. Но мне казалось, что все узнают, особенно когда мы вернемся. Разве вас не удивляет, что Джонатан так не похож на остальных моих детей? Такое неудобство! Я-то надеялась, что он будет в меня, но не вышло. Вместо этого он пошел в отца.

– Я заметил… – Джеймсу казалось, что он задыхается.

– Наверное, сейчас это уже не имеет значения, – продолжала Дора, – все это было так давно, и он уже несколько лет женат и имеет от нее сына. Хотя мне больше хотелось, чтобы это была девочка. Видите ли, мы с Карлом такого же благородного происхождения, что и она, разве что у нашего папы не было титула. Но ведь мы были его подопечными, и после того, что случилось, Карл сказал, что мне нечего надеяться на то, что он на мне женится. А я думала, что так и будет. Вот какая я была глупая, да? И я даже не могу сказать, что меня на самом деле

заставили. Он был красивый – немножко похож на вас, высокий, темноволосый, хотя виски уже начинали седеть, и очень умел убеждать. Наверное, поэтому вы мне пришлись по душе. Вы напоминали его. Но мне не стоило позволять вам… ну, вы понимаете, потому что я была тогда уже на втором месяце. Если бы он узнал об этом, я могла бы попасть действительно в неприятное положение.

– А он не узнал? – спросил Джеймс.

– Думаю, что нет, – ответила Дора. – Иначе он приехал бы из Лондона и поколотил меня, правда же? Он и не за такое меня бил.

– Мой отец не принимал участия в устройстве вашей свадьбы с Драммондом? – спросил Джеймс.

– Конечно, нет, – удивилась она подобному предположению. – Карл сказал, что он был в ярости. Я думала сначала, это потому, что он решил, будто ребенок от вас, но Карл все ему объяснил. И все равно, наверное, это естественно – он хотел выдать меня замуж, чтобы все уладилось. Ради мисс Парнелл. Но именно его светлость был так добр, что предложил мистера Драммонда и предоставил нам на несколько лет жилье в другом месте.

– Значит, Джонатан – сын герцога Питерли? – уточнил Джеймс. Ему казалось, что он попал в какой-то странный, причудливый сон.

– Он похож на него, правда? – отозвалась Дора. – Немного неудобно, конечно, и порой я думаю – вдруг она посмотрит на него и все поймет? Но вряд ли ей есть до этого дело, правда? Если муж у тебя герцог, подобных вещей следует ожидать. А у нее есть титул, наследник и все такое. Но мне кажется, что она не такая хорошенькая, как я, да? И не такая добродушная. Мне представляется, что со мной ему было лучше. Но я не жалуюсь. У меня славный муж, и я сумела подарить ему троих детей от него. И знаете, его светлость заботится о нас. Он пошлет Джонатана в школу, когда тот немного подрастет, а когда он станет взрослым, найдет для него подходящее место. Я не могу жаловаться, правда же?

– Полагаю, что не можете, – ответил Джеймс, усаживаясь на краешек диванчика рядом с ней.

Так.

Так…

Но прежде чем он успел привести в порядок свои мысли, дверные петли скрипнули, и он, вздрогнув, поднял голову и увидел, что в дверях стоят Бенджамен и Эдам Драммонды.

– Вон отсюда, Бэкворт! – прошипел Эдам. – Сию же минуту, или я вытащу вас из дома за ухо на глазах у всех.

Джеймс встал, стряхнув пылинку с рукава. Дора вскочила с диванчика.

– Ах, Боже мой, – воскликнула она, – братец, дорогой, мы ведь просто разговаривали. У меня на ноге волдыри, и лорд Бэкворт был так добр, что привел меня немножко посидеть.

– Вон! – повторил Эдам Драммонд. – И не приближайтесь к ней больше, если вам дорога жизнь.

– Где бы я ни встретил соседку, я всегда ее узнаю и буду с ней учтив, – отозвался Джеймс, неторопливо поправляя складки своего шейного платка.

– Мы знаем, что вы за сосед, Бэкворт, – вмешался Бек Драммонд. – Сидите с ней рядышком, чуть ли не прижавшись. Если вы собираетесь наставить рога ее мужу, так только через мой труп. Можете смотреть своими похотливыми глазами на кого угодно в Йоркшире – мне до этого нет дела. Но только не на мою невестку.