Сети обмана
Шрифт:
– Помирились, значит, – заметила Женька, едва я подошла к нашей «ожидальной» лавке. Мы встречаемся там каждое утро, чтобы вместе ехать в школу.
– Ой, Женька, он такой замечательный и понимающий! Только ты мне скажи, импульсивная – это девушка, которая поступает, как велит ей сердце, а не разум? – уточнила я.
– Ты хотела сказать, которая сначала делает, а потом думает. Впрочем, совершенно идентичные описания, ты права.
Точка иронично улыбнулась. Ну и пусть издевается, сегодня мне даже не жалко.
– Расскажем девчонкам
Я помнила, как Женька переживала из-за своего нового титула шантажистки, но очень надеялась, что она не запретит мне рассказывать о произошедшем Ярику с Варькой. Потому что я еще могу хранить от них секрет насчет Женькиного Влада, но два секрета одновременно? У меня голова взорвется…
– Придется. Все равно от твоего сияющего вида снег тает на два метра вокруг. Подружки же иначе не отстанут. О Студенточке больше ничего не слышно?
Я поежилась.
– Умеешь ты, Женечка, настроение испортить.
– Есть моменты, когда все удается. Не ужасайтесь, это пройдет, – вздохнула Точка в ответ. – К английскому готова?
– Я что, выгляжу как девушка, которая всю ночь зубрила идиотомы?
– Идиомы, гламурная ты моя. Пошли скорее, на автобус опоздаем.
…Сегодня, несмотря на привычное Женькино ворчание, мне все казалось красивым. Даже усыпанная снежными хлопьями школа, даже толкотня в фойе, нелюбезный охранник, даже, сама не верю, что это говорю, – наша Лепра, с которой мы столкнулись в дверях. Кажется, я ей улыбнулась – иначе отчего она так споткнулась, что чуть ботинок не потеряла.
Подруги ждали нас у гардероба.
– Я тебе говорила, что они помирятся, – вместо приветствия заявила Варвара, глядя на Ярика. – Это же любовь.
– Любовь любовью, но надо же и гордость иметь. Неужели ты в самом деле его простила?
– Нечего было прощать. Наша сообразительная Настя, как всегда, чего не поняла, то додумала. Впрочем, любовная история всегда должна сопровождаться препятствиями и затруднениями, действительными и вымышленными.
– Ой, Жень, красиво сказано, это откуда? – подхватила Варвара.
– Скорбь Сатаны. Автор – Мария Корелли. Не путать с Корелли Арканджело, он писал музыку, да и вообще мужчина.
Я наступила Женьке на ногу. Нужно же было ее как-то заткнуть – скоро звонок, а я еще ничего не успела рассказать.
– Этот Колокольчик, кстати, Сережа говорит, что она очень глупая… – начала я.
– Супер! Его типаж, – влезла Женька. Ярик и Варька возмущенно на нее посмотрели.
Я, кстати, тоже.
– Так вот, они вместе играют ансамбль. И просто репетировали! Ничего не было!
Ярик закашлялась:
– И ты это… серьезно поверила?
– Ну, я уж не совсем дурочка, что бы Женька вам ни говорила. Нет, все было не в таком порядке. Короче – я была в кафе, зашла в туалет и тут слышу…
Когда прозвенел звонок, я только начала рассказывать, как земля ушла у меня из-под ног, едва я увидела Сережу у подъезда. Варька слушала меня как завороженная, Ярик временами качала головой – кажется,
– Опоздавших Дуля вздернет! – предупредила Точка. Так что пришлось пообещать дорассказать вчерашнюю историю на перемене.
Я со вздохом поплелась на английский. У нас была запланирована контрольная работа, но я не очень переживала – Женька всегда успевает сделать два варианта, просто спишу у нее свой. Варька спишет у меня – круговорот знаний в природе.
Но моим планам не суждено было осуществиться. Едва мы расселись по местам (мы с Точкой сидим на первой парте в левом ряду), как Дуля велела мне поменяться местами с Веркой Назаровой. А та, между прочим, сидит прямо перед носом у училки! Пришлось пересаживаться, а Дуля все не унималась:
– Козарева, насколько мне известно, ты считаешь, что английский тебе в жизни пригодится, только чтобы названия на флаконах косметики читать? И вообще изучать иностранные языки нужно только тем, кто в России себе мужа найти не может? Вот и проверим твои знания в отрыве от Волоточиной. Вдруг у нас в стране тоже не найдется идиота, желающего повести тебя под венец.
Класс захихикал. Особенно громко ржала Лепра. Да, сегодня Дуля даже злее, чем обычно.
Контрольная началась. Я даже вопросы не стала читать – безнадежно. Лучше подумать, как буду объяснять маме очередную двойку. Вообще родители у меня в этом плане нормальные, но в этом месяце я уже схлопотала двояк по физике, а это даже еще не тридцатое число. Эх, правду говорят: не везет в учебе, повезет в любви. Женька мне теперь ничем помочь не могла, даже записку с ответами написать: Назарова не дремлет, сразу настучит. Вот гадина, будто Дуля ей за это оценку повысит.
– Почему не пишем? – поинтересовалась Фаина Георгиевна, глядя на меня сквозь толстенные стекла очков.
– А она вопросы понять не может! – заржала Лепра.
Птица немедленно посоветовала той заткнуться. Елена Прекрасная осеклась – Ярославы она с недавних пор откровенно боится.
Я покраснела и уставилась в тетрадку. Ну и пусть издеваются. Зато у меня вчера было самое лучшее свидание на свете!
Звонок должен был избавить меня от мучений. Но когда он прозвенел, Фаина Георгиевна вдруг распорядилась:
– Козарева, задержись на минуту. Остальные освободите класс.
У меня дыхание от ужаса перехватило. Лепра, ежесекундно поглядывая в сторону Ярославы, выскользнула в коридор. Женька постучала меня по плечу – держись, мол. Деревянная дверь захлопнулась, и я осталась наедине с самым страшным своим кошмаром. Фаина Георгиевна невзлюбила меня прямо с пятого класса – хотя кого она вообще «взлюбила», кроме Лепры? Та подмазываться умеет, может, и мне попробовать? Похвалить ее укладку? Брошку на лацкане пиджака? Нет, судя по плотно сжатым губам нашей Дули – даже пытаться не стоило. Я замерла у учительского стола.