Сети Культа
Шрифт:
– Тогда, в Кальтце, ты ни на какую работу не хотел соглашаться, если помнишь. Мы договорились, что ты попробуешь проявить себя в качестве постановщика и уйдешь, если ничего не выйдет. У тебя вышло, и ты получил работу. Какое из условий, оговоренных тогда, я нарушил?
Мальстен прерывисто вздохнул, сжав руки в кулаки.
Бэстифар шагнул к нему, продолжая самодовольно скалиться.
– Что до тех, кто отказался работать при новых порядках, я вовсе не подтверждал им твое обещание безопасности от своего имени.
– Ты убиваешь каждого, кто скажет тебе хоть слово поперек? – вспыхнул Мальстен.
Бэстифар закатил глаза.
– Вовсе нет. Ты-то еще жив!
Мальстен угрожающе уставился на него исподлобья.
– Плохая шутка, Бэс.
– А я и не шучу, – покачал головой аркал. – Каждый из этих артистов с самого начала знал, кто я такой и каким обладаю нравом, но они приняли правила игры на моей территории. И ты их принял, когда согласился приехать сюда. Не скрою, ты на особом счету, но артисты труппы – мои подданные, и то, как я с ними поступаю, тебя не касается.
– Это подданные твоего отца, Бэс. Не твои, – холодно напомнил Мальстен.
Глаза аркала нехорошо сверкнули. Было видно, что он с трудом сдержал накатившую волну гнева и не проучил наглеца своим излюбленным способом.
– Все, что происходит в цирке, – медленно процедил он сквозь зубы, – к моему отцу не имеет никакого отношения. Во время выступлений арена твоя, но в остальное время цирк – только моя территория. Ни ты, ни малагорский царь, ни весь Совет Восемнадцати не в праве указывать мне, что с ней делать. Это понятно?
Лицо Мальстена сделалось непроницаемым от этих слов.
Коридор погрузился в звенящую тишину. Молчание подпитывалось распалившейся злостью Бэстифара и притупляло ее. Несколько мгновений спустя он понял, что сказал и как данталли может на это отреагировать. На его губах появилась досадливая ухмылка.
– Вот я и проштрафился, верно? – спросил он. Мальстен не ответил, лишь вопрошающе изогнул бровь, продолжая глядеть хмуро и с осуждением. – Сейчас ты, скорее всего, молча развернешься и уйдешь. А ночью соберешь вещи и покинешь Грат. Ты не привык находиться в том положении, в которое я тебя поставил, я это знаю. И, пожалуй, я уже сделал все, чтобы спугнуть тебя.
Мальстен глубоко вздохнул. Пока Бэстифар не озвучил это, он и впрямь думал так поступить. Теперь это далось бы ему во много крат тяжелее.
– Ты хорошо меня знаешь, – тихо сказал он.
– Значит, сбежишь? В какую-нибудь глушь на материке?
– А ты пошлешь за мной группу кхалагари, чтобы убить, потому что я не принял твою позицию?
Из груди Бэстифара вырвался нервный смешок. Он устало потер глаза и прислонился спиной к стене. Рука безвольно опустилась, удрученная улыбка, которая будто забыла, что ей не время сейчас появляться, никак не сходила с лица.
– Ты действительно
– Я понятия не имею, на что ты способен, Бэс, в том-то и проблема, – ответил Мальстен, отходя к противоположной стене и тоже прислоняясь к ней спиной.
– Выходит, я действительно поторопился с Райсом и его людьми. Теперь я останусь и без гимнастов, и без постановщика. Мой цирк понесет большие убытки, представления придется отменить.
Мальстен поморщился.
– Не понесет твой цирк никаких убытков, успокойся. Я не уйду.
Бэстифар недоверчиво посмотрел на него.
– В чем подвох?
– Ни в чем, – покачал головой Мальстен.
– Значит, мы… просто забудем об этом досадном недоразумении? – аккуратно спросил Бэстифар, получив в ответ еще один осуждающий взгляд.
– Я никогда не одобрю таких методов, если буду иметь к этому хоть какое-то отношение. Прямое или косвенное – неважно. Слишком много смертей уже пришло на Арреду посредством моего дара. Я не хочу, чтобы так продолжалось, чьими бы руками это ни творилось, Бэс. Ты должен это понимать.
– Допустим, – кивнул принц.
– Поэтому мне придется взять с тебя обещание, что ты больше не тронешь никого, кто решит поступить так же, как Райс и его люди. Иначе я ухожу.
Аркал нервно передернул плечами, из груди вновь вырвался короткий смешок.
– Дожили! Мой гость ставит мне условия и дает мне испытательный срок в моем собственном цирке.
– Мы договорились? – подтолкнул Мальстен.
– Бесы с тобой, договорились! – махнул рукой Бэстифар. – Даю слово, что больше ни один артист, который решит покинуть труппу, не пострадает от моей руки. Надеюсь, слова тебе достаточно? Или составишь бумажный договор?
Данталли невесело усмехнулся, проигнорировав едкость последнего вопроса.
– Рад, что мы поняли друг друга, Бэс.
– Рад он! – закатил глаза аркал. – Скройся, будь так добр! Если у тебя закончился поток претензий, то мне пора за эту дверь – выслушивать новый.
Мальстен нервно усмехнулся и, не ответив принцу, направился к своим покоям.
Глава 11
<настоящие дни>
Сельбрун, Крон
Двадцать седьмой день Матира, год 1489 с.д.п.
Столько лет прошло с тех пор, как Бенедикт впервые переступил порог этого кабинета, а воспоминания о том дне были живы, как если бы все случилось вчера. Лишь видимые изменения во внешности Карла Бриггера напоминали о минувших годах. Время не пощадило старика: выглядел он так, будто мог рассыпаться от слабейшего порыва ветра. С последней встречи с Бенедиктом Карл Бриггер заметно осунулся, волосы поредели и окончательно поседели, а взгляд сильно прищуренных глаз, вокруг которых собралось множество мелких морщинок, потускнел.