Сети чёрного паука
Шрифт:
На десять шагов вокруг пня раскинулась поляна. Когда-то давно могучие корневища создали плацдарм для развития древесного гиганта, выселив конкурирующие кусты и деревца, и с тех пор, ни одна ель или дуб не решались занять освободившееся место. Зато листвы вокруг пня набралось столько, что ноги утопали в ней по щиколотку, откуда только взялась, будто листва, однажды опавшая с великого древа, так и осталась лежать нетронутой.
Крупные пожелтевшие листья, почти лопухи, шуршали и проминались под ногами. Рондор подобрался к пню и вступил на
По другую сторону пня, между двух корней листвы навалило особенно много, и если бы орк не знал куда идёт, то так и не заметил бы торчащую из-под жёлтых листов ступню. Ступню, длинной от кончиков пальцев до острия локтя могучего орка, а шириной как две ладони. Длинные, толстые пальцы заканчивались когтями. Рондор вдохнул поглубже и прыгнул с пня, пролетел над местом лёжки тролля и в перекате приземлился в нескольких шагах от неё. Под тяжёлым телом листва взметнулась в воздух.
– Эгэгэй! – громогласно возвестил орк о своём визите. Певшие невдалеке птицы умолкли и вспорхнули с ветвей.
Листва меж корней зашевелилась, торчавшая нога высунулась по колено и потянула за собой остальное тело. Лиственный ковёр поднялся волной и опал. Взъерошенный тролль сидел на пятой точке и сонными глазками пытался отыскать причину пробуждения.
– Ты, - недовольно буркнул-рыкнул он, когда, наконец, взгляд добрался до орка. Острый нос с запозданием потянул запахи, на изогнутых, как у кабана, бивнях, торчащих из-под верней губы, нанизались несколько листиков, затесались листики и в спутанных длинных волосах. Всем видом тролль выражал крайнюю степень недовольства.
– Пришёл послушать о твоих снах, - оскалился Рондор, усаживаясь на лесной ковёр. Тролль любил часами рассказывать о том, что ему снится и пару раз даже сам приходил к орку, чтобы поведать о небывалых сновидениях, хотя до этого Рондор никогда не показывал, где живёт.
– Мне снилось, - медленно начал Лобастый, стаскивая с бивней листья, - как я сдираю с тебя шкуру. А перед этим ты недолго удираешь в сторону чащи, но, конечно же, я тебя настигаю.
Когда Лобастый впадал в бешенство, спастись орку помогали лишь лесные дебри, где он обладал большей манёвренностью. Случись такое вновь, то путь к отступлению Рондор выберет именно вглубь леса, ибо тягаться в скорости бега с троллем не под силу даже набравшему разгон бурру.
– Вот так значит, да? Одиночества ты больше не боишься? – каждый визит к Лобастому грозил неприятностями, но Рондор видел в этом нечто волнующее. Ему нравилось находиться в десяти шагах от возможной смерти.
Лобастый поскрёб в затылке.
– В отличие от тебя, я могу покинуть это место в любое время и вернуться в племя.
– Не поверишь, тролль, но именно за этим я к тебе и явился.
Поросячьи
– Чего?
– Сейчас я расскажу тебе свой сегодняшний сон…
Рондор, как всегда, медленно, чтобы тролль успевал усваивать, начал рассказ и сразу после повествования о сне перешёл к изложению плана действий.
– …именно поэтому мне нужна помощь троллей. Я вызову на бой Гривзу, так что если рядом со мной не будет сильных воинов, то меня убьют на месте или погонят прочь, что не лучше.
– Ты хочешь, чтобы тролли шли с тобой к Острому Лезвию?
– Да, дружище.
Тролль нахмурился, вновь почесал затылок.
– Мне нравятся твои мысли, но тролли не послушают меня. Я дурной.
– Возможно, они послушают меня. Отведёшь к ним?
– Рондор перешёл на просительный тон.
– Если я тебя приведу к троллям, меня побьют, а тебя и вовсе съедят. Из всех орков они послушают только хана.
Рондор слышал о своенравном характере тролльских племён и потому уже готовил пламенную речь, но только сейчас, общаясь с ярким представителем этого рода, понял, что про речь можно забыть. Не поймут. Тролли понимают силу и действия, но как действовать, когда ты один?
– Значит, не поведёшь?
– уже не надеясь, переспросил орк.
– Неа, – Лобастый поднялся. Потянулся под звук хрустящих костей и мышц.
Рондор тоже встал. На всякий случай. Тролль подошёл вплотную, длинные, жилистые руки свисали почти до колен, чуть сгорбленная походка могла бы сбить незнающего с толку, но так Лобастый передвигался только в спокойной обстановке. Когда дело доходило до драки, он пригибался к земле и больше походил на хищника.
– Чё придумал? – тролль глядел прямо в глаза орка.
– Хочу свергнуть хана, - в лоб ответил орк. Рассказывать о планах Лобастому он не боялся, - и занять его место.
Пасть тролля расползлась в стороны.
– С чего начнёшь?
Орк смотрел снизу вверх. Старый соня на две головы возвышался над зеленокожим изгнанником.
– Возьму власть в Остром Копье. А потом присоединю к себе племя за племенем. Когда силы будут достаточными – дам бой хану.
– Хан тебя разорвёт на части, - больше тролль не улыбался, смотрел так, будто поверил во всё услышанное, как бы абсурдно это не звучало.
– Я возьму Зал Вождей с помощью армии. Хан либо сбежит, либо погибнет в общей свалке.
– Всегда знал, что ты трусоват, орк, но никак не могу понять, брешешь или нет. Чую что не брешешь, но городишь такую хрень…
– Почему это трусоват? – Рондор удивился этим словам. В рядах орков он считался верхом сорвиголовости.
– Надеешься на других в борьбе с ханом. Кстати, чё с топориком-то припёрся? – тролль походил на статую, уставившуюся в одну точку, и точка эта – глаза орка. – Боишься меня?
– Надеюсь, эта трусость не раз спасёт мою шкуру, - уклонился от ответа Рондор.