Сети чёрного паука

Крахин Алексей

Грусть и покой. Голос «хозяина» постепенно вытеснял их, приводя тело к готовности действовать. «Остановись. Стой», - твердил он. – «Впереди чужие».

Ночь перевалила за середину. Светящийся в небе диск, бледнея с каждым часом, медленно удалялся от земли. Ночные звери, ещё не успевшие взять добычу, затаились для последнего прыжка, а дичь, шурша опавшей листвой, искала надёжное укрытие. Лес казался мёртвым лишь у кромки.

По узкой лесной дороге двигалась компания охотников, так же ещё не успевших сегодня добыть трофей. Короткие, широкие мечи, предназначенные для боя в местах с ограниченным пространством,

украшали пояс каждого из четырёх мужчин. На поясах двоих бряцали перевязки с утяжелёнными арбалетными болтами, такие применяют против бронированной пехоты и конницы. Короткие арбалеты в такт шагам покачивались за спинами. Оружие на особенного зверя. Мечи как талое масло резали заговорённую, жёсткую плоть живых мёртвых, болты срывали головы и отсекали руки. Освящённое верховными магами оружие работало безотказно против мёртвой плоти, но крошились как сухарь, ударяясь о простую сталь.

Один из множества отрядов, ведущих охоту за мёртвыми головами, искал погост. Двигались они в правильном направлении, но если бы лучше знали местность, то выбрали бы путь через лес. Зомби, смирно стоявшему за деревом, и ждущему пока охотники скроются из виду, потребовалось чуть больше часа, чтобы добраться сюда от кладбища, охотники же будут идти всю оставшуюся ночь.

Мертвец стоял в трёх шагах от дороги. Заботливые тени по-матерински укрывали чёрным покрывалом приютившееся под ними существо. Он чувствовал вблизи живых, и странное ощущение злобы, появившееся невесть откуда, заставляло зубы скрежетать. Отряд охотников ещё не вышел из-за поворота, а Он уже вовсю боролся с собой, сдерживаясь из последних сил, чтобы не выскочить и не напасть на счастливцев, живых и весёлых. Не таких как он. Между скрипящих зубов проявилось подобие слюны, запузырилась. Тело сотрясла зловещая лихорадка.

«Тише», - шептал голос.

Охотники, негромко переговариваясь, появились в поле зрения мертвеца. Рука хозяина сразу потянула тело назад, заставляя зомби отступить на пару шагов. Неожиданно один из охотников замер на месте.

– Амулет тёплый, - прошептал он.

Отряд остановился. Мечи из-за поясов перекочевали в руки мужчин.

– Наконец-то хоть что-то… - молвил другой.

Самый старший и низкорослый из охотников, снимая с плеча арбалет, произнёс:

– Расходимся по разным сторонам. Дальше, чем на десять шагов, не углубляться. Вперёд.

Зомби трясло как последнего паралитика. Он с трудом сдерживал хрип, голос пропал, бросил ситуацию на самотёк, и вот последние капли самоконтроля покидали мёртвое тело.

Старший отряда вместе с компаньоном спрыгнули в овраг с противоположной от зомби стороны дороги, оставшаяся пара, тихой сапой кралась прямиком к мертвецу, ещё не зная, что встретится он именно им.

Он отступил за ствол ближайшего дерева так, чтобы издали его нельзя было разглядеть. Живых Он чувствовал так же чётко, как если бы видел их. Каждый бесшумный шаг охотников отражался в сознании вспышкой приближающейся опасности. Один из них молодой, даже слишком молодой, ещё мальчик, волны страха исходили от него сильнее, чем от напарника – зрелого мужика. Но хоть и в разной степени – волновались оба.

Как же приятно, оказалось, смаковать чужой страх. И не просто страх, а страх перед тобой . От потока новых ощущений,

злобная трясучка оставила мертвеца в покое, теперь он, притаившись, ждал приближения охотников. Сейчас его совершенно не волновало, что он будет делать, оказавшись с ними лицом к лицу, главное – желание, а тело подскажет. В любом случае, если они прекратят его неестественное существование, это тоже будет к лучшему.

Шёпот умолк, ледяная хватка пропала, как будто намерено предоставляя свободу действий, а может, желая узнать, как поведёт себя Он.

Шаги приближались. Живые обходили дерево с разных сторон и, судя по умеренному хрусту веточек и шороху листвы, не подозревали, что сами превратились в жертв. Основной целью, мертвец уже отметил для себя юношу, шедшего ближе к дороге, хотя, конечно же, напасть из засады на опытного рубаку было бы куда выгодней, но напугать мужика удастся куда меньше, чем мальца, а это главное. К тому же, если шокировать парня, то откроется путь к дороге, и биться с мужиком вообще не придётся. Плохо другое, с противоположной стороны тракта лазают ещё двое охотников. Среди них слабых звеньев нет, старик – матёрый волк, его компаньон - здоровый детина, тупой и от того бесстрашный.

Мальчик вплотную подошёл к дереву, замер в полушаге от трупа и даже не посмотрев по сторонам, принялся что-то шарить за пазухой. Опытный муж, чуть углубился в лес и всматривался в чащу, так что тоже не заметил опасности.

Он смотрел на парня сверху вниз. Такой юный живой, так мало видел и узнал… Как много грусти принесёт в мир его смерть, и как много удовольствия она даст мертвецу.

– Дядя Шэд, камень совсем горячий, - громким шёпотом окликнул мальчик напарника, сжимая в руках белый амулет неопределённой формы.

– Смотри в оба, - откликнулся дядя Шэд из темноты.

Парень оставил амулет поверх куртки и, наконец, поднял взгляд на зомби. Этого момента Он ждал с упоением, смакуя каждое движение на лице горе-охотника. Наверняка малец уже видел ходячих мертвецов и даже атаковал их, но делал это исподтишка: пока основная команда сильных и опытных лезла в лоб, юный и слабый бил в спину. Встретившись с опасностью лично, бедняга выронил меч, рот распахнулся в немом крике, а глаза округлились, как у кота.

Напарник услышал тихий звук стали, коснувшейся земли, но помочь не успевал. Гнилая, перепачканная грязью рука, ухватила паренька за отвисшую нижнюю челюсть, и дёрнула вниз, с хрустом выворачивая суставы и выдирая язык. Парень не успел даже визгнуть, лишь пялился выпученными глазами на упавшую в листву часть себя. Вид хлынувшей изо рта крови окончательно лишил зомби рассудка. Гнилые зубы впились в лицо жертвы, вгрызлись в щёку, окрепшие руки рвали жёсткую куртку, без потерь справлявшуюся с грубыми ветвями и корягами.

Влага заполнила пасть мертвеца, но проснувшаяся вдруг жажда, не проходила. Мумки и боль юного создания ворвались в голову, выметая все мысли, догадки, вопросы и картины. Осталась лишь звериная радость.

Что-то дважды ударило в спину. Он почувствовал, как рука, у самого плеча, отделяется от тела и повисает на жилке. Дядя Шэд всё же пришёл на помощь мальчишке.

Зрелище отрубленной конечности и странное неудобство в спине, заставили зомби протрезветь. Резким движением отбросив конвульсирующее тело, Он, не оборачиваясь, кинулся прочь к дороге.