Сетевые игры

Колесник Игорь Николаевич

Отошел, посмотрел, на смешную, скрюченную фигуру. Усмехнулся и пошел дальше. Но с тех пор, Николая перестали бить.

Едем по горам. Кыля, за рулем.

Сижу, рядом. Автомат между ног. Жара неимоверная. Градусов 45. У нас в Сибири сейчас хорошо. Можно в тенечке, где ни будь полежать. Кыля, болтает без остановки, как чукча. Что на ум придет. Что видит, то и несет. Перебиваю, глупую трепотню.

— Колян, а у тебя женщина на гражданке была?

— Ага, была, конечно — он расплывается улыбкой Квазимоды.

— Ну и как впечатления? — без задней мысли, спрашиваю его.

— Да баба, большая была.

Под центнер будет. Муж геолог, дома постоянно не было, а она меня к себе заманила.

— Ну и как?

— Да, как пальцем в варенье.

Я сначала не понимаю. Потом доходит. Ха. Смешно. У такого дурака, такие интересные ассоциации. Вдруг брызги стекла, бьют по лицу. Разум не успевает среагировать, а тело уже с автоматом лежит под колесами, Зилка и стреляет по маячащим за камнями силуэтам. Когда отбились, залажу в кабину. Кыля, лежит тряпичной куклой. Руки и ноги неестественно вывернуты. Башка разворочена. Мозги на сиденье. Да, пулька вошла в голову, как палец в варенье…

Сознание всплывает из сна, глубоководной, замороженной рыбой. Поднимаюсь с дивана и шлепаю, в душ. Где я, нахожусь, понимаю не сразу. Голова, как медный котелок, наполненный расплавленной ртутью. Эх, а косить то надо.

Глава 7

На Ультру, спустилась ночь и пришла Арафель

Как ни трудно догадаться, на работке дела хреновые. Народная примета — ходить на работу к деньгам, не ходить к безденежью. Сижу за своим столом и пытаюсь сосредоточиться на прайсе с продающимися квартирами. Взгляд скользит по строчкам, но разум ни чего не осознает.

Передо мной чашечка с кофе из пакетика. Придумали же. Щепотка растворимого кофе, щепотка сахара и смесь непонятно чего, именуемого растительными сливками. В итоге получается продукт, похожий по цвету на кофе. Отхлебываю это достижение китайских химиков-недоучек. Мммм… Наверное такой вкус у соляной кислоты из аккумулятора, или отработанного машинного масла из картера. Раньше вроде пил и даже нравилось, а сейчас хочется выплюнуть на пол. Дааа, что-то со мной не то происходит, ой не то.

Поднимаю голову и осторожно оглядываюсь. Все тускло и серо, как в склепе. Принюхиваюсь. Запах раздевалки в школьном спортзале. Как они дышат этим воздухом? Может мне это просто кажется. Оглядываю помещение.

Некоторые коллеги, не обращают на меня внимание. Другие ехидно усмехаются, встречаясь со мной глазами. В разговор, первым ни кто не вступает. Плохой признак. Очень плохой. Почему-то, все снотворно и замедленно. Риэлторы блин. Охреневающие от своей деловитости и значимости. Копошатся, как мухи в навозе. За бабки, любой готов задницей наждачный круг остановить. За большие бабки, даже своей. Что они вообще здесь делают? Вообще не знают, про Ультру. Отвратность и мерзопакостность. Похоже, по обязательным законам нашей фирмочки, все агенты, должны быть непременно уродами, козлами и суками. Пусть бы монстры ими позавтракали. По разрывали их на хрен, на кусочки. И по частям отправили бы сюда в реал…

Трясу головой. Ничего себе, информация прёт. Что-то это не мои мысли. С недавнего времени, в голове начались какие то изменения и я, не уверен, что в лучшую сторону. Откуда такая агрессия? Неожиданно у меня появляется еще одно непонятное желание. Выхватить длинный

меч но-дачи. Пройтись со свистом по головам этих зашореных, клерков, отрабатывая приемы бушидо.

Что-то изменилось. Маша сидевшая ко мне спиной, резко обернулась и со страхом заморгала кукольными ресницами. Все находящиеся в офисе, а это человек двадцать, неожиданно вздрогнули и начали крутить головами. Будто бы в помещении с треском раскрылось окно и по спинам, прошелся, ледяной порыв ветра. На кожу, посыпался Декабрьский снежок. Неужели это из-за меня? Что, вообще за хрень, со мной происходит? Кожа подернулась первым, ломким ледком. Я не хочу, так изменятся. Это не поддается контролю.

Стоп, стоп, стоп. Аутотренинг. — Я спокоен, я абсолютно спокоен. Мысли мои текут плавно и размеренно. Я полностью контролирую свои мысли. Я совершенно спо-ко-ен.

Вроде получается. Потихоньку успокаиваюсь и прихожу в себя.

О, еще один глюк. Я, как-то его не замечал, а он давно уже присутствует.

Я приветствую тебя мой новый глюк!!!

Если смотреть на человека, то в голове идет про него информация. Это было в прошлый раз, с преподом физики, Анучиным. Думал случайность. Сей час, на кого не посмотрю, про каждого человека, что ни будь, да появляется.

Так. Давай-ка повнимательней, проверим. Маша, ближе всех. Сидит передо мной. Красный, шерстяной свитерок, подчёркивает тонкую талию. Серая, в елочку, юбочка, обтягивает, аппетитный зад. Он, напоминает, перевёрнутое сердечко. Да, не хило сконструирована. Начинаю смотреть ей, между лопаток. Взгляд отдыхает. А я, наоборот, постепенно возбуждаюсь.

— Вот Гарик, сволота — неожиданно слышу, чужие мысли — опять на меня уставился. Как посмотрит, так мурашки бегут по спине. Щас пошлю, его гада подальше — Маша поворачивает ко мне свое миловидное личико. Платиновая челка кокетливо прикрывает узкий лобик.

— Ты, где был вчера? — кукла Барби, скривила кислую улыбочку.

— Да бухали. Дружек приходил и что-то пошло, поехало — вру я. Если про Ультру начну впаривать, то сей час же психушку вызовет.

— Жениться тебе надо. Семейная жизнь, она быстро образумит — качает головой, Машка. Тонкие бровки хмурятся. Ну, прямо строгая учительница, распекает нерадивого ученика.

— Ага, тебя вон образумила — девушка, фыркает и отворачивается. Все в фирме знают, с Маняшей не переспал только ленивый. Эта девушка, прсто ходячий банк спермы. Хотя объясняется все просто. Девять лет в законном браке, а ребенка нет. Рождение дитя — физиологическая цель каждой женщины. Пусть она за мужем, хоть за самим Пирсом Бросноном. Пока не родит ребеночка, она будет взрывоопасна, непредсказуема и не верна.

Ну, а я то разве ленивый? В этом деле, даже упорный, но вот с Машей как то не срослось. Не люблю стоять в очередях. Вот Бориска полгода назад, после работы, отметился с ней. У Машкиного стола. В позе — Украина клянчит газ, у России…, имел ее. Как он рассказывал по секрету, быстро и несуразно. Обоим не понравилось. Служебный роман в действительности далек от кино. К тому же, в женщине должна быть загадка. Даст или не даст? А глядя в голубые, бесстыжие Манькины глаза, понимаешь с первого мгновения — отказа не будет. Ну какая уж тут загадка. Какая уж тут романтика. С тех пор они друг друга на дух не переносят.