Сеть созвездий
Шрифт:
Игра, в которую эти двое уже играли на арене, началась снова.
Рахдажит стремительно юлил перед варваром, размахивая кривыми клинками, провоцируя его перейти в атаку и выманивал тем самым от входа, надежно прикрывавшего спину, и дающего путь к отступлению. Тигру было неведомо, что даже на краю гибели, Хорворн не стал бы отступать назад и предпочел бы достойную смерть.
Данборец не поддавался на столь простые уловки, используя еще одно свое преимущество - длину собственного клинка, он держал противника на расстоянии, не давая ему приблизиться достаточно близко, для решающего молниеносного выпада и выжидал. Непоколебимый словно утес, он оставался на своем месте, одну за одной отражая осторожные атаки и выжидал, пока его соперник допустит роковую ошибку,
Столь любимая данборцем пляска стали затянулась, соперники оказались достойны друг друга, они то сходились и кривые сабли тигра выбивали искры из огромного меча Хорва, то снова расходились, что бы, спустя всего пару мгновений столкнуться снова. Тигр не сбавлял напора, варвар не отступал, клинки продолжали рассекать воздух со свистом, пока рахдажиту, наконец не улыбнулась удача. Очередной его выпад увенчался успехом, и сумев отвлечь данборца, он подскочил достаточно близко, что бы нанести решающий удар. Случись это на арене, где гладиатор сражался так, как и привык - оголенным по пояс, этот росчерк сабли стал бы для него последним, но визит к горбуну не прошел даром. Хорворн так и не потрудился снять причудливые глодарские доспехи, сабля тигра скользнула по ним не оставив после себя даже царапины, что заставило рахдажита разочаровано рыкнуть и вновь поспешно отскочить назад, прикрывая отход обратным взмахом парных сабель.
План, который тигр использовал против гладиатора еще во время их первой встречи, наконец-то сработал. От бешеного темпа, заданного проворным котом, дыхание варвара быстро сбилось, меч в руках, стал, как будто бы раза в два тяжелее, каждый новый взмах давался все с большим трудом, и Хорв, поняв, что противник, под действием цветов Дэлоса, успеет его измотать, куда раньше, чем сам почувствует хоть какие-нибудь признаки первой усталости, решил сменить свою тактику.
Вскинув меч, и раскручивая его над головой, он перешел из глухой обороны в яростный натиск. Вложив в него все оставшиеся силы, варвар, отскочил от спасительного выхода, открывая спину, и не ожидавший подобного поворота тигр не успел отреагировать, первый же удар выбил одну из сабель из его лап, второй, направленный под ноги, заставил подскочить, и чуть было не опрокинул его на пол, лишив равновесия. Хорворн не останавливался ни на миг, он работал мечом безостановочно рассекая воздух там, где еще секунду назад находился его соперник и стремительно несся вперед заставляя того отступать все ближе к центру пустующего склада.
Разорвав тишину диким рыком он сам загнал противника в угол, тигр почти уперся спиной в одну из балок, поддерживающих хлипкую крышу, и лишенный возможности отступить снова, он был вынужден еще раз попробовал парировать очередную атаку. Тонкая и легкая, по сравнению с громадным оружием Хорва, кривая сабля не выдержала подобного удара. Меч варвара обрушился слишком близко к ее эфесу и рука рахджита разжалась, выпуская оружие.
Следующий же взмах должен был закончить поединок, но соплеменников тигра такой исход конечно же не устроил. Прежде чем Хорворн успел замахнуться, что-то тяжелое повисло сзади у него на плечах, кто-то ударил под ноги, броня защитила от раны, но колено предательски подогнулось и рухнувший на него гладиатор тут же оказался буквально завален набросившимися на него рахдажитами.
Впав, от столь грубого вмешательства, в дикую ярость, Хорв рывком поднялся на ноги скинул с себя всех, кто успел навалиться ему на плечи. Меч по прежнему был у него в руках, жаждя крови, и пляска стали превратилась в дикую пляску смерти. Алый туман ярости застилал глаза варвару заставляя забыть о недавней усталости, тигры кидались на него со всех сторон и падали ему под ноги заливая пол своей кровью. Хорворн рубил их пушистые тела словно щепки, оставляя большие пробелы в некогда плотной толпе, и не останавливаясь ни на миг продолжал кружить всех кто подворачивался ему на пути. Увидев этого дикого варвара, размахивающего огромным мечом, залитого кровью и рычащего словно дикий зверь, кто-то даже кинулся к выходу бросив оружие на пол, но как бы
Вновь навалившись на него со спины, кто-то снова опрокинул варвара на пол. Огромный меч был выбит из рук, но и без него Хорворн не оказался легкой добычей. Он успел откинуть нескольких тигров тяжелыми пинками, свернуть чью-то шею и даже вцепился зубами в чью-то лапу, расцарапавшую ему лицо, но все эти усилия оказались тщетны.
Не прошло и нескольких минут как гладиатора заломили так, что пошевелиться стало попросту невозможно, оставалось лишь поливать трусливых котов нескончаемым потоком ругательств, пока над самым лицом не появилась знакомая морда бесхвостого рахдажита.
– Вот и все, человек, теперь ты мой.
Глава 15
Дронг Мрак.
Я был уже так близко! Оставалось совсем чуть-чуть, всего лишь распахнутое окно отделяло меня от заветной и столь вожделенной цели, но, замерев на самом краю, я так и не успел сделать последнего шага. Позабыв об осторожности, затаив дыхание, замер под окном, как истукан, и конечно же был замечен самым первым, проходящим мимо патрулем охраны. Попасться так просто, в самый последний момент, когда скрипач был почти что у меня в руках, было просто нелепо и чертовски обидно. Но хищные жала арбалетных болтов уже нацелились прямо на меня, и все что мне теперь оставалось, это скрипеть зубами от жуткой досады и злости на собственную тупоумную персону.
Охрана, которая по началу показалась мне не слишком надежной и довольно распущенной, оказалась куда более профессиональна, чем мне показалось на первый взгляд. Пара крепких ребят скрутила меня столь быстро, что я даже рта не успел толком раскрыть. Мой меч, и припрятанный в голенище сапога нож, мгновенно перекачивали из моего владения в их загребущие руки.
Пару раз съездив кулаком по зубам, для сговорчивости, и кинув меня на колени, эти парни тут же принялись задавать мне вопросы, но я был вынужден разочаровать все их ожидания. Никто не посылал меня на вверенную им территорию, я не имел здесь никаких заданий, и так и не получив от меня внятных ответов, они решили сопроводить меня к своему хозяину, чтобы тот самолично решил мою участь.
Подхватив меня под руки, они поволокли меня прямо в дом, совершенно не заботясь о сохранности своего пленного, и если бы не надежная защита глодарской брони, я бы набил себе не мало шишек, пока они скидывали меня прямиком в подвал.
Это место мгновенно производило на впервые попавшего сюда человека сильное впечатление. Вмурованные в каменную кладку стен толстые металлические кольца и цепи, заканчивающиеся кандалами, потушенная, жаровня, в самом центре темного, лишенного окон помещения, стул в углу, с ремнями для фиксации жертвы и инструменты, аккуратно разложенные на низком столике. Здесь пахло гарью и копотью, палеными волосами и жженым мясом, удушающий запах которого вполне мог пробудить рвотный рефлекс. Я попал в настоящую камеру пыток, от которой сразу же становилось не по себе, и одни только следы засохшей на полу крови, могли мгновенно заставить слабого духом человека выложить все свои секреты разом, и заранее признаться во всех прегрешениях.
Не знал, и по прежнему, понятия не имею кем же является мой старый знакомый, но чем больше я узнавал о скрипаче, тем больше начинал его ненавидеть. Этот парень явно заслуживал встречи с одним, известным ему гладаром, один на один, без цепей и охраны.
Сам же хозяин столь гостеприимных апартаментов на нашу долгожданную встречу не торопился. Один из охранников, столь "любезно" показавших мне дорогу, отправился за ним, как только прицепил меня к одной из цепей, но словно специально решив потравить незваного гостя ожиданием и шикарной обстановкой своего подвала, мой неизменный кошмар, откладывал свое появление до последнего. Руки, связанные у меня за спиной, уже успели намертво онеметь, глаз недавно познакомившийся с кулаком, начал заплывать, а оставшийся со мной охранник принялся от скуки зевать, каждую пару минут, когда с лестницы, наконец раздался скрип открывающейся двери.