Сеть смерти
Шрифт:
Вернувшись в участок, Ханна первым делом сварила крепчайший кофе. Они не спали уже больше суток, и мысли начинали путаться, а предстояло еще допросить свидетеля.
Потом Ханна присоединилась к Бернарду. Тот показывал бармену снимки наркоторговцев. По пути в участок парень мрачно молчал, только пробормотал что-то про Святой Грааль. Ханна ему сочувствовала: тоже работал всю ночь и устал. Однако он через час-другой сможет отправиться спать, а ей еще работать и работать…
Бармен
– Слишком горячий!
– Кофе и должен быть горячим, – ответила Ханна. – Потерпите, скоро остынет.
Она достала из кармана телефон Фрэнка Джульепе. Люди воображают, будто телефон, заблокированный с помощью шаблона, неприступен, как хранилище золотого запаса, и никто не сумеет его взломать. Достаточно сложные последовательности линий действительно неплохо защищают от простого взлома, однако большинство пользователей выбирают примитивные повторяющиеся шаблоны. Чаще всего рисуют буквы M, W, Z (как обычно или в зеркальном отражении) и L в четырех положениях. А ошибившись три раза, можно подождать десять минут или полчаса и повторить попытку.
Ханна попробовала M, W и Z. Телефон заблокировался. Она взглянула на бармена, который листал страницы первого альбома так ожесточенно, будто тот нанес ему личное оскорбление.
– Ну как? – поинтересовалась Ханна.
– Ничего, – буркнул парень. Того и гляди закричит: «Ты мне не мать!» – и вылетит из комнаты, хлопнув дверью, как сложный подросток.
– Фрэнка Джульепе в нашей базе нет, в Национальном информационно-криминологическом центре тоже, – сообщил Бернард, стуча по клавиатуре.
– Образцовый гражданин. Что насчет соцсетей?
– Может, утром проверим? – предложил Бернард, нервно притопывая.
Ханна глотнула кофе.
– Нам все равно со свидетелем сидеть.
– Ладно, ладно! – Он отвернулся к компьютеру и через некоторое время сообщил: – Ну, вот его страница на «Фейсбуке».
Страница оказалась почти пустой.
– Похоже, самым интересным он делился только с друзьями, – констатировала Ханна.
– Как там телефон?
– Пока никак.
В «Инстаграме» им повезло больше – профиль Фрэнка был открытый. Ханна прикатила свой стул к столу Бернарда, и детективы принялись изучать страницу. Последняя публикация была сделана вчера – селфи Фрэнка и Джерома в пабе, оба с красными глазами и приклеенными улыбками. Ниже на странице обнаружились фотографии симпатичной темноволосой девушки, некоторые с Фрэнком, все – за последние четыре недели.
– Его девушка? – предположил Бернард.
– Возможно. Смотри, она отмечена: Лайла.
Бернард прокрутил дальше. Страница была банальная: селфи с разными людьми, виды из окна офиса, фотографии еды…
Ханна снова попробовала разблокировать телефон. Буквы Z
– В «Твиттере» он пишет в основном про то, что смотрел по телевизору, – сообщил Бернард. – «Собака-Фрэнк-Джи-тринадцать». Сто тридцать подписчиков.
Позвонил Мэтт.
– Ханна, я тут еще не закончил, но подумал, что вам может быть интересно. У него в аптечке упаковка болеутоляющего…
– Да, я видела.
– Так вот, это не болеутоляющее.
– А что?
– Точнее смогут определить в лаборатории, однако я почти уверен, что экстази.
– Понятно. Что еще?
– Еще очень хочется кофе.
– Загляни к соседке. Имя у нее дурацкое – Петал, а девушка хорошая, и кофе варит неплохой.
– Ладно, пока!
Ханна рассказала Бернарду о находке Мэтта и снова взялась за телефон. Буква L вверх ногами в зеркальном отражении сработала.
– О! Я взломала телефон!
– Отлично! Есть номер такси?
Ханна проверила исходящие вызовы.
– Вот, в десять минут первого. – Она записала номер в блокнот. – А в двенадцать двадцать две – входящий с другого номера, скорее всего, от таксиста.
– Я позвоню, – предложил Бернард.
Ханна рассеянно кивнула, просматривая звонки за последние два дня. В списке были незнакомые номера, несколько вызовов Джерому и от него, четыре звонка в центр долговременного ухода «Векслер» и несколько незнакомых имен. Ханна выписала их в блокнот.
– Слушайте, по-моему, я его нашел! – радостно воскликнул бармен.
Бернард спорил с кем-то по телефону – наверное, с водителем. Ханна подошла к бармену, и тот показал ей фото худого лысого человека. Она узнала его, даже не глядя на подпись.
– Это Чад Граймз, мелкий уличный торговец. Промышляет экстази, метамфетамином и кокаином.
– Я больше не нужен? Теперь вы отвезете меня домой?
– Мы вызовем для вас такси.
– Я не собираюсь платить за такси! – запротестовал бармен.
– Расслабьтесь, мы оплатим поездку. Только сообщите ваше имя для протокола и на случай, если понадобится с вами связаться.
– Физз.
Ханна вздохнула.
– Ваше настоящее имя, пожалуйста.
– Все зовут меня Физзом, даже мама! Это мое настоящее имя.
– Я вам не мама, поэтому мне нужно внести в протокол имя, указанное в ваших водительских правах, – терпеливо пояснила Ханна.
Физз сердито уставился на нее. Она поймала его взгляд и не отводила глаз, пока он не сдался и не пробормотал:
– Теогрбрбр…
– Как, простите?
– Теодор Руперт, ясно? Довольны теперь?
– Восхищена, – откликнулась Ханна, записывая в блокнот. – Хорошее имя. Моего прадеда звали Теодором.