Сестра
Шрифт:
Искренняя радость Неллиного брата почему-то доставила ей удовольствие. От его попытки уточнить про базар и ЦУМ, она отмахнулась.
Высокие белокаменные стены Вьежского замка позволяли легко ориентироваться в городе. Вика с Гнешем, после терм, сразу направились к Старому мосту, через площадь Справедливости, на которую выходили сразу семь улиц.
Здесь Гнеш стал притормаживать уже конкретно. Трупы казнённых разными способами людей вызывали у него большой интерес. Пришлось, даже, отвесить ему подзатыльник.
Но Неллин брат был далеко не единственным, кого привлекало это противное Викиному взгляду зрелище.
Выглядела она сейчас вполне презентабельно, в новеньком чистом платье, кожанной обуви и с аккуратно уложеными в косу русыми волосами, и очень симпатично. Второе карманников совсе не интересовало, а вот первое сделало её объектом внимания одного из них.
С виду, совершенно деревенский парень, растерявшийся от городской толчеи, быстро и незаметно подрезал карман у солидного господина в бордовом костюме и ловко извлёк кошелёк. Затем, натолкнувшись на Вику, застенчиво улыбнулся и, попросив у неё прощения, быстро скрылся в толпе. То, что у девушки не оказалось с собой кошелька, он определил, а вот то, что его добыча перекочевала к ней, и не заметил. Придётся ему потом немало поломать голову, куда пропало нажитое.
— Давай на клетки посмотрим, — просил Гнеш, показывая на дальний, от них, конец площади, где в больших подвешенных клетках находились какие-то люди, насколько Вика могла рассмотреть, ещё живые, — Может там кто-то из портовых?
Портовые были бандой, которая крышевала, в том числе, и «Пустой причал», и к которым ни Гнеш, ни Нелла не испытывали тёплых чувств.
— Может, и так, — равнодушно ответила Вика не останавливаясь.
Перейдя через Вену, они довольно скоро оказались у небольшого двухэтажного особняка купеческой вдовы Ламарии, сдававшей домик неподалёку, оставшийся ей от матери.
Калитку им открыл мальчишка, ровесник Гнеша, и поинтересовался, кто они такие и что им нужно.
— Скажи своей хозяйке, что это насчёт съёма жилья, — Вика по кожанному ошейнику определила статус мальчишки. Поэтому, обратилась к нему, хоть и без лишней грубости, но достаточно пренебрежительно. Нелла вела бы себя также, — Она должна меня помнить.
Ламария, невысокая полноватая женщина лет шестидесяти, была приятной на вид и в общении. Но довольно алчная. Уступать ни энна она не собиралась.
— Я ведь не для себя. Много ли мне надо? — сетовала она, — Я для сына стараюсь. Отслужит он, вернётся — может, женится. А много ли сейчас на флоте у нашего славного герцога выслужишь? Был бы он у меня офицер — другое дело.
Они сговорились на пятидесяти эннах за сутки и сейчас шли к сдаваемому домику — Вика с Гнешем и Ламария — по узкому проулку. Центральные улицы Вьежа были достаточно широкими — на них свободно могли разъехаться пара встречных телег, зато остальные улицы и проулки, по своему облику, были именно такими, какими Вика себе и представляла улицы средневековых городов.
Шли они не далеко и не долго. Одноэтажный домик, в котором, кроме трёх небольших комнат, две из которых, зимой, можно было протапливать с помощью камина, были чердак, подвал и веранда, выходящая в крохотный придомовой сад — стандартный дом местного среднего класса.
Ламария с трудом справилась с
Комната, которая не отапливалась камином, была оборудована обычной дровяной печью и служила кухней. Мебель в доме была без всяких изысков, но добротная. Сразу было видно, что тут всегда поддерживается порядок и чистота.
По сравнению с тем разом, когда в прошлом году Нелла здесь жила неделю, развлекая старшего помощника капитана гентского корабля, в доме даже добавилось мебели — появился новый шкаф в спальне и две новые табуретки на кухне.
— Тебе уже здесь бывать приходилось, — заговорщицки улыбнулась Ламария, думая, что понимает, откуда у шлюхи новая одежда, деньги на съём жилья и для каких целей это жильё арендуется, — Твой новый покровитель может приходить в любое время, у нас тут всегда спокойно. Соседи хорошие, нелюбопытные. Но, надеюсь, вы тоже не будете озоровать и нарушать спокойствие. Пока будете жить, бельё стирай и меняй сама. Если нужно, я пришлю свою служанку, но за отдельную плату, — женщина посмотрела на Вику, но та отрицательно качнула головой — со стиркой она и сама пока справится, — Тогда, живите, сколько хотите, — Ламария положила на стол в общей комнате ключи.
— Я пока за четыре дня заплачу, — Вика протянула ей две лиры, — Но, мой друг и покровитель хочет, чтобы я вообще здесь поселилась. Денег обещает оставить, сколько будет нужно. Я, завтра или послезавтра, обговорю с ним все вопросы.
Глаза Ламарии радостно блеснули. Постоянный клиент сулил ей немалые барыши. К тому же, она думала, что девчонка расплачивается не своими деньгами, а значит, искать более дешёвые варианты не станет.
— Конечно, конечно, — она подмигнула Вике и потрепала Гнеша по голове, — Я почти всегда бываю дома. Приходи, если будут какие-то вопросы.
Когда домовладелица ушла, Вика ещё раз прошлась по дому и осмотрелась. Гнеш, который всё это время, пока она общалась с Ламарией, был необычайно тих, робко подёргал её за рукав.
— А мы здесь надолго? — в его голосе было явная надежда на то, что свалившееся на них счастье, это всерьёз и надолго, — А этот….твой новый друг…
— Он ушёл в далёкое и долгое плавание, — с лёгким сердцем соврала Вика — она ведь не со злыми умыслами это делала, — Мы здесь будем жить столько, сколько нам будет нужно. У тебя теперь будет своя комната. Спать, правда, придётся на том маленьком диванчике. Впрочем, ты на нём легко разместишься. Иди, пока, осмотри чердак и подвал. А я посмотрю, что там полезного на кухне.
На кухне, кроме плиты, двух столов и трёх табуреток, были две деревянные бадьи — одна для мытья посуды, а другая, большая, для купания — отдельной ванной комнаты в доме не было. А туалет, так и вовсе, был типа сортир — на заднем дворике, где имелся ещё и открытый дровяной сарайчик, в данный момент наполненный дровами почти на две трети.
Нелла готовить не умела совсем, что было вполне объяснимо, и питалась, в основном, с кухни «Пустого причала», зато Вика, с раннего детства оставшаяся на руках у бабушки — её родители, что номер один, что номер два, поступили, как кукушки, после развода найдя себе других супругов, заведя в новых семьях новых детей и сбагрив результат своей яркой, но недолгой любви бабе Наде — готовить умела неплохо, хотя и не сильно любила этим заниматься.