Сестра Поттера
Шрифт:
А письмо продолжало: «…вечером… письмо от Дамблдора. Я думала, отец от огорчения умрет. Мы растили тебя совсем в других правилах. Ты ведь мог погибнуть!»
«…абсолютно чудовищно. Отца на работе ждет разбирательство, и виноват в этом ты. Если ты совершишь еще хоть один подобный проступок, мы немедленно заберем тебя из школы».
На этом письмо закончилось, и в зале воцарилась звенящая тишина. Красный конверт, выпавший из рук Рона, вспыхнул, и от него осталась горстка пепла. Рон сидел вытаращив глаза и отдуваясь, как будто его только что окатило волной прибоя. Многие смеялись, но скоро за столами опять возобновилась непринужденная
Я хмыкнула. Похоже, все-таки канон взял свое, ну или желание повыпендриваться перед ближним своим. Я склоняюсь к последней версии событий.
А вечером я отловила Гарри.
— А теперь расскажи, как так получилось, что Уизли прилетел в школу? — строго спросила я, скрестив руки на груди.
— Ну… Вообще-то Рон предлагал и мне поехать на той машине, но я отказался. Сказал, что это глупо и опасно, мы из-за этого поссорились. Он назвал меня трусом! — последнее он практически выкрикнул, и его глаза подозрительно заблестели, но Гарри быстро взял себя в руки и продолжил более спокойно. — Я сказал, что он может делать все, что хочет, а я пойду искать кого-то взрослого. Через пять минут я нашел толстого дядечку, чем-то похожего на дядю Вернона, но он был очень добрым и сразу поверил мне. Он каким-то образом засунул руку в стену, и мне наверно показалось, но там что-то подозрительно пискнуло. На поезд мы, конечно, опоздали, но мы с тем дяденькой, мистером Трейсом, аппарировали сразу в Хогсмит, а оттуда я уже добрался до Хогвартса.
— Пискнуло, говоришь? — прищурилась я.
— Ага. Знаешь, мне кажется, что это опять проделки этого сумасшедшего Добби, — поежился братец. — Не то чтобы я его боюсь, но он доставляет слишком много неприятностей.
— Да не боись, я сомневаюсь, что домовик сможет навредить тебе в стенах школы. Тут есть свои домовики, и если они почуют, что какой-то левый домовик попытается навредить ученику, они его просто до смерти запинают, — я успокаивающе взъерошила его и без того лохматую шевелюру. — Извини, но мне сейчас нужно идти на занятия к профессору Снейпу, ты же знаешь, он как он любит опаздывающих.
Гарри прошипел что-то нелицеприятное в адрес старых летучих мышей и нехотя отпустил меня. Между прочим, не такой уж он и старый, всего лишь тридцать два года — как говориться мужчина в самом расцвете сил.
Я поспешила в подземелья, а то ведь и правда опоздаю.
— Опаздываешь, Рейган.
— Всего лишь минута!
Снейп махнул в сторону стола, на котором лежал рецепт и необходимые ингредиенты, но я не спешила начинать.
— Рейган, только не говори, что за лето у тебя атрофировались мозги, и ты не знаешь, что с этим делать, — едко произнес он.
— Знаю, но сначала хотелось бы заняться вот этим. — Я подошла к его столу и достала из сумки плотно упакованную небольшую книжечку. — Лучше эту штуку открывать в драконьих перчатках.
Его брови удивлено изогнулись, но перчатки он все же надел, и принялся аккуратно
разворачивать подарочек, под конец лицо Снейпа исказилось и он зло прошипел:
— Рейган, что это за гадость?!
— Один из крестражей Лорда, я же говорила еще на том курсе, что он несколько штук создал.
Снейп молча гипнотизировал черную книжечку.
— Знаешь, я в это не верил. Это слишком сложно… И откровенно грязно — душу без жертвы не разделить.
— В смысле?
— В прямом — как извилины в мозгу мистера Рональда Уизли! — язвительно фыркнул Снейп, но
— Исчезновения? Так он, по твоему, не мертв?
Снейп закатал рукав и показал поблекший знак Пожирателей Смерти.
— Если бы он умер, знак бы пропал. А так, пока существует хотя бы один осколок его души, это никуда не сойдет, — брезгливо поджал губы зельевар.
Разговор сам собой затух, и я вернулась к своему столу с рецептом. Механически выполняя нужные действия, я размышляла о сказанном. Значит, жертва и боль, которая сводит с ума. И все это повторялось шесть раз, а последний седьмой, видимо, вышел из-за того, что душа оказалась крайне не стабильной и, по сути сама разваливалась на куски. Возможно и бред, но тогда как кусок души в младенца влетел? Не проводил же он ритуал запихивания в Гарри кусочка себя.
А еще этот Добби! Еще при прочтении книг, я задавалась вопросом, а о какой опасности говорил Добби? Дневник Реддла? Так он безвреден, если с ним долгое время не контактировать, и решение Люциуса подкинуть его Джинни явно спонтанное. Тем более если уж Малфой не знал, что это крестраж, то откуда это было известно Добби? Ладно, опустим это. Пускай это не связанно с дневником, но тогда с чем? Василиск? Так он сколько лет дрыхнет, кто ж знал что Реддл его разбудит, или Добби позарился на лавры Трелони? На втором курсе опасными вещами были только дневник и василиск. Если предположить, что Добби не знал ни о каких крестражах (а он вряд ли знает больше хозяина, и если уж в свое время Кикимер не понял, что связался с крестражем, то куда уж Добби), то какая опасность-то? Драко что ли на мантию плюнет? Или Локхарт заставит свои тесты писать?
— Рейган, — щелчок перед носом, — ты вообще, о чем думаешь?!
— О домовиках, — задумчиво ответила я.
— Домовики? Причем тут мое зелье и домовик? — раздраженно спросил Снейп.
Пришлось объяснять, что перед занятием с ним я говорила с братом, и тот рассказал о ненормальном домовике, который воровал письма, уничтожил торт, и заблокировал стену перехода на вокзале. Вот и задумалась об этом странном экземпляре.
— А имя он свое не называл или какой семье служит?
— Семью нет, по словам Гарри, всякий раз заикаясь о них, он бился головой об стену или еще о что-нибудь, но имя назвал — Добби.
— Ясно, — как-то странно протянул Снейп. — Я разберусь с этим. А ты прибери стол и выметайся из лаборатории — все равно ничего путного не сделаешь. Крестраж я сам уничтожу.
Я согласно кивнула. Вот и одной проблемой меньше, пусть Снейп накрутит хвост Малфою. Мне этот домовик никогда не нравился, Кикимер хоть и был вредным, но вызывал уважение преданностью своей семье, а этот только под конец пригодился, когда от ножа Беллы прикрыл.
========== Глава 17. ==========
Слёзы и Кровь — всё как обычно, будем сжигать мосты.