Сестра Харуна ар-Рашида
Шрифт:
тери — гашиш ее сердца. В глубине души мать никогда
не порицает дитя, даже если дитя не разделяет ее чувств.
Лишь бы малыш был весел и сыт, лишь бы его личико
дышало здоровьем. Пусть он заикается от счастья, не беда,
только бы ему было хорошо. Его радость — это и ее ра¬
дость. Он пляшет, довольный, и она готова заплясать
вместе с ним. «Веселись, сыночек! Ну что ты еще хочешь?
Скажи мне, я сделаю все!» И мать действительно сделает.
Сделает,
ской любви ни конца, ни края! Тот, кто ие имеет ребенка,
не в состоянии понять этого. Он может лишь представить
себе глубину материнского чувства, но представить — еще
не значит познать.
Глава VIII
ДЕЛО ПРИНИМАЕТ НЕОЖИДАННЫЙ ОБОРОТ
Мальчик задорно смеялся, личико его светилось ра¬
достью, жесты были наивиы и очаровательны. Аббаса
улыбнулась сквозь слезы. «Как жаль, что здесь нет ис¬
кусного резчика! — казалось, говорил ее восторженный
взгляд. — Глядя на Хасана, он бы вырезал фигурку ма¬
ленького индийского божка!»
Хусейн — так звали второго мальчика — торопливо
протер глазенки, завистливо глянул на брата: дети ведь
более ревнивы, чем взрослые.
— Мама, почему ты ласкаешь Хасана, а не меня? —
запротестовал он и потянулся к матери.
Аббаса повернулась к служанке. В глазах ее можно
было прочесть: «Ну, не правда ли, они восхити¬
тельны?».
— Поверь мне, Атба, — услышал Абуль Атахия, — с
ними я готова жить в пустыне, в жалкой бедуинской па¬
латке, и буду счастлива. О, если бы аллах уготовил мне
такую участь!
— Аллах всемогущ, сейида! Но ты забыла — пора воз¬
вращаться во дворец. Рассвет близок. Как бы не встретить
кого по пути...
— О, я несчастная! Как мучительно расставание! Од¬
нако ты права, Атба. Вознагради Риаша. У тебя еще оста¬
лись деньги, которые я дала поутру?
Служанка кивнула.
Риаш принял горсть динаров, подошел к Аббасе, по¬
целовал ей руку. За ним последовала Барра.
— Благодарим тебя, сейида!
— Мне не нужно читать вам наставлений, вы сами
хорошо все знаете; Хасан и Хусейн — две половинки моего
сердца, — ласково проговорила Аббаса.
Неожиданно старший мальчик, поняв, что пора ухо¬
дить, прильнул к матери, прижался щекой к ее горячей
ладони.
— Мамочка, пойдем с нами! И пусть папа к нам
придет!
Голос у Хасана был сдавленный, в глазах стояли слезы.
Мальчик хотел еще что-то добавить и не смог.
Аббаса
лась расставания. Сдерживала себя, напрягая силы, вся¬
чески подавляла душевное волнение. Ей как будто уже
удалось полностью овладеть собой, как вдруг слова сына
в одно мгновение уничтожили ее решимость. Хасан вспо¬
мнил отца! Хасан не хочет расставаться!
— Помоги нам, аллах! — вскрикнула она, протяжно
охнула иг потеряв сознание, упала на ложе.
— Сейиде дурно! — С этими словами служанка схва¬
тила подсвечник и, не теряя времени, побежала к
двери.
Дверь распахнулась. Абуль Атахия едва успел выпря¬
миться.
— Воды! — крикнула Атба, впопыхах приняв его за
раба. — Скорей принеси воды! Госпоже дурпо!
Растерявшийся поэт не шевельнулся.
— Ну что ты стоишь как истукан?! Говорят тебе, при¬
неси воды! О, аллах, никогда не видела такого разишо! —
скороговоркой повторяла она и вдруг запнулась, разглядев
вышитую джалябию. В испуге вскрикнула: — Кто ты? Что
здесь делаешь? — Стремглав проскользнула мимо Абуль
Атахии и с криком: — Дайте скорее воды! — исчезла в
конце галереи.
Оправившись от неожиданности, незадачливый поэт
бросился в противоположную сторону и юркнул в отведен¬
ную ему комнату.
Через несколько минут, когда Аббасу привели в чув¬
ство, Атба смогла наконец обдумать случившееся. Она
узнала Абуль Атахию и теперь с ужасом вспоминала, что
у него был вид человека, застигнутого на месте преступле¬
ния. Он подглядывал и подслушивал! Но как много он
узнал? Давно ли пристроился возле двери? Перед своим
обмороком госпожа как раз обвиняла эмира правоверных...
О, аллах! Неужели стихоплет настолько опустился, что
предаст женщину? Рассказывать госпоже обо всем, пожалуй,
было преждевременно, это надо будет сделать позднее,
сейчас ей снова может стать дурно. Остается действовать
на собственный страх и риск. Иначе всех ожидает смерть.
Пощады не будет. Но что предпринять? Первым делом
спрятать детей! Затем взяться за Абуль Атахию. Заставить
его молчать! Любым способом. Это единственный путь
к спасению.
Она поманила ожидавшего распоряжений Риаша.
— Приготовься к отъезду. Развлеки пока детей, пообе¬
щай им что-нибудь — словом, как-нибудь успокой.
Затем велела позвать Хайяпа. Когда привратник по¬
явился — глаза у него были опухшие от сна, — распо¬