Серые ангелы

Нечаев Евгений Алексеевич

Галерн провожаемый одним из внуков, подошел к Найену.

– Пойдемте магистр. Надеюсь, вы не откажетесь видеть мой щит под своим стягом?

– Это будет для меня честь Старший.

Архикапитулат взглядами сжигал живьем, четвертовал, распинал двоих выходящих из собора паладинов. До их ушей донесся обрывок разговора:

– Плато Вьюг говоришь. Хорошее место. Жаль с нами не будет гномов, в Восточной теснине они могли бы сдержать целую армию…

Двое оставшихся магистров подошли к главе собора.

– Что нам делать?

– Ничего, –

загадочно улыбнулся глава. – Так даже лучше. – Изумление на лицах магистров придало его улыбке больший размах. – С ним пойдут особо фанатичные, которые мутили бы воду, при атаке на Туманный лес. А силы собираемые на плато Вьюг солидно проредят армию существа. Нам останется только добить остатки.

– А если они победят?

– Тогда их останется слишком мало после этой победы. И они будут уставшими.

Умей Найен видеть ауру, он бы увидел в членах Архикапитулата Свет. Но весь в крупную черную крапинку. И еще он бы заметил серую крылатую тень, висевшую над молодыми паладинами, выходящими из собора.

XXVI.

Приземистый гном, поперек себя шире, подошел к Сельтейре.

– Нам в ту долину, – указал он в даль.

Сельтейра напрягла глаза, но даже ее эльфийское зрение явило зыбкое черное марево. Словно вдали горел лес. Гном усмехнулся и протянул ей странную трубку с двумя стеклами на концах.

– В нее смотри, – посоветовал он.

Драконица поднесла трубу к глазу и словно оказалась в десятки раз ближе к долине. Гном вновь усмехнулся, заметив плохо скрытое изумление. А драконица прикинула, сколько заломят гномы, хотя бы за пяток подобных труб для ее стаи.

То, что Сельтейра приняла за пожар, было дымом тысяч костров, выбрасывающих в небо плотный черный смог. Огромный лагерь словно делила невидимая черта. В одной стороне стояли шатры гномов, другую занимали костры троллей. А между ними стояла белоснежная палатка из каменного полотна троллей.

Полог палатки откинулся, вместе с ним сердце Сельтейры глухо ударило. Такая знакомая фигура в гномьей кольчуге с массивным белым плащом на плечах. Длинные золотые волосы рассыпались по белому плащу, зависть всем человеческим красавицам. Иллиал, наверное, что-то приказал, раз стоящий рядом тролль почтительно кивнул и крупной рысью помчался в свой лагерь. Иллиал посмотрел в сторону, где стояли стаи драконов. Сильный порыв ветра лишь слегка колыхнул плащ из каменной ткани.

– А что они жгут? – неожиданно спросила Сельтейра. – Деревьев на день пути нет.

– Дык сланец горючий, – объяснил гном. – Дымит, страсть, но тепла много.

– Он там? – в полголоса спросила Акеретани.

– Выступаем! – место ответа приказала драконица.

Первыми драконов заметил Тарн. Его патрульный дозор заходил дальше всех. Три гнома, три тролля. Идея таких патрулей принадлежала Иллиалу. Нет он даже не мечтал помирить оба народа. А вот научить их сражаться бок о бок, было можно.

– Урарх, – позвал гном одного из троллей. –

Пойдешь со мной к драконам. Остальные в лагерь.

Покрытый рыжей шерстью тролль размеренно шагал рядом с Тарном, привыкший к шагу гнома, он не опережал и не отставал от него. Его лицо скрывали длинные волосы, специально зачесанные вперед.

По поводу обычая троллей, при выходе в боевые походы и просто так на поверхность, зачесывать волосы на лицо ходило множество гипотез и теорий. От мнения о древнем обычае, до совершенно диких мыслей, что по мнению троллей, это устрашает противника. До правильного ответа добрался лишь Иллиал. Зачесывая волосы на лицо, тролли защищали от солнца свои глаза, привыкшие к полумраку пещер.

Первыми их встретили Сельтейра, Акеретани и гном-проводник, ехавшие во главе колонны драконов.

Соблюдая все положенные этикеты, они поприветствовали друг друга. Потом пришло время неотложных дел. Вести стаи драконов в приготовленный лагерь, обживать его. Собрание офицеров, на котором присутствовали и посланцы эльфов. Разговоры, планы, приготовления, да мало ли требует такой крупный поход?

– Великая Луна, как я устала, – выдохнула Сельтейра, садясь на грубый походный стул в палатке Иллиала. – Когда же это все кончиться?

– Через неделю, – ответил маг, продолжая разглядывать карту.

Сельтейра скептически подняла бровь:

– Через неделю все только начнется. Если мы победим конечно. Разведчики не слишком оптимистичны.

Если во время офицерского собрания Тарн и Акеретани тихими тенями сидели в палатке, то теперь могли говорить свободно.

– Дык Ил пещеру то помнишь? Как тады с троллями то спины прикрывали?

– Ил? – брови Сельтейры взлетели вверх, словно белая чайка махнула крыльями. – Тарн с чего ты так его назвал?

– Дык Иллиал, знать Ил. А че?

Сельтейра звонко рассмеялась.

– Не думаю Тарн, – Иллиал, словно не замечал улыбку Сельтейры, сохраняя на лице прежнее спокойствие. – Конечно тролль и гном это отличная боевая связка… Но какой гном подставит троллю спину, а какой тролль прикроет гнома?

Улучив момент, Сельтейра что-то шепнула Акеретани и та расцвела улыбкой, как говорят – до ушей. Если Иллиал по-прежнему не обращал на это внимания, то Тарн все чаще оглядывался на девушек.

– Да шо еще у вас за хиханьки? – не выдержал гном.

Драконица и суккуб заулыбались лишь еще больше.

– Я думаю, кое-что мы можем сделать, – голос мага ни на йоту не изменился, словно он не замечал веселящихся подруг. – Король гномов и вождь троллей уже сражались спина к спине. Если убедить их сражаться так и далее, то может все и получиться. Пусть гномы и тролли не смогут сражаться в совместном строю, но примирить их с тем, что можно доверить спину другому можно.

– Ил, – окликнула мага суккуб, чем вызвала еще одну улыбку Сельтейры. – Ты уже заговариваешься. Отдохни, а мы с Тарном поговорим на эту тему. Пошли.