Серпомъ по недостаткамъ
Шрифт:
– Какое мыло?
– Вшивое, мыло ДДТ.
– Вот видишь! И вшей, кстати, в губернии - да и не только в губернии, много где - извели. Я слышал, армия заказала на этот год пятьсот тонн этого мыла?
– Да. Теперь, вместо того, чтобы придумывать что-то очень важное, я половину времени трачу на то, чтобы ДДТ был только тот, который сам разлагается. Вот вроде все всем понятно, что и как делать - а через день фабрика выдает сплошную грязь. Ты знаешь, иногда мне кажется, что мы придумали слишком много нового, ты придумал. Очень хорошего нового, но людей, которые это новое понять могут - мало, и теперь мы сами все это должны и обслуживать. Людей грамотных нет. То есть есть,
– Вот последняя мысль у тебя правильная. Роди, отдохни годик. Заводы наши как-никак, а работают, денежку приносят. Ну поменьше денежек принесут - нам все равно хватит. Ты в главном права: мы не можем заниматься всем сразу. А если людей нет - придется подождать пока появятся. Рабочих обучим, с университетами договоримся, чтобы именно для нас студентов подготовили. Мы уже много сделали - и можно немного передохнуть. С голодом и саранчой справились, войну вон выиграли - теперь пусть другие вперед прогресс толкают...
– Да ну тебя! Я думала, ты серьезно...
– Я серьезно. А насчет острова в Греции мне предложение понравилось.
Мышка вернулась через неделю, и вернулась она очень расстроенная:
– Сплошные невежды работают! По городу распустили слухи, что со смертью управляющего Городской банк остановит на полгода выплаты по вкладам, и все бросились вклады снимать. Наличности не хватило, пришлось специально привезти из Москвы, на это три дня ушло - а из-за этого паника еще сильнее поднялась. Так что на полтора миллиона банк опустел, но хуже то, что и в других городах слух распространиться успел. В общем, выдали вкладов на восемь с лишним миллионов, поэтому с кредитами на новые заводы придется очень сильно подождать...
– На сколько подождать?
– Водянинов подсчитал, что теперь до весны нам нужно держать в отделениях миллионов двадцать наличности, говорит, что иначе в случае чего и под банкротство попасть недолго. По текущим расходам сам у него спроси, он обещал на днях все расчеты подготовить. По текущим поступлениям выходит, что до марта можешь только новой выручкой пользоваться - из которой я, как сказала, двадцать миллионов временно изыму. У нас же кредитов роздано на семьдесят миллионов, свободных денег вовсе нет.
– А в других банках кредиты перезаложить?
– Считала уже, потеряем до десяти процентов. А ты без кредитов сейчас никак не справишься?
– Справлюсь, солнышко, справлюсь. Вот завод стекольный новый запустим - и справлюсь.
Стекольный завод запустили в ноябре. Три недели ушло на отладку всех технологических участков, и в последнюю неделю ноября по новой, только что отстроенной дороге завод стал отгружать по триста тонн оконных стекол. Забавно, что в Германию стекло отправлялось в основном морем - через Ригу. Во Францию тоже морем, но это и понятно, а в Германию ведь через Варшаву посуху было возить ближе. Я удивлялся "сумрачному тевтонскому гению" до самого Нового года - пока не узнал, что германская компания "Вольфганг Шульц АГ" восемьдесят процентов товара тут же перепродает англичанам.
А с англичанами торговля у меня шла плохо. То есть совсем не шла: ни трактора их не интересовали, ни мотоциклы. Александр Барро сунулся было на британский рынок - и высунулся тут же обратно: Британия на
Но ладно импорт - я ведь и сам купить у гордых бриттов ничего не мог. Не то, чтобы очень хотелось - но Британия запретила продажу в Россию любых станков и инструментов. А это было обидно: конверторы британские были очень неплохими. Германские тоже были хороши, но английские были раза в полтора более производительными. Что же до американских - янки все делали быстро, но их продукция во-первых была в полтора раза дороже европейской, а во-вторых не рассчитывалась на длительное применение: они искренне считали, что любое оборудование устареет лет через десять, и незачем делать его более долговечным. Я тоже так считал - но когда "недолговечный" конвертор просто прогорел во время плавки, я очень расстроился: во-первых, мне просто было жаль людей, а во-вторых очень жаль уменьшения количества и без того немногочисленных профессиональных рабочих.
Перед Рождеством снова пришлось съездить в Петербург: фон Плеве возжелал выслушать (от меня лично) доклад о "промежуточных результатах" использования ссыльных на Сахалине. Результат лично мне понравился: Евгений Алексеевич пополнил список работников Сахалинских шахт такими фамилиями, как Бронштейн, Ульянов, Цедербаум, Аксельрод... Всего из Англии и Франции люди Линорова выковыряли двадцать семь человек. Но вот из Швейцарии, от моря отдаленной, людей вытаскивать было очень трудно - и поэтому имена некоторых лиц появились не в ведомости работников сахалинских шахт, а на надгробных камнях швейцарских кладбищ. Тоже хорошие имена: Азеф, Савинков, Созонов, Боришанский, Гершуни... но все же большинство граждан отправилось перевоспитываться трудом на благо Родины.
Выслушать же именно лично Вячеслав Константинович пожелал потому, что на самом деле его очень заинтересовал способ доставки осужденных откуда-нибудь из Лондона или Женевы. Не детали, а общие принципы... Обсудив и взаимно согласившись с очевидной полезностью таких деяний, мы немного побеседовали на общие темы и неожиданно фон Плеве меня спросил:
– Кстати... а как вам новый Саратовский губернатор?
– Ну как вам сказать... То, что опыта у него никакого нет, это ясно - но с опытом я бы мог и помочь. Хуже то, что у него просто больная фантазия, и вдобавок он искренне считает, что воплощение его довольно безграмотных идей в жизнь может принести стране пользу. Вдобавок он жесток без меры - но в данном случае это, может быть, и полезно: чиновники его презирают и идиотские распоряжения его выполнять не спешат.
– Странно... мне говорили, что человек он смелый и умный. Мне кажется, что вы к нему несколько предвзяты.
– Скорее, снисходителен. Мне Энгельнардт прислал его предложения по переселению крестьян в Сибирь - одна маниловщина. У меня на переселение одной семьи с правого берега Волги на левый, за двадцать верст всего, уходит триста рублей, и еще больше - на обустройство этой семьи - а он предлагает по сто рублей тратить на переселение семьи в Сибирь. Поехать многие бы и поехали - так ведь при таких условиях девять из десяти просто с голоду помрут через год. Дешевле, да и гуманнее будет "лишних крестьян" просто расстреливать... Впрочем, пока его инициативы остаются пустой болтовней - он для Империи не опасен.