Серпантин
Шрифт:
– Да вы что, Пётр...
– Нет, нет, не перебивайте меня... Я стоял и смотрел с такой возвышенности, как они там лежали и ласкали друг друга... Я наблюдал очень долгий куннилингус... Прямо как в зоопарке, а потом и коитус... Который едва не случился на берегу... Но вокруг уже были люди... И она потащила его за руку в море... И там они это делали, стоя по пояс, она на нём сидела... Я всё видел с холма... А потом снова лежали на берегу, и он её ласкал... Огромное тело, я видел, как играют мускулы на его спине... Анатомический театр... Краски: жёлтая, коричневая,
– Пойдёмте к ним, - сказал Манко, - я навсегда отобью у этого "спортсмена" охоту...
– Я почувстовал, что это - и моё тело тоже... Понимаете? А я смотрю на это со стороны... Меня уже нет... Потому что я за это время так к ней... Что в ней теперь больше Доплера, чем вот в этом, - он взял двумя пальцами рукав, поднял свою руку, отпустил, и она безвольно упала вниз...
– Пошли, пошли, - сказал Манко, - потерпите ещё минутку, сейчас вы всё это забудете..
– Нет, - сказал Доплер, - я не забуду. И мы туда не пойдём, ни-ни...
– Ну, как вам угодно... А я вас тогда прождал час, в кафе, когда мы договорились ехать...
– Она заупрямилась, - сказал Доплер, - простите, я ничего не мог сделать... Я как раз хотел с вами ехать, не знаю, как сказать... Я серьёзно воспринял ваш рассказ... О том, что приключилось с вами на дороге... Я подумал, что с вами можно заехать в запретную область... На автомобиле... Знаете, Ульрих - герой романа Музиля - говорил, что он хочет прямо на автомобиле проехать через ту область, про которую писали туманные мистики...
– Да, всяко бывает... Но я уже это проехал, знаете, просто выкинул наконец всё это из головы... Идёмте, - Манко взял Доплера за запястье... И сразу же выпустил его руку, как бы одёрнув себя за панибратство...
Но Доплер теперь интерпретировал всё по-своему...
– Вот видите? Меня уже нет. Вы сами только что почувствовали. Так что никуда мы не пойдём. Давайте вот здесь присядем, если вы не возражаете... Вы завтракали?
– Перекусил, - сказал Манко, - но здесь вообще не стоит есть. Давайте тогда в нормальное кафе... В "Орфей", что ли.
– Встретимся там через час, - предложил Доплер, - идёт? Мне нужно ещё в одно место зайти...
– он усмехнулся, осознав, что фраза получилась двусмысленная... Но уточнять не стал...
Они в этот момент были уже в конце набережной, дальше асфальт переходил в бетонные плиты, с которых можно было либо сойти к морю, либо, если дальше пойти - на тропинку, вытоптанную в траве - она огибала невысокий двойной холм, напоминавший женскую грудь, и где-то там обрывалась...
Пройдя десять метров, Манко обернулся и увидел, что Доплер не пошёл ни к морю, ни вдоль... А, сделав несколько шагов вглубь суши, приблизился к человеку в кожаном шлеме...И о чём-то стал с ним говорить... Сразу было ясно, о чём, хотя мало ли... Манко вспомнил, что когда впервые увидел этого человека, даже не заметил, что за спиной у него стоит дельтаплан с мотором...
Когда человек в шлеме
– А мне можно полетать?
– сказал он.
– Можно, конечно, - сказал человек в шлеме... И крикнул в сторону группки лётчиков, стоявших чуть поодаль:
– Игорь! Клиент!
– Нет, - сказал Манко, - я с Игорем не хочу.
– Почему же? Ладно, клиент всегда прав. Хотите со мной, подождите. Полёт длится восемь минут. Вы - следующий.
– Нет, - сказал Манко, - следующим я тоже не хочу.
– Чего же вы тогда хотите?
– задумчиво спросил человек в шлеме и погладил завитые усы - разводя в стороны большой и указательный пальцы...
– Я хочу полетать со своим старшим другом, - сказал Манко, - вдвоём. Сам буду вести самолёт, то есть дельталёт... Но я и самолёты водить умею. Я и в ВДВ служил...
– Так вы, батенька, тогда умеете сигать с самолётов, - усмехнулся человек в шлеме, - а с дельталётов это тоже возможно, но сложнее. Я один это умею...
– Вы меня не дослушали, - сказал Манко, - это я так, к слову... Я почётный член аэроклуба... Вообще, разрешите представиться...
И Манко перечислил все свои титулы - не забыв и депутатский...
– Ну и что?
– сказал усач.
– Это что, даёт вам право вот так брать у меня машину... А если разобьётесь? Что тогда?
– Я не собираюсь разбиваться, у меня дел много на земле, - сказал Манко, открыл маленькую кожаную сумочку и стал показывать дельталётчику документы...
Доплер за всё это время не проронил ни слова. Он сидел в кресле, глядя в море невидящим взором... Не то чтобы перед глазами у него была эта сцена... Нет, всё было ещё более предательски... Тело, сидевшее в "этажерке" и ждавшее, пока эти два странных человека в чём-то там разберутся, было пустым...
Накануне они с Леной гуляли здесь вечером, и, несмотря на какое-то небывалое нашествие комаров - которых там вообще, по идее, не должно было быть - на море... Доплер вдруг понял, что комары его не кусают... Только его одного - вокруг все чесались, хлопали себя по телу, шли "вприсядочку"... Именно в этом месте, казалось, комариная туча была наиболее плотной...
А его не укусил ни один комар, и теперь он думал, что уже вчера в его жилах текла не кровь, а морская вода...
При этом что-то оставалось в одежде, болталось, что-то неприлично лишнее, случайно задержавшееся в этом порнофильме...
Он увидел, что Манко что-то пишет, положив лист на кожаную сумочку... И, как будто передразнивая, достал блокнот и тоже стал что-то писать...
Манко поднял голову и сказал:
– Пётр Григорьевич, мы сейчас вдвоём с вами полетим. Я пишу расписку, тут мне не верят, так я оставляю залог... Это чистая формальность, вы увидите, как я вас покатаю, я - ас... Но что вы там пишете, если это не секрет? Тоже расписку?
– Да нет, - сказал Доплер, - я заметки делаю. Это профессиональное, знаете...