Серое перо
Шрифт:
Самочувствие потихоньку улучшалось, а голод вспыхнул с удвоенной силой. Оля подошла к двери и попыталась ее открыть, но та оказалась закрытой. Вот так! Она пленница! Обещал оставить живой? А вот про свободу ничего не говорилось, и корить за такое упущение надо только себя. Конечно, он подумал и понял, что поспешил с обручением с ней, девушкой с другого мира. Да лучше бы тогда не сдержал свое слово и не дал ей очнуться амиркой, чем после преобразования держать в закрытой комнате без окон!
Угрюмо вернувшись на кровать, обняла руками коленки. Снова вспомнила родной мир,
"Может сбежать,.."
"У нее перья?.."
"Король нас лишит всего..."
"Рано вернулся"
"...пока он ее не увидел?"
"...Как такое возможно?"
"...за такой прецедент"
Оля широко открыла глаза в шоке. Стоп мыслям! Не все же сразу. В ушах зазвенело, и она поежилась. Неужели после преобразования этот дар усилился в разы? Постаралась вспомнить голос мыслей именно Кана.
"Хорошо, что потребовал поклясться ничего не предпринимать при отклонениях до моего приезда. Интересная девочка. Еще два дня ждать пока проснется! Как остальные воспримут ее перья?"
Ах, вот оно что... Она просто очнулась раньше времени! Словно гора с плеч исчезла, стало легче дышаться, а на губах заиграла улыбка. Но от кого тогда закрыта дверь? Странно. Так, надо о себе заявить, иначе послезавтра они увидят ее слабой и голодной, а значит обиженной и злой.
"Скучаю. Навещу ее", - отправила она жениху.
Но время шло, и никто не приходил. Она снова стала вылавливать его мысли. А он, зараза такая, оказывается, засыпал! У них ночь, но для нее утро. Так что вставайте все и идите к ней. Отправила:
"Она проснулась!"
Послушала. Он был явно уверен в словах жрецов, что никто не просыпался раньше времени.
"Она особенная. Она проснулась!"
Кажется, он там улыбнулся и продолжил лежать.
"Встать!"
Судя по мыслям, женишок наконец-то вскочил, правда, не понял, что его заставило проснуться, у него был полный сумбур в мыслях.
"Она точно проснулась. Я чувствую это. И по фиг на жрецов. Надо сходить к ней".
Вот теперь молодец, подумала про себя девушка и улыбнулась.
Спустя некоторое время она услышала шаги за дверью. Судя по мыслям, которые почему-то уже с легкостью читались и отфильтровывались, к ней пожаловали двое жрецов и ее суженый. Она встала за дверью так, чтобы ее не было сразу заметно. Дверь открылась.
– И где моя невеста?!
– заревел Кан, когда увидел пустую кровать в центре комнаты.
– Но... Но... Ее не могли выкрасть, дверь заперта была, - попытался оправдаться испуганный жрец в светло-синем плаще. А который был в серо-черном, так вообще ловил воздух как рыба.
– Кхм!
– прочистила горло Оля, а жрецы от неожиданности подпрыгнули, Кан же резко обернулся, и в глазах появилось облегчение
– Я кушать хочу и помыться. Но сначала в туалет, - невинно смотря из-под ресниц, твердо сказала она.
– Но Вы должны еще быть без сознания!
– возмутился серо-черный.
– Простите, не знала. Засыпать обратно решительно отказываюсь.
– Нет-нет, обратно не надо. Я сейчас оповещу остальных, и начнем приготавливаться к ритуалу пробуждения... Хм, в вашем случае будем вынуждены его подкорректировать, - испуганно посмотрев на Втопри сказал тот и убежал.
– Следуйте з-за мной, только я Вас кормить н-не буду, так как первая еда п-после преобразования должна приниматься во в-время обряд пробуждения, - задумчиво проговорил жрец в светло-синем плаще, не заметив своего нервно поддергивающего века, и вышел из комнаты. Кан подал девушке руку и повел следом.
Комната оказалась соседней с той, в которой она заснула. На улице было уже темно, но тропинку до главного здания освещали маленькие фонарики высотой не доходящие до колен. Внутри Храма ее проводили в комнату для гостей-амиров. В ванной она рассмотрела себя в большое зеркало: стройная девушка с роскошными серыми перьевыми крыльями и аккуратными клыками. Что еще? Волосы непривычно доходят только до плеч, ногти стали на вид более здоровыми, но слишком длинными - явно необходим маникюр и педикюр. Ненавистных для девушки волосков по телу не стало, и это несказанно ее обрадовало. Черты лица немножко заострились, но это даже прибавило привлекательности. Но самое притягательное - на мир она смотрела не серыми, а трехцветными глазами, смесь серых, бирюзовых и алых вкрапинок.
Тем временем двое светлых жрецов всех остальных собирали из их комнат, некоторых будили, от одного даже спасались - слишком метко бросал тапочки. Особенно ворчали красные, потому что именно им по статусу положено проводить обряд пробуждения. Однако когда Оля вышла в коридор, все было готово, и ее повели снова на внутреннюю площадку. В центральной беседке открылась другая дверь, и ее встретил жених.
– Проведи свою избранницу к алтарю, - пробасил бардовый жрец. Девушка осмотрелась. Они зашли в наземную часть беседки, внутри горело множество свеч, особенно напротив входа, где возле высокой тумбы стояли ответственные за обряд, остальные стояли вдоль стен по обе стороны. Втопри подвел невесту к этой тумбе, в это время все тихо запели песню про выбор пути при имеющихся предках. Светло-красный жрец стянул с тумбы ткань, под которой оказалось три разных бокала.
– Заснула человек Ольга, но теперь проснулась амирка, невеста амира Канеширда. Так пусть жизненный путь их будет безоблачным и светлым! Испей, новообращенная, из деревянного бокала, - продолжил басить бардовый, а светло-красный подал девушке бокал с красной жидкостью, которая оказалась томатным соком.
– Вкусив первый путь, попробуй и второй, стальной бокал!
Стальной бокал был прохладным, а красная жидкость без запаха, но вкусная. Отпив половину, амирка почувствовала бодрость и повышение чувствительности, даже табун мурашек пробежал по телу.