Серенада над морем
Шрифт:
— Я думал, что был греком Зорбой.
— Я тоже так думала. — Он не мог видеть ее лица — Оливия смотрела в боковое окно. Но в ее голосе прозвучала нотка печали.
— Я не знал, что ты заметила, — удивился он.
— Тебя все замечали.
— Тогда я еще не встретил тебя!
— Но вот ты встретил меня, но не заметил.
— Как я мог тебя заметить? Ведь ты вся была покрыта пылью.
Она засмеялась. Но это не было похоже на смех. Словно звук пробки, вылетевшей из бутылки с шампанским.
— Ты всегда был любителем вечеринок.
— Не всегда.
Только когда ее нет рядом. Тогда он становился беспокойным, не способным расслабиться. Вначале, когда Джек только приехал в Калифорнию, он не мог долго находиться в помещении, все время искал компанию, болтался по университетскому городку, обедал с коллегами — никогда не оставался один. Но зачем вспоминать старое?
— Давай не говорить о прошлом, — предложила она.
Он всей душой стоял за это. Но иногда все-таки придется вспоминать. Иначе они не смогут двигаться вперед.
— Почему ты считаешь, что это могила Александра Македонского? — спросила она.
— Александра? Может быть, и не его. Но кого-то тоже важного. Иначе зачем так старались спрятать ее? Фальшивые входы, тупики-ловушки.
— А если это его жена или сын или начальник личной стражи? Ведь его могилу так и не нашли, правда? — Разговор переключился на безопасные темы, она откинулась назад и вроде бы расслабилась.
— Все уверены, что Александр похоронен в египетском городе Мемфисе. Кроме меня, — заявил Джек.
— Ты все еще думаешь, что его могила в Александрии?
— Его тело тайно вывезли из Вавилона, где он умер, и отправили туда, где ему следовало быть. Он основал город. Город назвали его именем. Это был научный центр с самой богатой библиотекой, какая только известна в Древнем мире.
— По-твоему выходит, что могила именно там потому, что это справедливо? — Она покачала головой. — Хотя то, во что ты хочешь верить, часто бывает на самом деле. У тебя очень развит инстинкт. В большинстве случаев ты бываешь прав.
— Что ты говоришь, Оливия? — с насмешливым удивлением воскликнул он. — Это комплимент?
— Ты не нуждаешься в моей оценке, Джек. Твои студенты и так считают, что ты супергерой. Ты — Мистер Археолог. Слышал бы ты их прошлым вечером! Они даже не беспокоились, что тебя нет на берегу.
— А ты?..
— Я не просто беспокоилась. Я была в ярости. Вспоминала тот случай, когда тебе во что бы то ни стало надо было залезть на скалу. И ты упал с высоты более трех метров и потерял сознание.
— Конечно, всего на несколько минут. И скала осталась целой. И моя голова в порядке. Как новенькая.
— А на следующий
— Они там были!
— Их там не было!
— Ну, может быть, не рисунки. Что-то похожее на гравюру.
— Всего лишь обычные царапины.
— Оливия, если ты не будешь использовать все шансы, никогда не найдешь, что ищешь.
— Если ты не будешь безумно рисковать собой, можешь дожить до старости.
— Ценность старости сильно преувеличена. Конечно, если не говорить о твоей тете. Когда тебе будет восемьдесят восемь, ты, наверное, будешь похожа на нее…
— Восемьдесят девять, — поправила она. — Сомневаюсь. Это тот тип женщин, который нужен тебе. Темпераментная, взрывная, способная танцевать до рассвета…
— Неправда, — вдруг посерьезнев, возразил он.
— Во всяком случае, студенты думают, что ты великий, — засмеялась Оливия.
— Но не такой великий, как Александр.
— Таких великих, как он, больше не было. Поэтому империя и рассыпалась после его смерти.
— И его жене пришлось бежать. Вместе с их сыном.
— С сыном, которого он так и не увидел.
Оливия рассматривала его руки на руле. Она была влюблена в его руки. Длинные, сильные, ловкие. Способные счищать столетия грязи со статуэтки, разглаживать страницы книги или нежно смахивать слезу с ее щеки.
— Конечно, я бы порадовалась, если бы нашла древнее захоронение. Как и любой археолог.
— И поэтому ты здесь? — Он сощурился и улыбнулся. — Чтобы найти следы Роксаны?
— Она один из самых интересных характеров той эпохи. Но нельзя надеяться на такую удачу. Я буду счастлива, если мы найдем могильник, полный монет и стеклянных сосудов.
— Я читал твою статью о жене Александра.
— И что ты думаешь?
— Очень симпатичная.
— В самом деле? — удивилась она. — Это самое приятное, что ты сказал мне с тех пор, как мы приехали сюда. Будь осторожнее. Я могу вообразить неведомо что. — Джек не разбрасывался пустыми комплиментами в ее адрес.
— Не говори мне, что ты не получила множества откликов. Я видел, как ты получала награду «Профессор года», которую присуждают студенты. Они все выбрали тебя.
— Я счастлива, потому что люблю своих студентов. В особенности тех, кто не засыпает на лекциях.
— Что еще ты знаешь о красавице Роксане? — спросил он.
— Ничего нового. Его вторая жена была убита, а она продолжала жить с матерью Александра после его смерти. Но как она умерла и где похоронена, неизвестно.
— Никто не знает так хорошо древнегреческие захоронения, как ты, — сказал он.