Серебряная пуля
Шрифт:
– Это уж совсем исключено. Меня за подобные публикации в лучшем случае выгонят с работы.
– Так ведь под псевдонимом, никто не узнает. Вы профессионал, вам и карты в руки. Как только услыхал ваше имя, подумал – это судьба. А я вам еще кое-что интересное покажу. У меня ведь не одни черепа. У меня есть вещи куда более интересные. В моей коллекции.
– Какие же?
– Сначала согласие, потом осмотр секретной части коллекции. Но учтите, если дадите слово, потом уже не отвертитесь, – глаза у рыжего фотографа стали как две льдинки. В них все явственнее проступало сумасшествие.
Отступление 1
К вопросу о сущности явления
«В
Господина Вице-губернатора …ской губернии
ВЕСЕЛАГО В.И.
Докладная записка
ротмистра Отдельного корпуса жандармов
г. Далматова И.И.
Поступила в канцелярию 1.08.1882 г.
Имею честь почтительнейше доложить Вашему высокопревосходительству, что касательно исходившего из Вашей канцелярии циркулярного письма от 1.06.1882 г. за № 1675 удалось установить следующее.
Напомню, о чем шла речь. В весну сего 1882 г. месяца мая в стойбище вогулов, кочующих между реками Пелым и Конда, имели место волнения и беспорядки, в результате чего несколько инородцев означенного племени подверглись физическому насилию, а двое даже были убиты. Сей факт был доложен становым приставом Ахметовым, прибывшим на место происшествия спустя неделю после произошедшего. Приставу же стало известно о случившемся от русского охотника Мартемьянова, который случился при сем происшествии.
Учитывая Ваши указания, я лично отправился на место происшествия, взяв с собой означенных Ахметова и Мартемьянова, а также проводника из крещеных вогулов Утюмова, кроме того, двух служащих корпуса.
Причиной возмущения туземцев оказалось следующее. На конец апреля обычно приходится у инородцев (вогулов) праздник, который можно истолковать как проводы зимы. Сие гуляние сопровождается камланием шаманов, игрищами и чрезмерными возлияниями. Нынешний же год подобное празднество оказалось омрачено трагическим происшествием. Надо сказать, что в ходе обрядов употребляются отдельные части медвежьего естества (туша), загодя добытого охотниками (кровь, печень, половые органы, когти). Для этого в лес снаряжаются охотники с целью добыть упомянутого зверя. На сей раз охота закончилась неудачно. Более того, два охотника (вовсе не те, что погибли позже) были уничтожены зверем. Их обезображенные тела были найдены верстах в пяти от стойбища. На основании этого факта местный шаман сделал вывод, что удачной охоте помешал злой дух. Ему удалось убедить в этом большую часть инородцев упомянутого стойбища. Более того, означенный шаман указал, что злой дух вселился якобы в одного из туземцев, и указал, в кого именно. Однако туземец, принужденный стать невольно жертвой темноты и языческих верований, не стал дожидаться самосуда со стороны своих соплеменников. В последовавшей схватке ему удалось отбиться (в результате пострадали шесть человек, двое из них скончались) и скрыться в тайге.
Означенный вогул не сыскан до сих пор. Более того, туземцы панически боятся его появления и считают, что он стал оборотнем и в него якобы вселился дух медведя. Все это удалось выяснить при тщательном опросе туземцев. Имеющаяся в циркулярном письме ссылка, указывающая на возможность организации волнений некими злоумышленниками намеренно, не подтвердилась. На мой взгляд, причиной произошедших событий стали полная невежественность и темнота инородцев, до сих пор исповедующих язычество. Здесь и кроется первоисточник происшедшей трагедии. В ходе опроса туземцев удалось выяснить, что, по их мнению, факты вселения злых духов в их соплеменников происходят довольно часто. Положение, как мне кажется, могла бы исправить христианизация вогулов, которая продвигается весьма медленно.
К сему ротмистр
ИВАН ДАЛМАТОВ».
На документе имеется резолюция: «В архив».
Санкт-Петербург, «Этнографическое бюро».
Его сиятельству
Глубокоуважаемый Вячеслав Николаевич.
С необычайным чувством прочел статью в «Московских ведомостях», посвященную Вашей благороднейшей миссии: осуществлению программы многообразных сведений о русском крестьянстве. Будучи страстным поклонником господина Максимова, я с огромным удовлетворением узнал, что к сей благородной задаче привлечен и этот выдающийся ученый. Надеюсь, поставленная Вами цель найдет свое осуществление.
Ваш призыв к передовой части общества, к сельской интеллигенции, к разночинцам помочь в собирании данных касательно жизни, быта, а проще говоря, многообразных сведений о народе, не оставил меня равнодушным. Волею судьбы оказавшийся в лесной глуши на границе Европы и Азии, я тем не менее не сошел с круга, не спился, не потерял цивилизованный облик. И спасла меня от нашего русского извечного несчастья – бутылки с горькой – именно этнография. Это мое увлечение теперь, смею надеяться, пригодится и вам и, возможно, внесет вклад (хотя и крошечный) в русскую науку.
Перехожу к сути. Года три назад мне довелось познакомиться со стариком вогулом Петром Чеботаревым. Этот человек достаточно преклонного возраста (по словам, ему сто лет) служил сторожем при Спасо-Никольском храме. Городок Югорск, где я проживаю и по мере сил занимаюсь просветительством, так как являюсь учителем местной приходской школы, весьма небольшой. Все тут друг друга знают, и на Чеботарева мне указали как на знатока вогульских преданий. Надо сказать, что племя вогулов не так давно проживало в окрестностях городка, но лет двадцать или больше перекочевало значительно северней. Именно в ходе длительных бесед с Чеботаревым раскрылась причина, почему кочевники ушли из этих мест. Конечно, его рассказы носят легендарный характер и тем не менее, на мой взгляд, представляют несомненный интерес для изучения этой небольшой народности.
Приведу краткий список рассказа старого вогула. К сожалению, нет возможности передать красочную стилистику Чеботарева. Однако его повествование я постараюсь изложить как можно полнее.
Некогда в здешних местах, вокруг города и дальше на север, проживали люди, которых называли «пор». Но случилось так, что им пришлось уйти отсюда, и причиной тому стало появление среди них Консыг-Ойка. Кто такой этот самый Консыг-Ойка, из сбивчивых объяснений Чеботарева я не совсем понял. По-видимому, нечто вроде оборотня. Само слово «Консыг-Ойка» переводится как «когтистый старик». По словам Чеботарева, Консыг-Ойка – сын Нуми-Торума, верховного божества вогулов. Время от времени Консыг-Ойка появляется среди людей и имеет обличье человека, но регулярно, а именно в полнолуние, этот человек превращается в медведя. Тогда он становится зверем, убивает соплеменников, а женщин насилует, невзирая на то, является ли жертва его сестрой или матерью. В течение всего полнолуния с человеком, в которого вселился Консыг-Ойка, регулярно случаются превращения: как только луна идет на убыль, он снова становится вполне обычным и зачастую почти ничего не помнит из того, что с ним происходило.
Превращения эти происходят только в те поры, когда медведь бодрствует, а именно начиная с мая и по конец октября. Как правило, человек становится оборотнем, еще будучи мальчиком, в силу сложившихся обстоятельств и по предназначению свыше. Обычно этому предшествует посещение ребенком могилы первого Консыг-Ойка, которая находится на одном из островов посреди болот. На самом деле это вовсе не остров, а тело окаменевшего великана Менква, который сам является злым духом. Обычно ребенок, ничего не ведая, попадает на этот остров, и там на него снисходит дух Консыг-Ойка. Но и после этого превращение происходит не сразу. Ребенку должно исполниться тринадцать лет (по традициям вогулов – возраст превращения мальчика в мужчину), лишь после этого он станет превращаться в животное.